Дорога охотника - Ян Ли

последних лет. Шанс показать столице, что род Миренов ещё чего-то стоит. Шанс…

Перо скрипело по бумаге. Приказы — интенданту, командиру гарнизона, магистру гильдии. Деньги — из личной казны, чёрт с ними. Сроки — месяц на подготовку, не больше.

Башня на пустоши ждала. Она ждала веками — подождёт ещё немного.

— Сколько-сколько? — переспросил Эдмар Толстый, хотя прекрасно расслышал с первого раза.

— Восемьсот крон за партию, — повторил Марек, стараясь не морщиться от запаха. — Шкуры загонщиков, чешуя болотных охотников, клыки, когти. Всё первого сорта.

Эдмар — получивший прозвище не за телосложение, а за толщину кошелька — задумчиво почесал лысину. Двое его помощников перебирали товар, принесённый остатками экспедиции. Немного, конечно, после всех этих… происшествий. Но качество…

— Чешуя хороша, — признал один из помощников. — Такую алхимики с руками оторвут.

— Шкуры тоже ничего, — добавил второй. — На броню пойдут. Или на обувь — если заказчик богатый и с причудами.

Эдмар хмыкнул. Восемьсот крон — это много. Это очень много для того жалкого мешка, который приволокли из леса. Но…

— Говорят, вы башню нашли, — сказал он как бы невзначай. — Старых.

Марек не изменился в лице. Хорошая выдержка для молодого парня.

— Башню нашли. Хранилище — пока нет.

— Пока, — повторил Эдмар, и это слово повисло между ними, как цена на аукционе.

Он отошёл к окну, глядя на кишащую народом площадь. Нижний город — это вам не графские палаты. Здесь деньги не лежат в сундуках, а крутятся, вертятся, перетекают из рук в руки. Здесь каждая возможность — это ставка. Иногда — на всё.

Башня Старых. Хранилище. Артефакты, которым сотни, может, тысячи лет.

Если там найдётся хоть что-то — рынок встанет на уши. Цены взлетят. Коллекционеры из столицы приедут, маги, даже, может, кто-то из Академии. А значит — деньги. Большие деньги.

— Пятьсот крон за товар, — сказал Эдмар, не поворачиваясь. — И десять процентов от прибыли с продажи всего, что вытащите из той башни. Плюс — гильдия финансирует часть экспедиции. Припасы, снаряжение, вьючные животные.

Пауза. Марек что-то прикидывал в уме.

— Пять процентов, — сказал он наконец. — И гильдия не суёт нос в то, что мы найдём. Только покупает. По рыночной цене.

— Семь. И право первого предложения.

— По рукам.

Эдмар повернулся, улыбаясь. Улыбка у него была как у акулы — широкая, белозубая и совершенно не достигающая глаз.

— Приятно иметь дело с разумным человеком.

Когда Марек ушёл, Эдмар достал из ящика стола отдельную тетрадь. Личную, не для общего учёта.

«Башня Старых. Пустошь. Нужны: проводник, маг-оценщик, охрана (минимум 20 человек). Риск высокий. Прибыль — потенциально огромная. Отправить агентов узнать больше.»

Торговля — это война. Только умные побеждают не мечом, а информацией.

— Осторожнее! — рявкнул мастер Горан, когда ученица едва не опрокинула реторту. — Это не вода, дура малолетняя! Это эссенция глаза хищника! Знаешь, сколько она стоит⁈

Ученица — девчонка лет шестнадцати с вечно перепачканными чернилами пальцами — виновато втянула голову в плечи.

— Простите, мастер…

— «Простите»! — передразнил Горан, аккуратно переставляя реторту в безопасное место. — Этой хренью, между прочим, можно зелью ночного зрения грейд поднять, всего пятипроцентной добавкой. Или вытяжку берсерка сварить. Или и то, и другое — если руки из правильного места растут. Не твой случай, конечно, но вдруг случится чудо, и поумнеешь.

Он отошёл к рабочему столу, заваленному свитками, склянками и какими-то сушёными органами непонятного происхождения. Мастерская алхимической гильдии располагалась в подвале старого здания — сырость, полумрак, запах, от которого у нормального человека глаза не то, что слезились, готовы были сбежать ко всем чертям. Для любого алхимика — дом родной.

— Значит, так, — сказал Горан, разворачивая карту. — Смотри сюда. Пустошь. Башня. Лес вокруг.

Ученица осторожно подошла, заглядывая через плечо.

— Это та экспедиция графа? Которая почти вся погибла?

— Она самая. — Горан ткнул пальцем в точку на карте. — Вот здесь, судя по отчётам. Леса — девственные, никем не тронутые. Знаешь, что это значит?

— Много чудовищ?

— Много ингредиентов, тупица ты малолетняя! — Горан оживился, глаза загорелись тем особым безумным блеском, который появлялся у него при виде редких компонентов. — Загонщики! Болотные охотники! Чёрт знает что ещё! Веда писала, что там трава какая-то новая есть — с ментальным воздействием минимум третьей категории! Ты понимаешь, какой это потенциал⁈

Ученица не понимала, но послушно кивала. Спорить с мастером, когда он в таком состоянии, было себе дороже.

— Если получится добыть образцы этой травы… — Горан мечтательно закатил глаза. — Зелья контроля разума! Или защиты от него! Или усиления ментальных способностей — это же вполне вероятная замена вытяжки Иссина! Академия за такое не то, что душу — жопу продаст, а уж деньги-то любые заплатит!

Он начал метаться по мастерской, хватая склянки, свитки, какие-то инструменты.

— Так, мне нужно… нет, нам нужно… экспедиция. Своя экспедиция. Или хотя бы человек в составе графской. Кто-то, кто будет собирать образцы. Правильно собирать, не как эти солдафоны, которые даже печень от селезёнки отличить не могут.

— Веда! — Горан хлопнул себя по лбу. — Точно! Эта умная девка… она там была, она знает, что искать. Напиши ей письмо. Нет, я сам напишу. Нет, лучше схожу лично — письма слишком медленно.

Он остановился, нахмурился.

Ученица записывала, стараясь не отставать.

— Найди мне всё, что есть о фауне и флоре пустошей, — приказал Горан. — Старые записи, легенды, даже сказки — всё. Если мы идём туда, мы должны знать, с чем столкнёмся.

— А если граф не разрешит?

Горан усмехнулся — криво, недобро.

— Граф не дурак. Он знает, что без алхимиков половину добычи придётся выбросить. Ядовитые железы, магические органы, реагенты — это всё нужно обрабатывать на месте, иначе испортится. Он нас возьмёт. Вопрос только — на каких условиях.

А условия, подумал он, будут нашими. Или почти нашими. Потому что знания — это тоже монеты, не хуже серебра. И в этой экспедиции монеты эти в цене будут.

В таверне «Рваный Сапог» — негласной штаб-квартире охотничьей гильдии — было шумно, накурено и пахло кислым элем пополам с жареным мясом и грязными портянками. Как обычно, впрочем — но среди постояльцев слишком утонченных особ не водилось.

За угловым столом сидели четверо. Старшина гильдии Брок — седой мужик со шрамом через всю щёку и одним стеклянным глазом. Его заместитель Томас — помоложе, но такой же жилистый и опасный. И двое ветеранов — Кирт и Ольге, только что вернувшиеся из той самой экспедиции.

— … и вот тут эта тварь прыгает прямо на Корвина, — рассказывал Кирт, размахивая кружкой. — А он, значит, щит магический ставить начинает, а оно —