Чингисхан. Имперская идея - А. Мелехин

Ибн ал-Асир, «Полный свод истории».

Всякий раз при наступлении на большие города (монголы) сперва нападают на маленькие города, захватывают (в плен) население, угоняют (его) и используют (на осадных работах). Тогда (они) отдают приказ о том, чтобы каждый конный воин непременно захватил десять человек. Когда людей (захвачено) достаточно, то каждый пленный обязан (набрать) сколько-то травы или дров, земли или камней. (Татары) гонят (их) день и ночь; если (люди) отстают, то их убивают. Когда люди пригнаны, (они) заваливают крепостные рвы (вокруг городских стен тем, что они принесли), и немедленно заравнивают (рвы); (некоторых) используют для обслуживания (колесниц, напоминающих) гусей, куполов для штурма, катапультных установок и других (работ). (При этом татары) не щадят даже десятки тысяч человек. Поэтому при штурме городов и крепостей (они) все без исключения бывают взяты. Когда городские стены проломлены, (татары) убивают всех, не разбирая старых и малых, красивых и безобразных, бедных и богатых, сопротивляющихся и покорных, как правило, без всякой пощады. Всякого, кто при приближении противника не подчиняется приказу (о капитуляции), непременно казнят, пусть даже (он) сказывается знатным.

«Мэн-да бэй-лу» («Полное описание монголо-татар»), с. 67–68.

Одному человеку удалось бежать из Бухары, после того как она была захвачена, и добраться до Хорасана. Его спросили о судьбе города, он ответил: «Они пришли, они напали, они жгли, они убивали, они грабили и они ушли».

Ата-Мелик Джувейни, «Чингисхан. История завоевателя мира», с. 72.

Монгольская кавалерия атакует врага. Персидская миниатюра, XIV в.

Султан Мухаммед Хорезмшах поручил Самарканд ста десяти тысячам воинов. Шестьдесят тысяч (из них) были тюрки вместе с теми ханами, что были вельможными и влиятельными лицами при дворе султана, а пятьдесят тысяч – тазики, (кроме того, в городе было) двадцать дивоподобных слонов и столько людей привилегированного и низшего сословия города, что они не вмешаются в границах исчисления. Вместе с тем они (самаркандцы) укрепили крепостную стену, обнесли ее несколькими гласисами и наполнили ров водой.

В то время, когда Чингисхан прибыл в Отрар, слух о многочисленности в Самарканде войска и о неприступности тамошней крепости и цитадели распространился по всему свету. Все (были) согласны (с тем), что нужны годы, чтобы город Самарканд был взят, ибо что с крепостью случится?!

(Чингисхан) из предосторожности счел нужным, прежде (всего) очистить его окрестности. По этой причине он сначала направился в Бухару и завоевал ее, а оттуда пригнал к Самарканду весь хашар. По пути всюду, куда он приходил, тем (городам), которые подчинялись (ему), он не причинял никакого вреда, а тем, которые противились, как Сарипуль и Дабусия, оставлял войско для их осады.

Когда он дошел до города Самарканда, царевичи и эмиры, назначенные в Отрар и другие области, покончив с делом завоевания тех мест, прибыли с хашарами, которых они вывели из захваченных (городов). Монголы избрали для (царской) ставки Кук-сарай и, насколько хватало глаз, расположились кругом города. Чингисхан самолично один-два дня разъезжал вокруг крепостной стены и гласиса и обдумывал план для захвата их и (крепостных) ворот.

Рашид ад-дин, «Сборник летописей», т. 1, кн. 2, с. 206–207.

Когда они (войско Чингисхана. – А.М.) приблизились к Самарканду, они послали вперед конницу, оставив позади пеших, пленных и обозы, которые постепенно двигались, вселяя страх в сердца мусульман. Когда жители города увидели их общее множество, они ужаснулись. На второй день (после прибытия к городу конницы) подошли: пешие, пленные и обозы. При каждом десятке пленных был флажок, и жители города решили, что это сражающиеся (вражеские) воины. Неверные окружили город, в котором было пятьдесят тысяч хорезмских воинов. Что же касается всего населения города, то его было несметное множество.