Шесть имен кота-демона - Чжан Юнь

Ди Гуанъюань, казалось, вымотался. Он медленно вернулся на свое место и устало опустился за стол.

– Итак… Во дворце произошел чрезвычайно странный случай. Я слышал, что здоровье императрицы дало слабину. Ради будущего страны придворный историограф должен расследовать это дело. Но важно помнить, что, вопреки всему, императрица лишь несчастный человек.

Чжан Чжо глубоко вздохнул и встал, чтобы поклониться:

– Я благодарен за ваш рассказ, старший помощник главы округа Ди. Вы мне очень помогли. Вы достойный сын своего отца.

– Вы очень добры ко мне, придворный историограф! – Ди Гуанъюань слабо улыбнулся. – Я просто никчемный человек без какого-либо таланта, и сравнивать меня с моим отцом, который мог заменить целый мир, – самое настоящее кощунство. Я лишь поведал вам все, что знаю. К несчастью, это все, что я могу сказать.

С этими словами Ди Гуанъюань встал, подошел к памятной табличке канцлера Ди, перевернул разложенные под ней писания и начал читать их вслух.

Чжан Чжо застыл, будучи не в силах отвести взгляд от спины старшего помощника главы округа Ди. Такова была уж семья Ди…

Снег прекратился. В какой-то момент цветы сливы, что росла во дворе, распустились. Пять ароматных бутонов бесшумно покачивались на ветру.

– Какие красивые! – восхищенно протянул Авата-но Махито, который стоял на веранде и любовался цветами.

– Очень обидно, что они расцвели во дворе этого шарлатана… – недовольно пробормотал Ди Цяньли.

Авата-но Махито залился громким смехом, глядя на изможденного молодого человека перед собой. Уже рассвело. Чун Эр принес метлу и начал тщательно сметать снег со двора. Ди Цяньли повернул голову, чтобы посмотреть на комнату позади себя, и недовольно спросил:

– Он что, еще не удосужился встать с кровати?

– Похоже на то. Он не спал прошлой ночью, и свет в его комнате горел до самого утра. Интересно, чем он занимался? – С этими словами Авата-но Махито придвинулся ближе к Ди Цяньли. – Как успехи?

– Успехи в чем?

– В поисках того колдуна, конечно! Тебя не было всю ночь. Удалось его найти?

Ди Цяньли покачал головой и со вздохом сказал:

– Нет. Похоже, этот колдун чрезвычайно хитер. В прошлый раз мы выдали себя с головой и тем самым дали ему понять, что за ним охотятся. Так что, боюсь, будет трудно выйти на него снова.

– Значит, ты вернулся с пустыми руками?

– Можно и так сказать. – Ди Цяньли безрадостно вздохнул, а затем улыбнулся. – Но кое-что все же удалось узнать!

– Да?

Ди Цяньли задумчиво посмотрел на цветущую сливу вдалеке и сказал:

– Прошлой ночью произошло нечто странное.

– И что же?

– Умер человек.

– Очередной труп?

– Да! Умер этот человек… весьма забавно.

– Разве могут смерть и забава идти рука об руку?

– Еще как!

Деревянная дверь позади Ди Цяньли и Авата-но Махито с грохотом распахнулась, и из нее, зевая, вышел Чжан Чжо, облаченный в широкий черный халат. Несмотря на стужу, он по-прежнему был босиком. А на его голове красовался черный высокий головной убор.

– Кто умер? – спросил Чжан Чжо. Его взгляд упал на двор, и в глазах сверкнули искорки радости. – Ура! Моя слива цветет! Ха-ха-ха! Как же хорошо! Очень хорошо! Это дерево не цвело три года, и я хотел его срубить, но теперь оно зацвело. Хорошее предзнаменование!

Ди Цяньли и Авата-но Махито смотрели друг на друга, потеряв дар речи.

Чжан Чжо босиком прошел по снегу, сорвал цветок сливы, поднес его к носу и жадно вдохнул аромат, а затем медленно пошел обратно.

– Цяньли, так кто умер?

Ди Цяньли посмотрел на цветок и скрестил руки на груди:

– Может, сами посмотрите?

Так Чжан Чжо и его спутники оказались в Западном городе.

Полдень еще не вступил в свои права, а город Чанъань, самый важный торговый центр империи Тан, уже кишел людьми. Заморские лавки, ювелирные магазины, склады, что ломились от самых разных товаров, трактиры и постоялые дома были переполнены снующими туда-сюда людьми. Улицы полнились прохожими, и яблоку было негде упасть. Торговцы стояли у дверей своих магазинов и лавочек, с энтузиазмом зазывая прохожих приобрести их товар, рассказывая о самых разных диковинках, привезенных со всех уголков страны. Облаченные в одежды всех возможных цветов иностранные купцы что-то неразборчиво кричали на языках стран, из которых прибыли, и приглашали в свои лавки. Здесь встречались даже важные сановники, спешащие по своим делам.

Повозка продиралась сквозь толпу и, свернув за угол, остановилась перед роскошной резиденцией. Огромных размеров дом с выбеленными стенами и черной черепицей, венчающей крышу, выглядел весьма мрачно. У входа в два ряда выстроились куньлуньские рабы.

Владельцем столь богатой резиденции в Западном городе определенно был человек с необыкновенным статусом.

– Разве это не дом Кан Ваньняня? – Покинув повозку, Чжан Чжо внимательным взглядом окинул возвышающийся перед ним особняк. Волнение промелькнуло в его глазах, когда он обернулся к Ди Цяньли. – Не может быть, чтобы он умер!

– Даже если миру придет конец, этот пройдоха, как таракан, выживет. Не волнуйтесь. Это не он умер! – Ди Цяньли поприветствовал куньлуньских рабов и провел Чжан Чжо и остальных внутрь.

Тучный слуга, который явно по происхождению был согдийцем, махнул им рукой. Он то начинал идти, то останавливался, чтобы дать возможность гостям догнать его, – так они дошли до самой резиденции Кан Ваньняня.

Большой двор с извилистыми галереями цвета киновари был согрет огнем. В самом же доме было уютно. Кан Ваньнянь, одетый в шубу, облокотился на стол и пересчитывал серебряные деньги, сложенные перед ним. Он сосредоточенно прищурил глаза, которые жадно блестели, точно у самого настоящего скряги.

– О! Вы все здесь! – Увидев Чжан Чжо и остальных, Кан Ваньнянь поспешно накрыл стол льняной скатертью и подбежал к прибывшим гостям.

– Похоже, дела идут хорошо! – Чжан Чжо широко улыбнулся.

– Да так… Одна мелочь… – пренебрежительно усмехнулся Кан Ваньнянь. Он поклонился, приветствуя Чжан Чжо, усадил его на главное место за столом и поспешно приказал слугам подать чай. Пребывать в гостях у Кан Ваньняня было настоящим удовольствием – густой крепкий чай подавали в серебряных пиалах очаровательные иноземные служанки, глаза которых были полны заискивания.

– Я слышал, кто-то умер прошлой ночью? – Чжан Чжо потряс своим складным веером.

– Так и есть! – вздохнул Кан Ваньнянь. – Мой лучший друг, которому было всего тридцать пять лет… Молодой человек в самом расцвете сил… Очень жаль его наложниц – все до одной красивые и очаровательные особы… оставшиеся без покровителя. Бедняжки! Главная опора рухнула. Я не могу оставить это просто так, потому планирую взять на себя его семейное… дело…

– Кажется, вопрос здесь не в желании поддержать его семейное дело, а в том, чтобы обзавестись дюжиной наложниц!

– Ай-ай-ай, это… Он был моим другом! Разве я могу оставить его женщин на произвол судьбы? – Кан Ваньнянь с удовольствием предавался столь приятным раздумьям.

– Хватит пороть ерунду! Нас привело сюда чрезвычайно важное дело. Давайте побыстрее перейдем к сути! – Ди Цяньли бросил на Кан Ваньняня серьезный взгляд.

– Да-да, сразу к сути! – Кан Ваньнянь принес свою подушку, подошел к Чжан Чжо, сидящему со скрещенными ногами, и опустился напротив него. – Увы, то, что случилось… очень и очень страшно!

Все пристально посмотрели на мясистое лицо Кан Ваньняня.

– Человека, который умер, звали Ши Баото. Он был сыном семьи Ши, что носила одну из девяти великих фамилий. Он занимался продажей драгоценных камней. У него была большая семья. Нас связывали хорошие отношения, можно сказать, что он был моим лучшим другом. Ши Баото был красивым мужчиной приятного характера, так что мы с ним хорошо ладили… У нас было много общего. Например, мы оба в любой ситуации чувствовали себя как рыба в воде. Однако… было в нем кое-что странное. – Кан Ваньнянь сел прямо и поднял палец вверх. – Он был слишком увлечен женщинами.

– Что плохого в том, чтобы увлекаться женщинами? Как говорится, любая прекрасная дама потому и прекрасна, что предназначена для господина. В нашей стране