Расплетая закат - Элизабет Лим

Я сорвала с себя лунное платье, и мое тело яростно содрогнулось. Каждый его сантиметр болел, и в кончиках моих пальцев пылал мучительный жар, пока я спешно собирала вещи.

Из-под кровати выглядывали рваные нити моего зачарованного ковра. Казалось, прошел целый век с тех пор, как я соткала его всего из двух мотков синей и красной пряжи, лишь отчасти веря, что он когда-либо взлетит. Теперь я лучше понимала цену магии. Как и у меня, у ковра почти не осталось времени.

Я подхватила его, письма от папы и свой альбом для набросков. У меня не было четкого плана, куда направиться дальше, но думать об этом было некогда.

Я лишь единожды позволила себе задержаться, чтобы выпить воды и смочить пересохшее горло. Внезапно мое сердце сковало льдом. Свечи на столе замерцали, а затем большинство из них потушил странный порыв ветра.

Но откуда в комнате взяться ветру? Все окна были закрыты.

Вдруг я увидела волка, притаившегося у двери. Его имя, обжигая, поднялось по моему горлу и сорвалось с уст:

– Бандур.

Демон вошел в комнату и прислонился к стене, царапая когтями пол.

– Такой силе невозможно противостоять, верно?

Я убрала руку за спину, чтобы достать кинжал, и обхватила пальцами рукоять.

– Убирайся отсюда.

– Ты чувствуешь, как прямо в этот момент она покидает тебя. Дыхание становится затрудненным, и мало-помалу она тебя душит. Ты чувствуешь, как огонь внутри тебя гаснет, – беззаботно произнес он. – Раздуй это пламя, Майя. Дай ему разгореться.

Я закинула мешок с вещами за плечо и направилась к двери.

Бандур прыгнул, чтобы преградить мне путь.

– Теперь, когда ты попробовала ее на вкус, она начнет поглощать тебя быстрее. У тебя осталось мало времени, Майя Тамарин. Забытые острова зовут тебя. – Он обхватил меня лапой за запястье, впиваясь когтями в кожу. – Ты ведь слышала голоса?

Слышала.

«Сентурна, – молили они. – Сентурна, вернись. Ты нужна нам».

Когти еще глубже вошли в кожу. Пытаясь не кривиться от боли, я вырвала свою руку из его хватки и достала кинжал.

– Джин!

Клинок выскочил из ножен, мерцая метеоритной стороной. Крепко обхватив его, я повернулась к Бандуру и пронзила его сердце…

Но демон обратился дымом, и мой кинжал рассек лишь воздух.

Смех Бандура отразился от стен комнаты.

– Какой запал! Из тебя выйдет хороший страж.

– Покажись! – потребовала я. Мой голос дрожал, рука с кинжалом тряслась.

Бандур возник в зеркале.

– Поспеши, Майя. Если задержишься, я прикажу своим призракам уничтожить все, что ты любишь. – Он призадумался. – И начну, пожалуй, с этого дворца.

– Вперед, – огрызнулась я. – Мне плевать на императора.

– А как же твои друзья, которые живут здесь? Столько невинных жизней… Твои руки и без того испачканы в крови, милая Майя, особенно после сегодняшнего дня.

Я посмотрела на рану на своей руке. От отражения Бандура поднялся завиток дыма, задевая мою кожу. К моему ужасу, это прикосновение исцелило меня.

– Что с шаньсэнем? – прошептала я.

– Он заключил сделку с Гиюрак, – ответил Бандур, – демоном из северного леса.

– Гиюрак, – повторила я. Значит, это имя демона шаньсэня.

– До тех пор, пока сделка не будет завершена, ее сила будет жить в нем.

– Чтобы завоевать Аланди. – Я резко втянула воздух. – А что будет потом?

– Потом она заберет, что ей причитается. Свою кровавую плату.

Я передернулась.

– И что это?

– Тебе-то какая разница? – спросил Бандур, гладя меня по волосам. Я отпрянула, и он рассмеялся. – Скоро ты будешь связана с островами Лапзура, а я наконец получу свободу.

– Я никогда не отправлюсь в Лапзур, – процедила я.

– Ты сама знаешь, что это ложь. Каждую ночь его воды манят тебя к себе, а призраки призывают вернуться обратно.

Я сжала кулаки. «Сентурна».

Тень Бандура нависла над лунным платьем, омрачая его серебристое сияние.

– Не лги себе, – произнес он с жалостью в голосе. – Амана тебя не спасет. Скоро сила внутри тебя поглотит и платья. Ты станешь уникальным стражем, вооруженным солнцем, луной и звездами.

А затем – так же бесшумно, как появился – он исчез. Я пошла к двери, отказываясь поддаваться страху из-за визита Бандура.

Что, если он прав? Возможно, у меня нет иного выбора, кроме как прислушаться к зову. Но я не сдамся без боя.

Сцепив зубы, я коснулась зажившей кожи на руке. Значит, о шаньсэне говорили правду. Он действительно заключил сделку с демоном, чтобы захватить Аланди.

Без Эдана у императора Ханюцзиня не было ни единого шанса выстоять против шаньсэня.

«Ты могла бы остаться, – заискивающе произнес мой внутренний голос. – Помочь ему. Внутри тебя скрывается могущество демона».

Это правда… возможно, я смогла бы помочь, если бы осталась. Может, мне…

– Нет! – строго отрезала я.

Я отмахнулась от голоса, прекрасно зная, что на самом деле за этими соблазнительными мыслями стоял демон, пытающийся пробраться в мой разум. Чем чаще я буду использовать свою темную силу, тем быстрее превращусь в монстра.

«Тогда у Аланди нет надежды. Все твои жертвы были впустую».

Я сжала кулаки. Эдан назвал меня надеждой Аланди. Он ушел, веря, что я могу спасти нашу страну.

Мне стоило сказать ему правду.

Я посмотрела в зеркало. Мое лицо выглядело бледным, румянец не красил щеки, некогда теплый карий цвет моих глаз стал тусклым и безжизненным.

– Я не смогу помочь Аланди, если стану демоном, – сказала я своему отражению.

Я выполнила свой долг перед императором и больше не обязана оставаться во дворце.

Вместо этого я найду способ одолеть Бандура и освободиться от его проклятия. Даже если это значит, что придется вернуться на острова Лапзура.

Но обо всем по порядку. Я не могла незаметно сбежать из дворца в лунном платье. Открыв сундук, я нашла два ореха и стеклянный пузырек, в которых хранила солнце, луну и звезды во время нашего с Эданом путешествия.

Они были завернуты в шелк и атласные обрезки. При моем прикосновении орехи и пузырек задрожали, словно одержимые демонами, и запрыгали по полу, пока не… соединились.

Теперь на их месте лежал круглый стеклянный кулон в виде ореха с ровной трещиной посредине. Он висел на тонкой цепочке из золота и серебра.

Кулон был меньше моей ладони, размером примерно с амулет, который носил император Ханюцзинь… и Бандур.