Сатурналии - Феодосий Макробий
Сатурналии Макробия – выдающееся произведение Поздней Античности, относящееся к жанру «симпосиев», начало которому положили одноименными диалогами Платон и Ксенофонт, и продолжили Плутарх (Застольные беседы) и Афиней (Пирующие мудрецы). Участники пира обсуждают вопросы самого разнообразного содержания и характера (от смешных и забавных до сложных и серьезных), подтверждая доводы цитатами из древних текстов, как правило, к настоящему времени уже утраченных. Собрание ценнейших памятников античной литературы и удивительное мастерство Макробия в построении изложения ставит это сочинение в ряд выдающихся произведений древнегреческой и римской литературы.Издание адресовано студентам и преподавателям философских, филологических, культурологических и других гуманитарных специальностей, а также всем читателям, увлеченным культурным наследием эпохи Античности.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
- Автор: Феодосий Макробий
- Жанр: Разная литература
- Страниц: 252
- Добавлено: 23.08.2026
Внимание! Аудиокнига может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних прослушивание данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в аудиокниге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту pbn.book@gmail.com для удаления материала
Читать книгу "Сатурналии - Феодосий Макробий"
Крепче держите копье, если чтил я ваши святыни,
Те, что ныне войной осквернило пришлое племя!)36.
Ведь он сказал:
…sed stirpem Teucri nullo discrimine sacrum
sustulerant…
(Но без вниманья к тому, что священным дерево было,
Тевкры срубили [его]…)37.
Отсюда он показывает собственно оскверненное, которое из священного [предмета] сделалось обыкновенным приспособлением для человеческих дел.
(5) Как также сообщает Требатий в десятой книге [сочинения] О богослужениях, “святым (sanctum) иногда является то же [самое], что является священным, и то же [самое], что [является] благочестивым; иногда [же чем-то] иным, то есть и не священным, и не благочестивым”. (6) Ко второй разновидности [святого] относится [вот] это:
…sancta ad vos anima, atque istius inscia culpae,
descendam…
(К вам с непорочной (sancta) душой я сойду,
не запятнанной гнусной
Этой виной…)38.
Ибо не священное или благочестивое поддерживало душу этого [Турна], которую он пожелал объявить святой, то есть непорочной, как в этом [стихе]:
…tuque о sanctissima coniunx
felix morte tua…
(О супруга святая,
Счастье, что ты умерла…)39,
в котором он выразил почитание чистоты непорочной супруги40. Оттого и законы – святые (sanctae), что они не должны подвергаться порче вследствие святой неотвратимости (sanctione) наказания. (7) А это [вот место] относится к первому определению понятия о святом, то есть что оно есть не что иное, как священное и благочестивое:
…ессе levis summo de vertice visus Iuli
fundere lumen apex…
(Вдруг привиделось нам, что венцом вкруг головки
ребенка
Ровный свет разлился…)41.
И немного после [этого]:
…nos pavidi trepidare metu crinemque flagrantem
excutere et sanctos restinguere fontibus ignes…
(Трепет объял нас и страх: спешим горящие кудри
Мы погасить и водой заливаем святые огни)42.
Ведь здесь святые [огни] мы будем понимать как священное, потому что они случились по воле богов. Также [и в стихах]:
…tuque о sanctissima vates
praescia venturi…
(И ты, святая пророчица-дева,
Вещая, дай [троянцам] осесть…)43, —
не иначе как священной он называет [ту святую], которую он воспринимал и пророчицей, и преисполненной божества, и жрицей.
(8) Остается, чтобы мы [вместе] с Вергилием сообщили [о том], что является благочестивым (religiosum)44. Сервий Сульпиций передает, что благочестием названо [то], что вследствие некоторой святости является отдаленным и отделенным от нас, названным почти [что] от [слова] “оставлять” (relinquendo), подобно тому как от [слова] “смиряться” (carendo) [названо] благоговение (caeremonia). (9) Соблюдая это [понимание], Вергилий пишет:
…est ingens gelidum luсus prope Caeretis amnem
religione patrum late sacer…
(Есть близ Царейской реки прохладная роща густая, —
Издавна чтима она как святыня)45, —
и [далее] добавляет, чтобы тем [самым] выразить особенность благочестия:
…undique colles
inclusere cavi, et nigra nemus abiete cingit…
(…ее окружают
Склоны крутые холмов, темнохвойной елью
поросших46), —
каковое обстоятельство как бы делало рощу скрытой от людей в их повседневной жизни. И, чтобы показать заповедное (relictum) место, он не только говорит о затрудненности досуга, но и прибавляет [слова] о святости [этого места]:
Silvano fama est veteres sacrasse Pelasgos
agrorum pecorisque deo…
([Рощу и празднество в ней], как гласит преданье,
Сильвану,
Богу пашен и стад, в старину посвятили пеласги)47.
(10) Согласно Помпею Фесту, “благочестивыми (religiosi) являются [те], кто различает [то], что необходимо исполнять, и [то], чего следует избегать”. Отсюда Марон утверждает:
…rivos deducere nulla
religio vetuit…
(Ручьи отводить благочестье (religio)
Не запрещало…)48.
Но [то], о чем он говорит “отводить”, есть не что иное, как чистить. Ведь в праздничные дни разрешается чистить старые грязные ручьи, [а] прокапывать новые не разрешается.
(11) В [этом] беглом обзоре нужно отметить и то, чем он и сам пренебрег, как бы проходя мимо значения одного слова. Ведь, так как овец обыкновенно моют по двум причинам: или чтобы лечить чесотку, или чтобы очищать шерсть, – согласно жреческому праву предусматривается, чтобы не разрешалось мыть овец в праздничные дни ради очищения шерсти, а разрешалось, [только] если нужно смыть грязь во время лечения. (12) Потому среди дозволенного он перечислил также [вот] это:
…balantumque gregem fluvio mersare…
(В реку блеющих стадо овец погружать…)49.
Если бы он высказал [только] это, то он [бы] смешал дозволенное и запретное, но он, прибавив [к реке определение] “целебная”, выразил основание дозволенного мытья [овец]50.
Глава 4
(1) Жреческим попечением является также давать наименования священным местам согласно соответствующему признаку. Поэтому давайте расследуем, что, собственно, жрецы называют святилищем, и как Вергилий воспользовался этим наименованием.
(2) В восьмой книге [сочинения] О делах божественных Варрон рассуждает, что одни считают святилищем [то], где, помимо комнаты, есть площадка, добавленная ради богов, как, [например], [она] есть во Фламиниевом цирке Юпитера Статора, другие – [то] место, в котором было освящено изображение бога. И [еще] он прибавил, что подобно тому как [то] место, к которому прикрепили свечу (candelam), называется подсвечником (candelabrum), так [и то место], в котором поставили [изображение] бога (deum), называется святилищем (delubrum). (3) Из написанного выше Варроном мы можем понять, что он преимущественно одобряет то – он, по своему обыкновению, поместил это в конце, – что святилище стало называться от освященного изображения бога.
(4) Однако же Вергилий строго следовал тому и другому пониманию [святилища]. Намереваясь назвать святилище, – [а] мы хотели бы начать с последнего [положения] – он соблюдал, чтобы [в название] включались или собственные имена богов, или те, которые присваиваются богам:
…at gemini lapsu delubra ad summa dracones
effugiunt…