Её чужая дочь - Рина Фиори

Разве что позволяла чуть больше, но свойственной материнскому сердцу любви и ласки я с её стороны не видела.

Хочу помочь Мие, ведь по сути из коробки выпало всего несколько листов. Но у малышки своё видение ситуации. Девочка в будущем станет такой же перфекционисткой, как и её отец, не меньше.

Мия полностью высыпает содержимое коробки на пол и начинает складывать обратно аккуратной стопочкой, миллиметр к миллиметру. Делать это в одиночку ей надоедает спустя максимум полминуты, и она протягивает документы мне. Один за другим, один за другим.

Я не вчитываюсь в содержание бумаг. Во-первых, мне не интересно, а во-вторых, не моё дело, что Селиванов хранит среди документов.

Просто не глядя, повторяю монотонные движения, попутно слушая весёлую болтовню своей напарницы.

– Я приехал, где моя любимая девочка? – с первого этажа мужской голос вещает громогласно, но до нас доносятся лишь обрывки.

Однако и их оказывается достаточно для того, чтобы поторопиться и поскорее покинуть комнату хозяина дома.

– Давай, малыш, а то влетит нам от твоего отца, – бурчу себе под нос.

– Влетит? – изумлённо повторяет Мия. – А это как?

Мысленно ругаю себя за то, что взболтнула лишнего при ребёнке. Ну что мне стоило держать язык за зубами?

– А это то, что будет после того, как твой папа расстроится, – объясняю, как могу.

Остаётся буквально несколько бумажек, и я хочу их просто небрежной стопкой положить сверху. Конечно, я потом расскажу Руслану о том, что мы входили в его комнату, ведь понимаю, что он всё равно узнает обо всём от Мии.

Тем не менее, быть застигнутой за ковырянием в документах босса – слишком.

– Нет, – настаивает Мия, – надо лазвелнуть, – забирает из моих рук последний документ. Свёрнутый пополам лист формата А4.

Разворачивает и возвращает для того, чтобы я положила его в коробку.

Взгляд невольно цепляется за крупные буквы названия документа, тело каменеет, а пальцы трясёт от дрожи.

Глава 20

Руслан

Весь рабочий день проходит в какой-то бешеной суете.

Вроде всего неделю не был в агентстве, а кажется, вечность прошла. Ещё и подчинённые ведут себя так, словно забыли, кто здесь главный. Приходится начинать день с совещания и напоминать им, что зарплату они не за просиживание штанов и распитие халявного кофе получают.

Через пару дней запуск нового проекта, и я вдруг отчётливо понимаю, что мне катастрофически не хватает на рабочем месте Кудряшовой. Именно она занималась созданием рекламной кампании и лучше остальных знает все тонкости проекта.

Но дёрнуть Женю из дома, где она так нужна сейчас моей дочке я не могу, поэтому отрываюсь на Ерохине. Этот лентяй выложится у меня по полной сегодня.

Чуть позже понимаю, что забыл некоторые документы, с которыми работал, пока был дома с Мией во время её болезни. Можно распечатать и подписать новые, но Милана пораньше отпросилась, а файлы как раз на её компьютере.

Самому домой ехать далеко и долго…

Решение проблемы приходит, откуда не жду. И начинается со звонка младшей сестры.

– Русь, прости, – тянет вредина сонным голосом, – я поздно домой, то есть рано утром приехала, и будильник проспала… Ты меня убьёшь, да?

Явственно представляю Улькины умоляющие о прощении глаза и не могу сдержать усмешки.

– Не убью, – отвечаю твёрдо. – У меня есть идея получше.

Я подробно расписываю сестре, где именно в моей комнате находятся необходимые документы. Дублирую инструкцию в сообщении, но не удивляюсь, когда спустя сорок минут она звонит для уточнения деталей.

– Как там Мия с няней? – спрашиваю прежде.

– Не знаю, я их не видела, может, гуляют, – безразлично отвечает Ульяна.

Попросить, чтобы нашла их? А зачем? Есть охранник, есть камеры по всей территории. Я не люблю слежку, но в нашем с Мией случае это необходимость. Ведь дочка всё время остаётся с посторонними няньками.

Пока Ульяна поднимается на второй этаж, я набираю сообщение Артёму.

Выдыхаю, получив от него ответ: Мия и Женя гуляют за домом, в песке ковыряются, бегают друг за другом. Язык так и чешется попросить охранника скинуть мне видео, но я одёргиваю себя. Лишнее это.

Сестра тем временем проходит в мою спальню и, судя по грохоту из трубки, хочет превратить мой дом в руины.

– Ты что там творишь? – рычу на младшую.

– С полки стопка каких-то бумажек упала, я виновата, что у тебя тут не пойми как всё лежит? – огрызается маленькая стерва.

– У меня там всё идеально. Было, пока ты не пришла, – вздыхаю громко. – Я же сказал, на полке ничего не трогать, нужные документы в коробке, которая находится в нижнем ящике стола.

И как она в университете учится, если элементарные вещи запомнить не может?

– Всё, нашла! – сообщает радостно и спустя довольно короткий промежуток времени привозит необходимые документы в офис.

Разумеется, опять забирает «Мазду», потому что я просто не в состоянии отогнать домой сразу два автомобиля.

Покончив с рабочими делами, покидаю турагентство. По пути к дому заезжаю в супермаркет, покупаю кое-какие продукты, в особенности то, что любит моя дочурка.

А ещё ноги сами несут меня в отдел со сладостями. Мию я стараюсь огранивать в сладком, но память неожиданно подкидываем мне тот факт, что Женя ещё будучи Евой любила белый шоколад. Пористый, с пузырьками, воздушный.

На автомате кладу в корзину несколько упаковок, попутно размышляя, почему всё-таки наша жизнь так странно сложилась. Как бы я не пылал ненавистью по отношению к Кудряшовой, а всё же должен признать, что она очень добрая девушка. С другой я своего ребёнка не смог бы оставить.

«А вот она оставила!» – напоминает внутренний голос.

Приехав домой, сначала разговариваю с охранником. Завтра у Артёма выходной, и вместо него будет другой парень, менее опытный. И поэтому я прошу его проинструктировать сменщика по поводу Евгении.

– Я приехал, где моя любимая девочка? – произношу довольно громко, едва переступив порог собственного дома.

Знаю, что на втором этаже меня толком не слышно, но всё же надеюсь, что дочка выбежит меня встречать. Я так привык за последние дни круглосуточно находиться рядом с принцессой, что жутко соскучился, пока был на работе. И не прочь сейчас прижать к себе малышку, почувствовать, как она обнимает меня своими нежными ручонками и шепчет: «Папа, я тебя люблю!»

Только реальность оказывается не такой