Проклятый поцелуй - Дженни Хикман

– Это просто вода, – прохрипела я.

Так он все время пил воду?

– Тебе нужно что-нибудь покрепче? – Тайг нахмурился.

Я покачала головой и выпила всю воду до капли. После этого мой взгляд остановился на его испачканных кровью руках.

– Ты убил их. Их всех.

Тайг снова наклонил голову под неестественным углом. Точно так же он сделал незадолго до того, как разделался с разбойниками.

– Я просил тебя отвернуться, – сказал он, подползая ближе.

– Я… Я не смогла.

Тайг покачнулся. На его лбу проступили капельки пота.

– Тайг? С тобой все в порядке?

Он встретился со мной помутневшим взглядом и затем повалился на землю. Я подползла к Тайгу и положила его голову к себе на колени.

Темные ресницы припорошены сажей. Впавшие щеки забрызганы кровью. Пульс на его шее едва прощупывается.

Он дышит, но неглубоко. И с трудом. Его испачканное кровью лицо стало таким же бледным, как и рубашка…

Кровь!

Я вытащила рубашку Тайга из брюк, игнорируя загорелую кожу и упругие мышцы на его животе. В том месте, где бедра соединяются с животом, кровоточит рана длиной с мою ладонь. Если Тайг потеряет еще больше крови, он не выживет.

Я должна ему как-то помочь и найти способ остановить кровотечение. Если бы только Эйвин была здесь. Она бы знала, что делать. Думай, Кейлин. Думай!

Достав ведьмовской кинжал, я отрезала полоску ткани от своей юбки и перевязала рану Тайга. Надеюсь, это поможет, пока я не найду иголку с ниткой.

Но что, если этого недостаточно?

Что, если Тайг тоже умрет?

О боже, я действительно госпожа Смерть! Не потому что планирую убить Ганканаха, а потому что самые близкие мне люди – и те, кто просто находится рядом, – умирают.

Тайг не может умереть. Не может. Ему нельзя умирать!

Дрожащими пальцами я дотронулась до щетины на его подбородке. Она такая же шершавая, как наждачная бумага. Я заправила волосы Тайгу за ухо. Даже глядя на остроконечные уши, я больше не видела в нем монстра.

О чем я только думаю?

Тайг только что при помощи магии убил троих мужчин и похоронил их в одной могиле. Магия – зло. Именно поэтому нас учили бояться ее и избегать любой ценой.

Но он меня спас.

Дважды.

В свете последних событий я, возможно, смогу найти в себе силы простить Тайга за попытку обмануть меня, чтобы получить кольцо. Я также могу закрыть глаза на то, что он променял меня на двух ведьм.

Я сняла плащ и накрыла им Тайга. Постепенно краска вернулась на его лицо. Я встала, сделала глубокий вдох и мысленно помолилась, чтобы у меня хватило смелости сделать то, что до́лжно.

Я шла по руинам аббатства, ежась от холода, на который старалась не обращать внимание. Когда я увидела седые волосы, торчащие из травы, у меня подкосились ноги.

Мухи роятся над рваной раной на груди и над остекленевшими голубыми глазами Патрика. Черная плоская кепочка втоптана в грязь.

Я упала на колени и сжала холодные пальцы Патрика в своей руке, в последний раз чувствуя шершавые мозоли, которые он натер за долгие годы работы с лошадьми.

– Мне так жаль, Патрик, – всхлипнула я, заливая слезами его бескровное морщинистое лицо. – Простите меня. Простите… меня…

Какие слова я могу сказать ему на прощание? Что вообще я могу сказать человеку, который отправился со мной в путешествие через всю страну, зная, что я намереваюсь встретиться лицом к лицу с чудовищем? Что я могу сказать человеку, который свято верил, что я одолею Ганканаха?

Смерть Патрика теперь на моей совести.

Я заправила его редеющие седые волосы ему за ухо и замерла.

Под запачканными грязью прядями уши Патрика были такими же, как у Тайга.

Опираясь спиной на полуразрушенную стену аббатства, я сидела на земле, подогнув ноги и прижимая к груди холодный кинжал. Тайг так и не очнулся. Начало темнеть.

Мне одной пришлось тащить Патрика от дороги. Я обложила его тело камнями рядом со сломанным поклонным крестом, который теперь отмечал место последнего упокоения моего друга.

Моего друга, который не был человеком.

И я этого не знала. Даже не подозревала. В моей жизни Патрик был надежной опорой и защитником. Я доверяла ему свои секреты. Я обязана ему жизнью.

Со стороны дороги послышался узнаваемый стук копыт и колес. Я хотела было попросить о помощи, но тут же отбросила эту мысль. Даже если путники сжалятся надо мной, Тайгу они, скорее всего, откажутся помогать, а я не могу его бросить.

Подогнутые ноги онемели, и я вытянула их к зарослям крапивы. Когда кровь вернулась к конечностям, я подползла к Тайгу. Он почти не шевелился с тех пор, как потерял сознание.

Я дотронулась до его лба и нащупала артерию на шее. Жара нет, пульс ровный. Я отодвинула плащ и задрала рубашку Тайга. Ткань импровизированной повязки на ощупь оказалась сухой. Это хорошо. Значит, кровотечение прекратилось. Аккуратно приподняв повязку, я осмотрела испачканную кровью кожу и…

Я не нашла рану.

Где она? Я видела ее собственными глазами! Но теперь на месте жуткого пореза на боку у Тайга лишь едва заметный шрам.

– Пока ты там, внизу, может, заодно проверишь и другие органы?

Я взвизгнула и отпрянула от него. Тайг откинулся назад и ударился головой о камень.

– Ты в порядке? – взвизгнула я. – Как такое возможно?

Глубокие порезы не заживают без швов.

– Не совсем в порядке. – Потирая ушибленную макушку и ругаясь сквозь зубы, Тайг сел. – Мне кажется, у меня сотрясение.

– Да я не про твою голову, дурак! Тебя пырнули кинжалом!

– О, неужели?

Я скрестила руки на груди и нахмурилась, ожидая нормального объяснения. Мне порядком надоело играть в игры.

Тайг смотрел на меня глазами, такими же ясными и зелеными, как трава, на которой он лежал.

– Мне кажется, ответ на твой вопрос весьма очевиден, – в конце концов сказал он, бросив взгляд на опушку леса.

Если бы Тайг был человеком, он, скорее всего, умер бы от потери крови. Но Тайг не человек.

– Магия?

Он кивнул.

В моем сердце вспыхнула надежда.

– А ты можешь исцелять других?

– Почему ты спрашиваешь? Ты ранена?

Тайг наклонился ко мне и ощупал мою шею и руки. Я не ранена, но это не значит, что мне не больно. Потому что это не так. Однако магия не в силах исцелить разбитое сердце.