Голливуд на страже Гитлера - Бен Урванд

«Я не могу сообщить конкретные данные, поскольку Министерство иностранных дел поддерживает связь со всеми европейскими и зарубежными странами. Сообщения поступают в основном из Америки и Англии».

Доктор Франкфуртер сменил тему. «Из сегодняшних утренних газет складывается впечатление, что министр иностранных дел видел текущую версию фильма», – сказал он.

«Я ничего об этом не знаю», – ответил Зиверс.

«Изменило ли Министерство иностранных дел свое мнение о фильме в результате приказа свыше?»

Тут вмешался Зеегер. Вопрос был неприемлем, поскольку касался внутренней работы ведомства.

Доктор Франкфуртер попробовал применить другой подход. «Когда Министерство иностранных дел изменило свою позицию по фильму?» – спросил он.

«Я отказываюсь отвечать на этот вопрос».

«Вы не хотите или не можете ответить на этот вопрос?»

«И то и другое».

«Министерство иностранных дел изменило свою позицию после первого показа фильма в Берлине?»

«Да, после показа в Берлине».

Зеегер снова прервал его. Он заявил, что не позволит больше задавать вопросы в этом направлении.

«У меня есть еще один вопрос, – сказал доктор Франкфуртер. – Кажется, в заявлении представителя чего-то не хватает, а именно экспертного заключения. Если Министерство иностранных дел меняет позицию подобным образом, то оно могло бы указать нам причину».

Но Зиверс понял, что Зеегер на его стороне. «Мне больше нечего сказать», – ответил он. На этом вопросы прекратились.

Как выяснилось, сказанное Зиверсом не относилось к обсуждаемому вопросу напрямую. Он подтвердил, что сообщения из-за рубежа были основаны на иностранных версиях фильма, а закон в первую очередь касался версии, демонстрировавшейся в Германии. И все-таки Зиверс сделал шокирующее признание: скандал вокруг фильма «На Западном фронте без перемен» заставил германские консульства и посольства по всему миру изучить влияние этой картины в своих странах. Министерство иностранных дел, можно сказать, занималось нежелательным вмешательством: оно использовало свои дипломатические привилегии, чтобы определить, не вредит ли «На Западном фронте без перемен» репутации Германии за границей. Это был беспрецедентный случай, и он повлечет за собой целую череду событий.

Тем временем споры вокруг этой картины достигли Голливуда, вызвав беспокойство Карла Леммле – основателя Universal Pictures. Знаменитый продюсер родился в Германии и хотел, чтобы снятый на его студии фильм «На Западном фронте без перемен» был показан на его родине. По словам одного из представителей кинокомпании, она «лишилась крупного заработка, ведь фильм имел бы огромный финансовый успех в Германии, если бы мог идти без помех»[110]. Вскоре Леммле решил отправить телеграмму Уильяму Рэндольфу Хёрсту, главе огромной американской медиаимперии. «Буду очень признателен Вам за помощь в поддержке моей картины “На Западном фронте без перемен”, которой сейчас в Германии угрожает гитлеровская партия, – писал он. – Если вы считаете, что это не противоречит Вашим принципам, то комментарий, появившийся за вашей подписью в прессе Хёрста, принесет неоценимую пользу»[111].

Хёрст знал толк в хороших историях. В пятницу, 12 декабря, на следующий день после того, как фильм «На Западном фронте без перемен» был запрещен в Германии, он выпустил редакционную статью, которая появилась на первой полосе всех его газет. В ней Хёрст защищал «На Западном фронте без перемен» как пацифистский фильм. Но при этом он продолжал продвигать собственные взгляды. На протяжении многих лет Хёрст гневно критиковал Францию за несправедливые условия Версальского договора. Теперь он заявил, что, несмотря на договор, Германия все равно должна бороться за мир. «Франция, разумеется, захочет получить все, что ей причитается, до последней капли крови. Франция поведет себя в высшей степени эгоистично. Такова ее природа», – писал он. Тем не менее «Германия должна воздержаться от войны вопреки действиям внешних недоброжелателей и внутренних доброжелателей, чьи благие намерения разбиваются о собственную глупость»[112].

Редакционная статья, конечно, не принесла пользы. «На Западном фронте без перемен» был по-прежнему запрещен в Германии. Тогда Леммле принял другие меры. В июне 1931 года его компания повторно представила картину немецким цензурным органам, и она была одобрена для показа ассоциациям ветеранов войны и всемирным организациям, борящимися за мир[113]. В августе Леммле выпустил новую, сильно отредактированную версию картины «На Западном фронте без перемен», которая, по его убеждению, будет приемлема для Министерства иностранных дел. Он совершил поездку по Европе, чтобы прорекламировать новый вариант фильма, и отправил одну копию в Берлин. Вскоре Министерство иностранных дел согласилось рекомендовать «На Западном фронте без перемен» для общего показа в Германии при одном условии: Леммле должен был потребовать от зарубежных филиалов Universal Pictures сделать такие же сокращения во всех копиях фильма. Леммле был готов согласиться с этим условием, о чем сообщил 28 августа своим сотрудникам в Берлине, и те написали в Министерство иностранных дел: «Мы ожидаем, что такая готовность с нашей стороны обеспечит беспрепятственный путь к неограниченному показу фильма в Германии»[114].

«На Западном фронте без перемен» одобрили без каких-либо трудностей, и в сентябре фильм во второй раз вышел на экраны Германии[115]. В начале ноября Леммле отправился в Берлин и с радостью узнал, что эта картина «идет хорошо»[116]. Судьба фильма за рубежом складывалась иначе. Министерство иностранных дел хотело убедиться, что Universal Pictures выполнит поставленное условие, поэтому оно проинформировало все немецкие консульства и посольства о восьми правках, которые согласился сделать Леммле. Некоторые изменения были незначительными: например, из нескольких сцен с ползающими по грязи новобранцами следовало оставить лишь одну. Другие удаленные сцены были гораздо более существенными, особенно с четвертой по седьмую:

4. Замечание, что у каждого императора должна быть своя война, прозвучавшее во время разговора солдат о причинах и развитии конфликта.

5. Обращение Пауля Боймера к одноклассникам в конце фильма: «Умирать за Родину грязно и больно».

6. Вся история вокруг этой сцены. Школьники и учитель не появляются во второй половине фильма.

7. Встреча Пауля Боймера в пивной с пожилыми ветеранами во время его отпуска.

Перечислив изменения, которые согласился внести Карл Леммле, Министерство иностранных дел потребовало, чтобы каждое германское консульство и посольство направило сотрудника на сеанс фильма и сообщило, если что-то не так[117].

Первым, кто обнаружил проблему, стал работник посольства в Париже. В середине ноября он посмотрел фильм в кинотеатре на проспекте Великой Армии и заметил, что оскорбительные высказывания в адрес кайзера и вторая сцена в классе остались[118]. Министерство иностранных дел обратилось с жалобой в Universal Pictures, «крайне смутив» сотрудников компании, которые ответили так: «Мы почтительно просим вас – от имени нашего президента, мистера Карла Леммле – принять наши заверения в том, что этот до сих пор необъяснимый недосмотр –