Риджийский гамбит. Интегрировать свет - Евгения Сафонова

Сдерживать его никто не стал. Лучше уж стул, чем что-нибудь другое. Или кто-нибудь другой.

– Это Дилль? – неожиданно тихо произнёс Фрайндин. – Авэндилль Эльскиар? Она… отравительница?

Это и правда было неожиданно.

– Дядя, – проговорил Дэнимон ошеломлённо, – откуда…

– Я много думал над вашими словами, и… вспомнил один разговор, ничего не значивший, эпизод обыденной жизни, не имевший никакого значения… до этого момента, – эльф безнадёжно отвернул голову, глядя в тёмное окно. – Каков глупец! Если бы я только подумал об этом раньше, если бы не верил слепо в злобу тёмных, то всё это… ужасное, кровавое, бессмысленное, всё это… можно было бы предотвратить.

– О чём ты?

Фрайндин не ответил. Он смотрел в ночь, и зимняя синева его глаз сейчас казалась ещё темнее. Но мне не так и важен был его ответ.

Значит, зёрна сомнений, которые мы посеяли в прошлый наш визит, всё-таки проросли. Значит, мы помогли ему в свою очередь сопоставить факты – наконец; ведь на самом деле это было совсем не сложно. Требовалось только разбить кривое стекло, через которое ты привык смотреть на вещи.

Потому что редкие преступники не совершают ошибок. И я не верила, что девятнадцатилетняя девчонка, потерявшая голову от любви и ненависти, не допустила ни одной.

– Скажите мне только одно, – не глядя на нас, выговорил эльф. – Она задумала всё это сама? Отравить свою госпожу, подставив тёмных? Убить её ребёнка, свалив вину на них же?

– Нет, – Лод ответил спокойно, точно ожидал вопроса. – По крайней мере, идею об убийстве Повелительницы ей подкинул другой человек.

– Советник Форредар? – Фрайндин медленно повернулся в сторону колдуна. – Поэтому вы убили его?

Это меня не удивило. Я ожидала, что тело Советника быстро обнаружат, и догадывалась, что вычислить убийцу окажется не сложно. Как и тех, кто за нею стоял.

– О, так это уже известно, – Лод невозмутимо кивнул. – Да. Поэтому.

– Говорят, его сердце пронзили огненным клинком. Очень похожим на оружие Навинии. Люди шепчутся, что Повелительница жива, но тёмные обратили её в свою послушную марионетку. Однако теперь я понимаю… если принцесса услышала правду из его уст… – Фрайндин зажмурился. – Что вы узнали? И как?

Короткий рассказ Лода он выслушал, так и не открывая глаз. Не перебивая, не отвечая, не реагируя. И даже когда колдун закончил, какое-то время ещё молчал.

Затем подался вперёд, к двери:

– Идёмте.

– Куда? – не сдержал удивления Восхт.

– К Дилль. Время позднее, она должна быть у себя, а если ещё не у себя, мы дождёмся её прихода. Я помогу вам проникнуть во дворец – защитные чары не впустят никого из вас, Фин отдал магам приказ… Без меня путь туда вам заказан, – эльф резко обернулся, и во взгляде его был какой-то лихорадочный блеск. – Идёмте! Я должен посмотреть ей в глаза, когда она увидит вас. Должен задать ей вопросы, которые давно следовало задать. Должен увидеть, что она будет делать, когда вы поведаете ей всё это.

– Так ты веришь нам? – выдохнул Фаник.

– Поверю всей душой, если увижу то, что ожидаю увидеть. И тогда попрошу Фина проникнуть в её сознание. Вас он не послушает, конечно же, но меня… Пусть наши маги просмотрят её воспоминания. Боль терпима, а большого вреда ей это не принесёт. И если они обнаружат там то, о чём я думаю… – Фрайн порывисто ухватил Эсфориэля за запястье, точно мальчишка, в нетерпении тянущий старшего брата на прогулку. – Идёмте! Я больше не смогу вынести ни дня, ни минуты! Если это правда, если всё это правда… – эльф опустил голову. – Что же мы наделали…

Перехватив быстрый взгляд Лода, я поняла, что мы вновь думаем об одном и том же.

Да, пока всё складывается даже слишком хорошо. Ведь Фрайндин сам, по доброй воле, предложил воплотить в жизнь наш собственный план.

– Мы не можем исправить ужасов прошлого, однако в наших силах предотвратить ужасы будущего. – Положив руку брату на плечо, Эсфор улыбнулся, но улыбка эта была печальной. – Веди нас, Фрайн. Да помогут нам боги.

Лод, поколебавшись, кивнул, и я возвела тройку в восьмую степень, утихомиривая вдруг заколотившееся сердце.

Даже если это ловушка, с кольцами нас никому не поймать. Мы не ожидали, что всё может свершиться так быстро, но это и без того затянулось на восемнадцать лет.

Ладно. Сейчас так сейчас.

В конце концов, точку в этой истории и правда стоит поставить как можно скорее.

Пожалуй, никогда ещё я не ступала по брусчатке, которой эльфы мостили улицы своей столицы, с таким волнением. Близившаяся ночь уже заставила Детей Солнца вернуться в дома, но Восхт, конечно же, всё равно укрыл нас чарами невидимости. В темноте древесный дворец, по которому разноцветными искрами рассыпались сотни витражных окон, впечатлял ещё больше. У ажурных ворот снова дежурили двое стражников – и, завидев Фрайна, поспешили согнуться в низком поклоне.

– Пресветлый тэлья, – они распахнули ворота настежь: каждый по створке, открывавшейся наружу, в сторону дворцовой площади. – С возвращением.

– Благодарю, – Фрайндин, кивнув, двинулся вперёд. За шаг до того, как ступить в сад, застыл, повернувшись к одному из стражей. – Всё ли спокойно? Ничего подозрительного не замечали?

– Нет, пресветлый тэлья. Можете не беспокоиться, мы смотрим в оба, ведь времена нынче…

Фрайн стоял так, что закрыть створки делалось невозможным, ровно посреди прохода, – но ворота были настолько широки, что позволяли спокойно прошествовать между братом Повелителя эльфов и стражниками. И я подалась вперёд ещё прежде, чем почувствовала, как Лод увлекает меня за собой.

Мы уже были в саду, а Фрайн всё поддерживал со стражами учтивую беседу.

– Крайне любопытная защита, – обжёг ухо шёпот Лода, когда мы отошли подальше. – Посторонним не преодолеть ограду. Ворота – единственное слабое место, но и они не пропустят незнакомцев. Однако на время, пока через защитный контур проходит тот, кому дозволено свободно входить во дворец, контур нейтрализуется. И пока Фрайн стоит на пороге…

…он служит аналогом изолятора, который не даёт электрической цепи снова замкнуться. Ясно.

Глядя, как брат Повелителя эльфов прощается с бедолагами, только что впустившими в свой дворец шестерых тёмных, я надеялась, что впоследствии Хьовфин им это простит. Мы и без того оставили за собой порядочный след из трупов.

Стражников у дверей миновали тем же образом, и я во второй раз очутилась внутри золотого древа. Только теперь, оставив позади пару пустынных залов, пройдя мимо искусных гобеленов, на которых выткали сцены эльфийских празднеств, мы последовали за Фрайном наверх – по лестнице, образованной всё теми же древесными лозами, обрамлённой перилами, которые украшала филигрань тонких закрученных ветвей.

Фрайндин поднимался не слишком быстро, но легко и непреклонно. Путь озаряли серебряные светильники на перилах и на стенах, колдовское пламя в которых горело ярко, но не слепило. Периодически мы встречали других обитателей дворца. Благо ступеньки были достаточно широки, чтобы мы могли беспрепятственно разминуться, даже если бы эльфы не отступали в сторону, почтительно кланяясь брату Повелителя. Я подозревала, что магия каким-то образом скрывала ещё и звук наших шагов, ведь вряд ли эльфы, которые славились тонким слухом, могли их не расслышать – и точно не оставили бы без внимания незримых гостей.