Враг моего мужа - Маргарита Абрамова

долго здесь не задерживаемся. Месяц-другой… и уходим. Жалко, потому что хозяин платит хорошо. Но здоровье дороже.

— Прости, не подумала об этом.

— Наверное, при вас хозяин сдерживается, — она подняла глаза, — Вы светлая. Он не хочет вам навредить. Простите, если сказала лишнее.

— Нет, всё в порядке, — я покачала головой, — Ты не сказала ничего лишнего. Спасибо, что поделилась.

А ведь правда. Тёмные драконы давят своей аурой. Я знала это из книг. Они излучают тьму — неосознанно, непроизвольно, как тепло от огня. Но они также умеют её держать в узде. Видимо, когда они выходят в свет, они сдерживают тёмные эманации, прячут их внутри, чтобы никому не навредить. А дома уже позволяют себе расслабиться.

— А мистер Думм тоже работает здесь недавно? — спросила я, откладывая расчёску.

— Нет, госпожа, — Фисса покачала головой, — У управляющего дед был тёмный. Так что он без труда находится в компании хозяина. Ему его аура не вредит.

Получается, сейчас Монтре сдерживается и дома? Из-за меня? Потому что я ничего такого не чувствую. Ни давления, ни слабости, ни кошмаров. Только его властный, раздражающий характер.

— Какой комплект наденем под низ, госпожа? — Фисса подошла к шкафу и распахнула дверцы, разглядывая содержимое, — Хотя под эти бретельки сюда не подойдёт нижнее платье, да? Оно будет выглядывать.

— Да, — я подошла к ней, рассматривая все эти вчерашние «презенты».

Я выбрала красные кружевные трусики одного из комплектов. А верх… придётся прикрывать только платьем. Другого варианта не было. Корсет, бретельки, вырез — всё это требовало, чтобы под ним ничего не было.

Фисса смотрела на бельё без смущения — обычно, буднично. Видимо, в этом доме привыкли к таким нарядам. И я не чувствовала себя неловко.

Платье легло идеально. Оно обтянуло мою узкую талию, приподняло грудь, открыв вид на ложбинку. Я не любила такие открытые наряды, но сейчас у меня было только оно.

— Вы очень красивая, госпожа, — сказала Фисса, открыто улыбаясь, смотря на меня в зеркало.

— Спасибо.

— Будем собирать волосы? — она протянула руку к шпилькам.

— Нет.

Я собиралась оставить волосы распущенными, чтобы они прикрывали обнажённые плечи.

— Тогда, может, хотя бы немного подкрасимся? — предложила она, — Чтобы глаза были ярче? Губы у вас и так такие яркие.

— Не нужно, — платье и так слишком яркое, я хотела все же оставаться собой, а не притворяться кем-то другим. Не хотела запутаться в себе и забыть для чего делаю это.

— Как скажете.

— Спасибо за помощь, Фисса.

— Была рада, госпожа.

Девушка ушла, а я выдохнула протяжно, настраиваясь на церемонию.

Я готова. Вроде…

ГЛАВА 17. ГОРЯЧО

Кассия

— Кажется, что я все же волнуюсь… — призналась Монтре, который меня встретил внизу, чтобы сопроводить на церемонию.

— Не стоит… — он взял мою руку, поднес ее к губам, — Вы прекрасно выглядите, моя светлая пташка. Как и обещал, я вас не обижу.

Легко поцеловал тыльную сторону ладон.

— Красный вам к лицу, — добавил он, чуть отстраняясь, но не отпуская моей руки, — Вы похожи на… на пламя, которое вот-вот разгорится. На ту самую искру, с которой начинается пожар.

— Благодарю, — просто ответила я, позволяя ему сопроводить меня к храму.

Мне понравилась такая ассоциация, она напоминала для чего все это, и придавала сил.

Мы прошли знакомым путем к храму, где нас уже ждал мужчина в черных одеждах, расписанных красной нитью. Он был высок, худ, с длинной седой бородой и глубоко посаженными глазами.

На алтаре стояла кованая чаша с выгравированными рунами, а от неё поднимался дым. Пахло благовониями и на удивление розами. Вокруг алтаря были разбросаны их лепестки, а около чаши лежала одна красная роза.

Жрец что-то начитывал над ней на древнем языке.

— Вы как раз вовремя, — жрец оторвался от своего действа и поднял на нас голову, — Всё готово. Прошу вас, подходите. Силы ждут.

Монтре подвёл меня к алтарю, и я разглядела содержимое ритуальной чаши — тёмная жидкость с красноватым отливом. В ней кружились, как в водовороте, лепестки роз. 

— Надеюсь, это не кровь? — спросила тихо у будущего мужа. Я сжимала его руку сильнее, чем следовало, но он, кажется, не возражал.

— Зря надеетесь, — усмехнулся Монтре, но усмешка вышла мягче, чем обычно, почти успокаивающей, — Вам ещё придётся это пить? Или… вы передумали?

— Что? — меня затошнило сильнее. 

— Я шучу, — он чуть сжал мои пальцы в знак поддержки, — Это вино. Креплёное, тёмное, с травами. Но кровь нам всё же придётся пролить… Всего одну каплю. 

Да, вчера за ужином он об этом говорил. Что это необходимо для единения нашей магической природы.

В храме присутствовало ещё двое человек. Мужчина и женщина, похоже, что тёмные. Они стояли в стороне от алтаря, молчаливые, неподвижные, как статуи. Мужчина был высок, широкоплеч, с густой чёрной бородой и тяжёлым взглядом. Женщина — худощава, с длинными седыми волосами, заплетёнными в тугую косу, и тонкими, бледными губами. Оба были одеты в тёмное, без украшений, без вычурности. Когда я посмотрела на них, они мне молча кивнули. 

— Для подтверждения брака нужны минимум двое свидетелей драконьей крови, — пояснил Дамиан, заметив мой взгляд, — Я позвал своих знакомых.

— Хорошо, — я сделала глубокий вдох, расправила плечи, подняла голову.

— Начнем, раз вы готовы, — объявил жрец.

Тёмная свадебная церемония отличалась от светлой. В ней была сила, тяжесть, древняя магия, которая не спрашивала разрешения — она брала своё. Здесь всё дышало иначе — не торжественностью, а опасностью и первозданной мощью, перед которой хотелось опустить голову.

Жрец взмахнул рукой, и свечи вокруг алтаря вспыхнули ярче холодным, синим пламенем, которое почти не давало тепла, но освещало каждый уголок храма. Руны на чаше засветились багровым, дым сгустился, пополз по полу, обвивая наши ноги, поднимаясь всё выше, пока не скрыл наши ступни почти по щиколотку. Воздух стал плотным, вязким, и я чувствовала, как магия проникает в каждую