Ночь пляшущей тени - Алексей Бессонов

Сыскарь растерянно обвел глазами свой кабинет, тесно уставленный шкафами с бумагами, и на миг прикусил губу.

– Если там не было насильственных умертвий, то я…

– Вам даже не докладывали? Понятно, это отбрасываем. – Маттер протянул руку и взял с края письменного стола стакан, до краев наполненный темным вином. – Теперь откровенно: до вас доходили городские слухи об эмиссарах Братства, прибывших якобы из-за океана?

– Ох, ваша милость… – Начальник сыска осторожно присел на стул у торца своего стола, Маттер коснулся своим стаканом его, и они одновременно выпили. – Да, такие слухи до нас доходили. Не могу сказать, что я воспринимаю их всерьез, хотя среди моих людей…

– В Майли, говорят, видели одного авантюриста, который исчез лет так двадцать тому… да? И пропал он вроде как при странных обстоятельствах, не так ли?

– Даглан просто был убит, – фыркнул сыскарь. – И похоронен восемнадцать лет назад, ваша милость. И могила его есть. А теперь вернулся, и двое видели его точно. И выглядит куда хуже, чем с того света.

– Хуже?

– На человека непохож. То ли паралич его хватанул, то ли еще что – и сам дергается, и лицо… жуткая, говорят, у него теперь рожа. А раньше был вполне себе красавчик. Хотя, конечно, если он действительно за океаном болтался, так там что угодно произойти может.

– Вы знали Даглана раньше?

– Не слишком близко, ваша милость. Тогда я был молод, и к таким сложным делам меня не допускали. Даглан имел контакты в довольно высоких сферах, поэтому за ним наблюдали, но не более того.

– И представители этих самых «сфер» до сих пор занимают видное место в обществе, не так ли?

– И да, и нет. Некоторые фамилии пали окончательно, а кое-кто покинул Майли. За последние годы здесь многое изменилось, очень многое. Старая аристократия потеряла свое влияние в гораздо большей степени, чем, скажем, в Лидвиле или Ангрене, что вроде бы рядом… но у них все не так. Столица… – тут начсыска замялся, пытаясь подобрать наиболее нейтральный, с его точки зрения, термин, – в общем, столица присылала нам таких своих представителей, которые э-э-э делали все возможное для того, чтобы в Майли ехали люди с большими деньгами.

– Очень важный порт, – проронил Маттер. – Как могло быть иначе? Ни Ангрен, ни один из соседних городов никогда не имел такого значения для нашей торговли. Майли нужно было развивать любой ценой, да и сейчас эту задачу никто не снимает. Это вам непонятно? Да… меня иногда бесят такие рассуждения… Аристократия… – он вздохнул, мысленно ругнув себя за эту, пусть и короткую, вспышку, – так я и сам, знаете ли, аристократ, и не последних кровей. И что ж я, по-вашему, сижу в фамильном замке?.. езжу на охоту, играю в лимбо? Нет, я служу Трону, а это порой бывает больно. Больно, господин мой!

Усатый сыскарь растерянно захлопал глазами. Слова Маттера здорово напугали его, но он все же нашел силы продолжать свой рассказ:

– Даглан тогда имел дела с держателями довольно крупных капиталов… капиталов, в происхождении которых сомневаться не приходилось ни в малейшей степени. Но сохранять их становилось все труднее, поэтому некоторые люди, оказавшись в неприемлемой для себя ситуации, обращались к таким, как он. О Законе тогда уже не очень думали, ваша милость.

– Некоторые люди, – перебил его Маттер, – это всякие старые банкиры и «почтенные торговые династии»? Те, кто в итоге проиграл все свои шансы, цепляясь за древнюю привычку сидеть на мешках с золотом, окружив дом тройным кольцом охраны? Давайте называть вещи своими именами… Впрочем, вы можете не продолжать, мне уже все ясно. В один прекрасный день ваш Даглан ограбил с десяток замшелых баронов, инсценировал собственное убийство и удрал за океан. Так?

К немалому удивлению Маттера, начсыска энергично замотал головой.

– Ограбили как раз его, ваша милость. Он потерял все деньги – как свои, так и те, что были доверены ему в управление, и факт этот сомнения не вызывает, хотя история, скрывать не стану, довольно темная. А потом его убили… или не убили, не знаю уж, что там на самом деле было.

Князь снова вздохнул. Теперь собеседник казался ему куда тупее, чем в начале разговора.

– Этот Даглан имел тогда дела с банкирами из дома Роти? – резко спросил он.

– Роти, Роти… – сыскарь явно не помнил, о ком идет речь. – Не знаю, может, и имел. Фамилия, кажется, почтенная. Это вроде бы старый торговый дом?

– Это старый баронский род, – хмыкнул Маттер, вставая. – И на вашем месте я занялся бы им очень серьезно. Что-то у них там происходит. Ну да боги им в дорогу. Вы написали мне адрес?..

Маттер нашел своего телохранителя там, где и велел ему ждать себя; Хадден сидел за грязноватым столом у окна, задумчиво глядя на недоеденную гусиную грудку. Стакан вина, стоящий перед ним, был почти полон.

– Дерьмово здесь кормят? – сочувственно поинтересовался князь, садясь напротив него.

– Н-да нет, ваша милость, – вскинул голову наемник, – просто я не голоден. Ну, что у вас?

Князь молча протянул ему листок бумаги с криво накарябанным адресом. Едва глянув на него, Хадден поднял брови и покачал головой:

– Ну и местечко, я вам доложу…

– Это далеко отсюда?

– Не так чтобы очень, но не в том дело. Квартал к югу от старого рыбного рынка: мало того, что там какие-то руины, так и населены они… В общем, последнего разбора там горожане.

– Узнаю господина нашего Риро, – пробурчал Маттер. – Что ж, идем, старина, посмотрим, что ждет нас впереди…

Извозчика они нашли за знакомым уже мостом. Выслушав адрес, здоровенный детина в сером сюртуке поморщился и собрался уже мотнуть головой, но, увидев, как взлетели вверх брови князя, прикусил губу:

– До рынка довезу… но дальше, господа мои, ни за какие деньги не поеду, хоть режьте меня тут на месте.

Маттер протянул ему серебряную монету, и они с Хадденом забрались на просиженный диван экипажа.

– Я знаю, как пройти через рынок коротким путем, – негромко сообщил капитан. – Но вот дальше придется искать дом самим, потому что я бывал там всего два раза, и то уже в сумерках.

– У меня есть карта, – возразил Маттер.

– Я не думаю, что эти три кривые улочки на ней обозначены. Впрочем, давайте посмотрим.

Хадден оказался прав: кварталы за старым рыбным рынком, который давно уже потерял свое значение и превратился в одну из городских клоак, на карте Майли выглядели просто неровным серо-зеленым пятном. Маттер выругался. Картографией в Пеллии ведала особая коллегия, подчиняющаяся непосредственно Тронной Канцелярии, а уж там служили педанты, каких мало. Свое дело они знали туго, так что на пеллийских картах «белых пятен» почти и не осталось; тем более странно было видеть такое безобразие на карте одного из старейших южных портов.

Впрочем, сказал себе раздраженно князь, здесь можно узреть еще и не то…