Антикафе «Чайный час» - Алиса Тиллит

недоумеваю я, неотрывно следя за Дэном через лобовое стекло. Он же опирается на капот так, что мне виден его профиль, и достает из кармана мобильный. Кто-то долго не берет трубку. Денис начинает вышагивать перед машиной, потирая лоб ладонью.

В момент, когда ему наконец-то отвечают, лицо Дэна меняется: на нем отражается облегчение, будто он поставил на этот звонок все. Вижу, как Денис что-то сбивчиво говорит, но слова до меня не долетают. Разговор длится недолго. Дэн слушает ответ, глядя в чистое небо. Вижу, как из уголка глаза бежит слезинка, и Денис тут же поворачивается спиной, прячась от меня. Несколько секунд, и он уже открывает дверь машины со стороны водителя.

Вопросительно смотрю на Дэна, но он заводит машину и загадочно улыбается:

– Стась, ты не против, если мы доедем молча?

Все внутри обрывается. Я соглашаюсь и отворачиваюсь к окну, чтобы спрятать панику. Противный голос в голове кричит, что это все. Никакого счастливого конца не будет – Денис скажет, что это была ошибка и отношения ему не нужны. Ему не нужна я.

Как мы доезжаем до дома Дэна, я не помню. Всю дорогу я фокусировалась на том, чтобы не дать волю страху. Говорила себе: «Здесь не место и не время». Вот только мой организм отказывался это понимать. Денис аккуратно паркуется и заглушает мотор. Мы сидим в тишине пару минут. Я слышу, как Дэн делает несколько глубоких вдохов, но не решаюсь на него смотреть.

– Я говорил с отцом. – Не могу понять по голосу его настроение, но и повернуться к Денису тоже не могу. – Мы… поговорили. Он… Папа сказал, что ему жаль. И что место в его компании все еще мое, если я этого хочу.

Киваю. Я видела, что Денису отношения с отцом важны, хоть он никогда бы в этом и не признался. Это хорошая новость, но тревога внутри не позволяет искренне порадоваться. Вытираю вспотевшие ладони о джинсы и размеренно дышу.

– Стася. – Мое имя звучит так мягко, что застает врасплох. Я поворачиваюсь к Денису и попадаю в плен серых глаз.

Он улыбается и произносит:

– Спасибо.

Я моргаю несколько раз, боясь, что ослышалась. Дэн поворачивается ко мне всем корпусом и наклоняется ближе. Паника пока не спешит отступать, но уже убирает когти.

– Спасибо, что помогла мне съездить туда. Это… было мне нужно, – признается он, удерживая зрительный контакт.

Мелко дышу, боясь того, что будет дальше. «Вот сейчас он скажет, что я ему больше не нужна», – пищит в голове страх.

– Я бы никогда не справился сам, – добавляет Денис и прижимается своим лбом к моему. Я знаю, что этот жест помогает ему успокоиться. – Есть еще кое-что, что я хотел бы тебе сказать…

Сердце замирает. Момент икс настал. В ушах шумит пульс, и я тихо умоляюще шепчу:

– Денис…

– Я люблю тебя.

Слова обрушиваются лавиной, унося нелепые переживания и страх. Хватаюсь за Дениса так крепко, что болят пальцы. По щекам бегут мокрые дорожки, а из груди вырывается радостный смех. Во мне так много чувств, и я не нахожу слов, чтобы их выразить. А потому не говорю ничего. Лишь прижимаюсь мокрыми от слез губами к губам Дениса. В торопливых, сбивчивых ласках все – любовь, радость, вера в будущее. Вера в нас.

Мы отстраняемся друг от друга, хватая воздух. В глазах Дениса искорки, как, я уверена, и в моих. Долгий взгляд, и Дэн обнимает меня, прижимая к груди.

– Я не могу обещать, что буду хорошим парнем. Я сложный, противный и не такой разговорчивый, как тебе хотелось бы, – шепчет он мне в волосы, гладя по спине и плечам. – Но я обещаю, что буду стараться.

Я целую его в щеку и отвечаю так же тихо:

– Тебе больше не придется стараться в одиночку. Мы будем стараться вместе. И у нас все получится.

Эпилог

Год спустя

– Котик, я дома! – кричу я, скидывая кеды.

В коридоре тут же появляется рыжая мордочка. Кот жалобно мяукает и ластится, выпрашивая еду. Это зрелище каждый раз вызывает смех. Персик – тот еще артист! Я с хохотом подхватываю кота на руки.

– Звала я не тебя, но ты больше всех рад меня видеть. Так ведь? – Я чмокаю кота в лоб и отношу на кухню. – Кто ты у нас сегодня: Персик или Бандит?

Судя по разбросанным по полу игрушкам, второе. Кормлю Персика и быстро убираю последствия его скуки. Денис так и не выходит из своего кабинета. Электронные часы подсказывают, что сегодняшний сеанс затянулся. Прошло уже девять месяцев с начала психотерапии, и я с гордостью могу сказать, что это работает. Нет, Дэн не стал лучшей версией себя через неделю. Даже через месяц не стал. Но тяжесть, лежавшая на его плечах столько лет, наконец-то стала уходить. Надо отдать ему должное: Дэн взял себя в руки. Регулярно ходил на сессии с психотерапевтом, вернулся в компанию к отцу и стал спокойнее. Как море, где после долгой бури воцарился штиль. Не скажу, что это далось легко. Были срывы, ссоры, депрессивные эпизоды. Но Денис старался, как и обещал, и их становилось все меньше.

Проголодался не только Персик – у меня в животе бурчит от голода. Вымыв руки, принимаюсь готовить ужин. Ничего сложного: паста с овощами и курицей в сливочном соусе. Привычный монотонный процесс, который дарит умиротворение.

Из кухонного транса меня вырывает звонок. Уменьшаю мощность на плите, провожу пальцем по экрану, принимая вызов, и прижимаю телефон плечом к уху.

– Привет, пап! Как ты?

– Стася, привет. – Спокойный, но приветливый голос отца вызывает улыбку.

Я давно с ним не виделась. Приезжать в гости я отказывалась, потому что с мамой мы так и не поговорили, а папа никак не мог вырваться в Питер. Или не хотел делать этого без мамы, за что я его не осуждала. Накрыв сковородку крышкой, отхожу от плиты и сажусь на подоконник. За окном все еще светло, и солнце играет мягкими бликами на воде. Вид из нашего окна – настоящее произведение искусства.

– Я-то нормально, ты сама как? Сильно на работе устаешь?

Папа не сильно болтливый, поэтому наши разговоры обычно держатся на мне. Рассказываю, как прошел день на работе. Светлана взяла меня на позицию младшего дизайнера почти сразу, как получила резюме. Она заметила потенциал, и я была безумно ей благодарна. Работа в Highlight оказалась именно тем, что нужно. Сперва мне давали несложные