Воровка - С. Массери

а затем меня оглушает визг шин. Джейс пытается повернуть, но уже слишком поздно, и, когда я поворачиваю голову, в моем окне видна решетка приближающегося к нам полуприцепа. Его огни обжигают мне глаза, и, едва я успеваю собраться, он врезается в заднюю часть нашего джипа. Этот удар слишком силен для нашего автомобиля, каким бы навороченным он ни был, и нас заносит вбок. Я кричу, но мой крик теряется в скрежете металла. На секунду наша машина зависает в воздухе, а затем переворачивается вверх тормашками.

Я пытаюсь прикрыть голову руками, но, слава богу, ремень безопасности не дает мне удариться о потолок. Земля же все равно движется мне навстречу, и я зажмуриваюсь, готовясь к удару и хватаясь за все, что могу найти. Но в итоге я все-таки ударяюсь обо что-то головой, и перед глазами все белеет.

Я не знаю, потеряла ли я сознание, но оно возвращается ко мне со вспышкой боли в голове. Я пытаюсь отстегнуть ремень безопасности, но с ужасом понимаю, что перед глазами мелькают белые пятна.

– Джейс?

Должно быть, наша машина продолжала скользить, потому что ремень безопасности – это единственное, что удерживало меня от падения. В месте, где он впился в кожу, скорее всего, будет синяк, к тому же у меня ужасно болит грудь. Пытаясь унять головокружение, я поднимаю руки и кладу одну из них на приборную панель, и давление на грудь немного ослабевает. Свободной рукой я дотрагиваюсь до виска и понимаю, что мои пальцы становятся скользкими от крови. Несмотря на шум в ушах, я пытаюсь понять, насколько серьезно я ранена, но кровь – это все, на чем я могу сосредоточиться на данный момент. Боль в моей голове буквально убивает меня, застилая глаза, и я прерывисто вдыхаю, пытаясь сосредоточиться, а затем мое внимание переключается на Джейса, который лежит подо мной на осколках разбитого окна со стороны водителя. На секунду мое внимание переключается на траву с той стороны стекла, а затем снова на Джейса. Я вижу, что он совершенно неподвижен, и какое-то время я могу только смотреть на него. Вокруг его тела и в волосах разбросаны осколки, его глаза закрыты, и он не двигается. По моим венам скользит страх.

– Джейс, – повторяю я хриплым голосом. – Джейс, очнись.

Отпустив приборную панель, я тянусь к Джейсу, задыхаясь от боли, вспыхнувшей в моих ребрах. Я пытаюсь дотронуться до парня, но лишь задеваю рукав его толстовки кончиками пальцев. Я дергаю за ремень безопасности, пытаясь отстегнуться, но у меня не получается. Я без толку нажимаю на кнопку снова и снова, но, кажется, ее заклинило. Я застряла. Время будто замедлилось, но благодаря тому, что аккумулятор джипа еще работает, я, прищурившись, смотрю на зеленое свечение часов на приборной панели и убеждаюсь в обратном. Меня накрывает приступ паники, и я крепко зажмуриваюсь, пытаясь выровнять дыхание и успокоить дрожащие руки.

Это всего лишь сон, ужасный кошмар.

Но когда я открываю глаза, я нахожусь точно в таком же положении. Слезы разочарования выступают на моих глазах, и я снова тянусь к Джейсу.

– Джейс, очнись.

Я не могу сказать, мертв он или без сознания, но после того, как я усиленно моргаю, пытаясь сфокусироваться, я замечаю на стекле под ним растекающуюся лужу крови.

Мне кажется, что часы на приборной панели застыли, и к моему горлу поступает тошнота, когда я снова дотрагиваюсь до своего лица. Моя кожа ледяная, а щеки пылают. Меня пробирает сильная дрожь, и холодный пот выступает на спине.

– Пожалуйста, будь жив, – шепчу я.

– Сюда! – кричит кто-то снаружи.

Раздается глухой удар, и после того, как моя дверь распахивается, я вижу опустившегося на колени мужчину с ножом в руке.

– Вот ты где.

Я съеживаюсь, когда мужчина наклоняется ко мне, но он только расстегивает мой ремень безопасности. Прежде чем я успеваю упасть на Джейса, мужчина хватает меня за толстовку, сжимая ткань у моего горла, и одной рукой вытаскивает из джипа. Я пристально смотрю на него, пытаясь понять, что происходит.

На вид ему лет тридцать. Он смуглый, на нем черная одежда и бейсболка без логотипа. На бедре у него висит пистолет, а в руке пустые ножны для длинного клинка, который он туда и убирает. Он крепко держит меня за бока, а затем передает кому-то еще, стоящему рядом. Меня подхватывают другие руки, и я резко выдыхаю, когда мои ноги касаются земли. Пошатываясь, я хвастаюсь за шину.

Мужчины, оказавшиеся рядом, точно не пожарные и не спасатели, но их слишком много для простого совпадения.

Внезапно ветер меняется, и я чувствую дым, валящий из-под капота джипа. Я кашляю, и мужчина оттаскивает меня в сторону. Мир вокруг меня начинает вращаться.

Я крепко зажмуриваюсь, пока он одной рукой грубо подталкивает меня в спину, а другой удерживает за живот.

– Смотрите-ка, что у нас здесь, – он вынимает пистолет из кармана моей толстовки и засовывает его в свой карман. – Что упало, то пропало.

О боже, это был не несчастный случай.

У меня скручивает желудок, когда я вспоминаю внезапный свет фар и отвратительный звук решетки полуприцепа, прилетевшей в кузов джипа.

Я отталкиваю руки мужчины и поворачиваюсь, пытаясь понять, где я нахожусь. Голова снова начинает кружиться, и земля едва не уходит из-под ног. Я быстро моргаю, чтобы прояснить зрение.

Мы находимся между промышленным районом и центром города. По обе стороны дороги есть поле, которое служит разделительной полосой. С одной стороны от нас расположено множество складов, а с другой – высокие здания.

Огромный грузовик, который сбил нас, стоит на дороге на холостом ходу, выглядя намного лучше, чем изуродованный джип. Мужчина вновь хватает меня и тащит через поле обратно к дороге по битому стеклу, которое хрустит под ногами. Мы удаляемся от джипа, задняя часть которого превратилась в груду искореженного металла, а из-под капота все так же валит серый дым. Я оборачиваюсь как раз в тот момент, когда человек, который вытащил меня, отходит от нашей машины.

Я вырываюсь из держащих меня рук, но мои движения слишком слабы.

– Джейс! – кричу я.

Мне нужно вернуться к джипу, несмотря на дым и огонь.

Мужчина снова хватает меня, легко забирая контроль.

– Прекрати!

И тут мой разум в силу обстоятельств будто отключается. Мой взгляд опускается на землю, и некоторое время я смотрю в одну точку.

– Откуда нам знать, что это та самая? – произносит второй мужской голос.

Кто-то берет меня за руку и поднимает рукав толстовки, обнажая клеймо.

– Вот