Безликий - Е. Юань

— Это мое самое заветное желание!

«Хех, и куда только подевалась вся твоя хваленая спесь перед лицом скрытой сущности? Одна лишь покорность и осталась…» — беззвучно съязвил Клейн, легонько постукивая пальцем по краю изъеденного патиной стола:

— Однако тебе придется соблюдать кое-какие правила.

— Внимаю вам, — ответил Эмлин, титаническим усилием воли подавляя бурлящий в груди восторг.

Клейн с мягкой улыбкой огласил:

— Тебе строжайше запрещено разглашать любые сведения, связанные со мной, кому бы то ни было, если только я не дам на то прямого дозволения.

— И это касается даже тех сородичей, что присутствовали при твоем ритуале.

— Но… — Эмлин на миг растерялся, не в силах принять подобное условие.

Клейн парировал с абсолютной, мягкой непререкаемостью:

— Полагаю, Лилит не требовала от тебя никаких отчетов о проделанной работе?

Опираясь на то, что в откровении не было даже текста самой молитвы, этот факт вычислялся на раз-два!

«Лил… Он называет Прародительницу по имени… Словно старую знакомую…» — сердце Эмлина дрогнуло, и он покорно опустил голову:

— Не требовала.

Клейн продолжил всё тем же ровным, благожелательным тоном:

— Это глубоко сокрытая сделка. Именно поэтому я послал свой отклик лишь тогда, когда за тобой перестали наблюдать. Равным образом, тебе незачем отчитываться перед Лилит — это лишь привлечет внимание тех, кому знать об этом не следует.

Увидев, как лицо Эмлина прояснилось, и он понимающе закивал, Клейн добавил еще один штрих:

— Если ты действительно жаждешь стать тем самым спасителем рода Крови, будь готов идти по терниям. Тебе придется сносить глухое непонимание, терпеть грязную клевету и едкие насмешки. Твой удел — нести на плечах свинцовое бремя своей миссии, безмолвно шагая во мраке.

Эти бьющие точно в цель слова мгновенно воскресили в сознании Эмлина Уайта до боли знакомые картины:

Он, вечно осыпаемый насмешками сородичей за свою страсть к куклам. Он, заблудившийся и угодивший в Церковь Урожая, покрыв себя несмываемым позором. Он, тот, кого старейшины отродясь не ставили ни в грош. И вот он, таясь в глухой тени, незримым стражем бережет свой род, оберегает всех до единого, оставаясь безвестным героем…

Растроганный до слез собственным величием, Эмлин с глубочайшим почтением отозвался:

— Ваша воля будет исполнена.

Клейн вальяжно откинулся назад и произнес с легкой, ледяной небрежностью:

— Я дозволил проведение здесь, в этих чертогах, тайных собраний.

— Готов ли ты пополнить их ряды, дабы нащупать путь к могуществу и спасти свой род?

— Готов! — выпалил Эмлин, не раздумывая ни секунды.

Клейн с удовлетворением кивнул:

— У тебя есть еще какие-либо просьбы?

Эмлин, чье сердце радостно екнуло, торопливо заговорил:

— Великий господин «Шут», молю Вас, помогите мне избавиться от ментального внушения! Его наложил епископ Церкви Матери-Земли…

— Я знаю, — невозмутимо оборвал его излияния Клейн.

«Он знает… Воистину, непостижимая тайная сущность…» — Эмлин в благоговении опустил голову еще ниже.

Юноша издал тихий смешок:

— Я могу тебе помочь. Но какую плату ты готов предложить взамен?

Находясь в таинственных чертогах над серой мглой, Клейн обладал невероятно острым духовным зрением. Еще пару минут назад он подметил, что то самое отливающее иссиня-черным цветом ментальное внушение в духовном теле Эмлина Уайта каким-то непостижимым образом успело почти полностью рассеяться, истончившись до предела.

Изначально Клейн планировал пустить в ход один из ритуалов из «Книги Тайн», предназначенный для подобных случаев. Однако нынешняя картина убедила его: одного-единственного ритуала мистического единения вкупе с подавляющей мощью карты «Темного Императора» и очищающим светом «Солнечной броши» хватит за глаза, чтобы выжечь ментальные оковы из разума вампира дотла.

«Плату?» — Эмлин на мгновение задумался, но так и не смог взять в толк, что из его скромных пожитков могло бы заинтересовать такую непостижимую тайную сущность, как «Шут».

Заметив его замешательство, Клейн взял инициативу в свои руки:

— Меня весьма интригуют некоторые страницы истории вашего рода Крови. Вполне можешь расплатиться подобными знаниями.

«Историей рода Крови?» — Эмлин поразмыслил с секунду и с готовностью закивал.

— Можешь пока собраться с мыслями и прикинуть, о чем именно поведаешь. Хех, но прежде тебе надлежит выбрать себе кодовое имя. Из этих, — с этими словами Клейн силой мысли материализовал на поверхности длинного бронзового стола оставшиеся свободными Старшие Арканы Таро.

Эмлин Уайт с неподдельным интересом пробежался взглядом по картам и изрек:

— Луна.

— Я выбираю карту «Луна»!

Глава 469

Королева вампиров

Над серой мглой, в недрах монументального, подобного обители гигантов дворца.

«Луна» Эмлин всерьез задумался, какую именно часть истории рода Крови стоит поведать господину «Шуту».

«Раз уж Он водит дружбу с самой Прародительницей, то наверняка прекрасно осведомлен о делах до Великого Катаклизма. Повторять эти прописные истины нет нужды… В Четвертую и Пятую Эпохи триумф нашего рода вспыхивал не так уж редко, и историй, достойных упоминания, наберется с избытком. Но самая суть, истинный краеугольный камень всего лишь один…» — в голове вампира стремительно созрел план.

В его нынешнем понимании «Шут», скорее всего, являлся одним из древних божеств эпохи до Великого Катаклизма. Сущностью, которая по некой таинственной причине избежала гибели, погрузилась в тысячелетний сон и лишь теперь начала шаг за шагом возвращать былое могущество.

Это безупречно объясняло, почему за долгие тысячелетия истории в летописях рода Крови ни разу не всплывало упоминаний о подобной скрытой фигуре — вплоть до того самого момента, пока Его почетное имя внезапно не разлетелось по оккультному подполью.

Немного собравшись с мыслями, Эмлин горделиво выпрямил спину и начал:

— После Великого Катаклизма наш род покинул авансцену Северного и Южного континентов. Отныне мы выступали не как единая раса, а как обособленные дворяне на службе у различных империй и династий. Одни правили собственными вотчинами, другие стояли на страже стратегически важных твердынь.

— И лишь когда наша владычица, та самая «Королева Кровавой Луны» Олниа, что вывела нас из мрака Темной Эпохи, стала супругой Ночного Императора державы Трэнсост, род Крови вновь сплотился воедино. Мы превратились в незыблемую опору той династии. В те славные времена даже лоэнские Августы и фейсакские Айнхорны были обязаны с благоговением и трепетом величать нашу предводительницу Ее Императорским Величеством.

— В ту эпоху королева Олниа считалась абсолютным эталоном красоты. Существуй на свете волшебное зеркало, способное отвечать на любые вопросы, на реплику «кто на свете всех милее» оно бы без раздумий назвало лишь ее имя…

Чем дольше Эмлин говорил, тем сильнее его