Ночь пляшущей тени - Алексей Бессонов

– Васко, бегом к почтарям, спросишь, не пришел ли ответ на мою депешу. На обратном пути зайдешь на кухню, возьмешь большое блюдо закусок. Ты, Ян, сдавай машину и заодно узнай адреса ближайших прокатных контор – этой ночью нам потребуется что-то другое, но не менее мощное.

– Э-э-э?.. – промычал навигатор, указав на здоровенный кожаный чемодан с вещами госпожи Ламма, притороченный к специальной решетке в задней части кормы «Клемма».

– Это я возьму сам, – отмахнулся Маттер. – Делай, что тебе говорят!

Возиться с чемоданом ему, понятно, не пришлось: едва он отстегнул застежки ремней, к машине подскочили двое гостиничных носильщиков, за которыми спешил знакомый бородач в шестиугольной шапке.

– Ах, да что ж это вы сами-то, ваша милость, – запричитал он, подгоняя носильщиков пинками, – куда ж это годится для такого гостя…

– Мои люди заняты более срочными делами, – Маттер протянул ему монету и нахмурил брови, – а я не привык терять время на церемонии: мои негоции имеют большое значение для всего королевства. Велите пока принести в мой номер коллекцию старых вин. Это все.

Он элегантно протянул Элиде правую ладонь, и они скрылись в дверях гостиницы. Администратор, слегка наклонив голову, смотрел им вслед широко раскрытыми глазами.

– Вот уж гость так гость, – пробормотал он. – Вот она, настоящая кровь, не то, что эти наши короеды из глухомани!

В номере Маттер быстро переоделся и вышел к Элиде, сидевшей у окна кабинета.

– Коллекцию вин уже занесли, – меланхолично произнесла она, – я велела оставить там, возле дверей.

– Отлично. – Князь нетерпеливо щелкнул пальцами – голова его была сейчас занята совершенно другим. – Умоляю простить… я… м-м-м… – Он распахнул небольшой буфет, достал два бокала, поставил их на столик возле своей гостьи; тем временем за спиной у него щелкнул замок, и в гостиной раздались знакомые шаги Васко.

– Что там? – крикнул Маттер, оборачиваясь.

– Депеша прибыла, – спокойно ответил слуга.

Он вошел в кабинет, неся в одной руке корзинку со всякой снедью, а в другой – плотный коричневый конверт с печатями королевского почтового ведомства. Князь нетерпеливо вырвал у него конверт, разодрал его вдоль и уселся за стол.

– Принеси вина, – приказал он, всматриваясь в колонки цифр, отпечатанные на тонком листе бумаги. – Там где-то… там все вина стоят. Неси и… открой, что госпожа скажет.

«1. Ни о какой следственной группе столичной Стражи, официально отправленной в Майли, информации мы не имеем. По всей видимости, такой отправки не было: лгать в ответ на прямой запрос нашего ведомства они, с учетом ситуации в столице, не стали бы ни при каких обстоятельствах.

2. Путем опроса трех не пересекающихся (агентурно) информаторов удалось достоверно выяснить следующее: неделю назад в Майли выехал с частным визитом господин старший дознаватель Риро Такари, барон младшей ветви дома Айдель с острова Корн. Цель его поездки неизвестна; отпуск он при этом не оформлял. Репутацию старшего дознавателя Такари принято считать безупречной, однако, по нашим данным, он имел (и, вероятно, имеет доныне) достаточно сомнительные связи с банковским домом «Лакли», широко представленным в южных провинциях.

3. После совещания с нашими информаторами (Град, разумеется) я принял решение лично доложить Господину Конюшему Левой стороны о ситуации с принцем. По результатам доклада, было выработано следующее решение: делу дать статус «особого, для высшего блага и безопасности Трона», князя же Маттера Лоттвиц-Лоер-и-Гасарпаар срочно уведомить о предоставлении ему временных полномочий Тронного Секулятора 1-го разряда с правом принятия «внесудебных решений» в отношении любого пеллийского подданного, за исключением Персон Крови.

Обо всех значимых подвижках в деле прошу докладывать при первой возможности.

Э.Д.»

Маттер скрутил бумагу в трубочку и достал из кармана зажигалку.

Ему случалось пересекаться с дознавателем Такари, так что Энгард зря дал себе труд писать о его репутации. Господин Риро отличался сложным, чтобы не сказать гнусным, характером. С одной стороны, его знали как талантливого сыскаря, способного, если надо, достать преступника со дна морского, а с другой – мало кто в столичной Страже был так искушен в шантаже и тонком искусстве махинаций с использованием служебного положения.

Впрочем, были у него и положительные качества: Такари никогда не сдавал своих и не подставлял тех, кому дал гарантии защиты.

Князь разогнал рукой дым от сгоревшей бумаги и поднял глаза на свою гостью.

– Еще раз прошу меня извинить, – пробормотал он. – Обстоятельства меняются прямо на ходу. Но пока что у нас есть время перекусить и обсудить наши с вами дальнейшие планы. Я так понимаю, что у вас есть некие связи, позволяющие выяснить нынешнее местонахождение Седжа Терсио?

Элида согласно наклонила голову.

– …Но при этом раньше вы не решались встретиться с ним?

– Это не имело смысла, – тихо ответила женщина. – Если он сейчас в Майли, то нам помогут найти его. По крайней мере, я на это надеюсь.

– Хорошо, – Маттер придвинул доставленное из ресторанной кухни блюдо с сырами и тонкими ломтиками жареной утки, налил в бокалы вино. – К вечеру я надеюсь получить кое-какие известия, а ночью нам нужно покинуть это место. Мне очень не нравится компания, напавшая на Киту. Эти люди кажутся мне все более и более странными… с ними что-то не так. Сперва я предположил, что в Майли прибыли представители Братства, сбежавшие в свое время из Пеллии, но теперь у меня стали появляться сомнения. Братство продержалось два столетия… и одна из причин этого явления – изворотливость и крайняя осторожность. Да, они убивали! Но только тогда, когда не оставалось никакого другого выхода. А уж пытать женщину-нотариуса, с которой вполне можно договориться, – ну нет, такого я себе представить не могу никак.

– Вы так хорошо знакомы с этими людьми? – искренне удивилась Элида.

– Был знаком, – вздохнул Маттер. – И достаточно тесно… Но в один прекрасный день увидел, что они заигрались. Есть уровень событий, на который простому смертному даже засматриваться не стоит, а они решили, что на этом уровне можно сыграть в свою игру. Хотя, конечно, я на самом деле очень многого не знаю, да и говорить мне об этом не хочется.

– В последние недели с Седжем у меня возникло такое чувство, будто он перестал видеть границы дозволенного, – произнесла Элида, без всякого аппетита жуя сыр.

– Вы говорили об этом.

– Я сказала не все. У меня были мысли о том, что у него вдруг появился некий покровитель, способный оградить его от любых неприятностей. Таких покровителей мало, не правда ли?

– И принц Инго вряд ли может быть отнесен к их числу, – Маттер прищурился и поскреб бороду. – Ему бы самому найти себе защитников…

«Самая невероятная из всех версий, – сказал себе он, смакуя терпкое старое вино, – что господин Терсио заручился поддержкой кого-то из людей, близких к Трону, и предложил несчастному принцу поработать «острием копья». Я бы даже мог в это поверить, но только не с Инго. Этот принц хорошо понимает, какова плата за подобную работу».