Короли пепла - Ричард Нелл

опрокидывал стаканы двумя пальцами, игнорируя пристальные взгляды местных, не бывших строителями, и запахи такого количества полуголых, потных тел.

– Мои жены убьют меня раньше армии Трунга, вот увидишь.

Выпивая, Хеми дымил словно зимний камин, и толстые бумажные скрутки табака окрашивали его пальцы в желтый. Да и болтал в основном тоже он.

– Давай переселимся на континент! Ха! – Он скорчил гримасу и повысил тон голоса до глумливого, плаксивого визга, затем повозил локтями по мокрому столу. – Женщины, Рока, – он воздел палец, чтоб лучше донести свою мудрость, – женщины как дети, дружище. Всё им надо срочно. Всё им надо сейчас.

Рока кивнул и опрокинул в себя еще один стакан из своей коллекции. Он подумал о своей матери, долгие годы страдавшей, о ее странствии через мерзлую пустошь в одиночестве, не считая младенца, и все это ради того, чтобы защитить будущее ценой ее собственной жизни и счастья.

Он указал на дверь, что означало, что ему нужно отлить, затем встал и пробрался наружу зигзагом, стараясь никого не раздавить.

Он петлял по аллее, ночной воздух приятно холодил кожу после душного кабака. Рока стал одеваться на островной манер и носил только шорты и сандалии, а иногда шелковую рубаху, чтоб защититься от солнца, но не этим вечером. Он протопал по грязному песку и прислонился плечом к дереву, на котором круглый год росли огромные плоды.

«Интересно, прижилось бы оно в Аскоме?» – подумал Рока. Или зима лишит его жизни, как и многое другое?

Отсюда было недалеко до пляжа. Рока обозревал воды рая, размышляя, не стоит ли ему просто побыть какое-то время возле Фарахи. Рока был молод, и у него было время. Благодаря плотине он мог бы вернуть доверие и внимание монарха – возможно, возобновить с ним игры и беседы.

Эта мысль грозила разбудить Букаяга. Она очень уж смахивала на принятие и могла привести к наихудшему виду предательства. Его мать не избрала легкий путь. Как ее предки и предки тех предков, она отдала всё. И при всех его недостатках, при всех его желаниях Рока – единственный человек в целом мире, который знал правду о Вишан. Это наделяло его ответственностью.

«Помните нас», шептали они из могилы – храбрые мужчины и женщины, без которых его бы не существовало – выжившие, бежавшие от завоевателей в чужое море и ледяной ад.

Рока посмотрел на свои руку и ногу с отсутствующими пальцами и задался вопросом, чего еще он должен лишиться ради цели своей матери. Что еще он должен претерпеть и пожертвовать, и почему он один должен нести бремя истории?

Он моргнул и ощутил покалывание на шее. От выпитого рома зрение его тела утратило четкость, но в своей Роще он был трезв и схватился за оружие. Он согнул ноги и туловище, готовый нанести удар, и почувствовал, как встрепенулся воздух, когда мимо его плеча пролетел нож и вонзился в дерево.

– Ты мертв, – произнес тихий голос из теней.

Рока посмотрел на длину и острие клинка и сильно усомнился в этом. Но улыбнулся.

– Лоа, пират. – Он медленно развернулся, думая, что в самом деле было бы, наверное, разумно убить этого опасного типа. – Как там твоя принцесса?

Арун фыркнул. Он был одет в свои черные шелка, хотя оставил лицо открытым. На его бедре торчали рукоятки ножей.

– Ты спас мне жизнь, мой друг. Считай, долг оплачен. Кикай хотела твою голову.

Рока вздохнул, в общем-то не удивленный.

– Ты знаешь, что она из себя представляет, пират?

– Такая же, как мы с тобой, дикарь.

Букаяг ощетинился из-за того, что его с чем-то сравнивают, но Рока списал это на высокомерие. Так или иначе, он знал: Арун неправ. Вместе с братом он шагнул вперед и выгнул их общую шею.

– Нет, не такая же, пират. Мы можем быть монстрами. Но у твоей принцессы нет выбора.

Глаза экс-монаха сузились. Он отступил назад и почти прорычал:

– Да что ты знаешь? Не говори о ней.

Рока улыбнулся его тону – ведь тот был пустым и отчаянным.

– Я знаю много такого, чего мне знать не следует. Я знаю, что Фарахи никогда бы не причинил ей вреда, и что они тебя обманывают. Я знаю, что она любит только его в целом мире, а ты просто ее питомец. – Он выплюнул последнее слово, и лицо монаха исказилось, но его глаза выдали правду.

– Я беру от нее, что хочу.

– Так вот почему ты вызволил меня, пират? – Рока – или, может, Букаяг – снова шагнул вперед. – Все твои усилия соблазнить принцессу? Быть ее игрушкой? Это предел твоих амбиций?

Эти слова пронзали его собственную грудь, звеня в его ушах. А это место – предел моих?

– Нет.

Голос Аруна теперь звучал глухо, его протест был таким знакомым.

Рока вздохнул и устремил свой разум в будущее, увидев свою встречу с Фарахи, а затем дикий и кровавый побег из Пью. Он угонит корабль и проложит путь через море к свободе, это было достаточно ясно. Но это далеко не всё. Ему предстояло сочинить новую легенду, завоевать или, может быть, объединить страну пепла, а затем и острова…

– Давай со мной, – сказал он, внимательно наблюдая, пока говорил, отмечая каждую черточку, искру и судорогу в лице «призрака». – Давай со мной, пират, и однажды ты будешь обладать Кикай. А после и всем остальным, чем пожелаешь, потому что однажды ты станешь большим вельможей. Возможно, даже королем.

Монах уставился Роке в глаза, слегка дернувшись, как рыба, пытающаяся сорваться с крючка. Рока увидел беспредельную алчность, не сдерживаемую реальностью, и осознал, что может повелевать этим человеком без пыток, требовавшихся когда-то Эгилю. Арун был парень дальновидный.

Без сомнения, он составит собственные планы и попытается обратить всё в свою пользу. Этого следовало ожидать. Он был неспособен иметь никакого представления, никакого намека на будущее и на волну грядущих перемен.

– Как? – спросил бывший мастер чинга, словно просто любопытствуя – словно притворялся, что не верит и ему все равно.

Рока улыбнулся.

Он рассказал ему про свой народ, по крайней мере отчасти – про великих воинов за морем, готовых обрушиться на более слабые народы и предъявить свои права. Он рассказал ему про толстобрюхих похитителей в доме на острове Трунга, которые понадобятся в первую очередь.

– Помоги мне сбежать, пират, как ты однажды сделал в темнице Трунга. Я соберу армию чудовищ на моей родине, и вместе мы изменим это место навсегда.

ГЛАВА 33

Рока опустился на колени перед Фарахи, надеясь, что