Прекрасный подонок - Кристина Лорен

— Пожалуйста, Беннетт, — попросила она. — Я схожу с ума.

Я опустил голову, коснувшись лбом ее лба, и наконец-то вошел вглубь резким толчком.

— Ох, черт, — застонала она.

— Повтори это, — задыхаясь, прошептал я и начал двигаться внутри нее.

— Беннетт… ч-ч-черт!

Я хотел слышать это еще и еще. Встав на колени, я начал двигаться равномерней. Наши пальцы все еще были сплетены.

— Мне хотелось бы делать это вечно.

Я почувствовал, что скоро кончу. Следовало успокоиться. Я слишком долго пробыл вдали от нее, и самые яркие мои фантазии не могли сравниться с тем, что происходило сейчас.

— Хочу трахать тебя так каждый день, — прорычал я, уткнувшись в ее влажную кожу. — Так, и перегнув через стол. Хочу, чтобы ты стояла на коленях и сосала мой член.

— Почему? — прошипела она сквозь стиснутые зубы. — Почему мне нравится, когда ты так со мной говоришь? Ты такой козел.

Я снова лег на нее, рассмеявшись ей в шею. Мы двигались безо всяких усилий — кожа, мокрая от пота, скользила по коже. С каждым толчком она поднимала бедра навстречу мне, а ее ноги, сомкнутые на моей талии, вгоняли меня еще глубже. Я был настолько поглощен ею, что время как будто остановилось. Наши руки все еще были сцеплены у нее над головой, и ее хватка стала сильнее. Она приближалась к оргазму. Ее крики становились громче — она повторяла и повторяла мое имя, и это почти доводило меня до предела.

— Давай же, — отчаянно прохрипел я.

Я был так близко, но хотел подождать ее.

— Давай, Хлоя, кончай вместе со мной.

— О боже, Беннетт, — простонала она. — Скажи еще что-нибудь.

Черт. Мою девчонку заводили грязные разговоры.

— Пожалуйста.

— Ты такая скользкая и горячая. Когда ты готова кончить, — пропыхтел я, — твоя кожа розовеет, а голос становится хриплым. И в этом долбанном мире нет ничего прекрасней твоего лица в момент оргазма.

Она сжала ноги сильней. Я почувствовал, как ее дыхание прерывается, как она напрягается и стискивает меня.

— Твои пухлые губки становятся такими мягкими и раскрываются для меня, твои глаза упрашивают меня сделать все правильно, и, боже, нет ничего лучше тех звуков, которые ты издаешь, когда кончаешь.

Большего не потребовалось. Я усилил движения, поднимая ее с кровати с каждым толчком. Я был уже на краю и, когда она выкрикнула мое имя, не смог больше сдерживаться.

Она заглушила крики о мою шею. Я почувствовал, как она кончает, бешено сжимаясь подо мной. Это было лучшее чувство в мире. Общая волна подняла и накрыла одновременно нас обоих — и в этот миг я тоже сдался.

Позже я подвинул лицо к ней так, что мы касались носами. Наше дыхание было хриплым и отрывистым. У меня пересохло во рту, ныли мышцы, и я был вымотан. Я высвободил свою руку из хватки Хлои и нежно помассировал ее пальцы, стараясь восстановить кровообращение.

— Срань господня, — выдохнул я.

Все было другим, но каким-то неопределенным. Скатившись с нее, я закрыл глаза, пытаясь отсечь беспокойную сумятицу мыслей.

Она вздрогнула рядом со мной.

— Тебе холодно? — спросил я.

— Нет, — ответила она, мотнув головой. — Просто совсем обалдела.

Притянув ее к себе, я накрыл нас одеялом. Мне не хотелось уходить, но я не знал, можно ли остаться.

— Я тоже.

Между нами повисло молчание. Минуты текли. Мне показалось, что она заснула. Я чуть подвинулся и с удивлением услышал ее голос.

— Не уходи, — шепнула она в темноте.

Склонившись к ней, я поцеловал ее в макушку, вдохнув милый знакомый запах.

— Я никуда не ухожу.

Черт, это было приятно.

…Что-то теплое и влажное вновь обхватило мой член, и я низко зарычал. Лучший. Сон. В мире. В этом сне Хлоя застонала. По моему члену и по всему телу пробежала дрожь.

— Хлоя…

Я дернулся, услышав собственный голос. Я видел ее во сне сотню раз, но сейчас все было настолько реальным. Тепло исчезло, и я нахмурился. Не просыпайся, Бен. Не смей просыпаться, не досмотрев этого до конца!

— Повтори это.

Мягкий гортанный голос проник в сознание, и я заставил себя распахнуть глаза. В комнате было темно, и я лежал на чужой кровати. Тепло вернулось. Мой взгляд метнулся вниз — там пышная копна темных волос двигалась между моими разведенными ногами. Она снова взяла в рот мой член.

Вся ночь мгновенно промелькнула передо мной, и сонная дымка быстро рассеялась.

— Хлоя?

Нет, я не настолько везуч, чтобы это происходило взаправду.

Должно быть, она вставала ночью, чтобы выключить свет в ванной — в комнате было так темно, что я едва видел очертания ее фигуры. Я протянул к ней руки и провел пальцами по губам, обхватившим мой член. Она водила ртом вверх-вниз, быстро щекоча меня языком и чуть задевая ствол зубами при каждом движении. Ее рука скользнула к мошонке. Я еле слышно застонал, когда она нежно перекатила в ладони мои яйца.

Ощущение было таким острым — сновидение и реальность, слившиеся воедино, — что я не знал, сколько смогу продержаться. Она чуть сдвинулась, и ее палец принялся легонько массировать точку внизу. Я зашипел сквозь сжатые зубы. Никто еще мне такого не делал. Мне почти хотелось остановить ее, но ощущения были настолько невероятными, что я не мог шевельнуться.

Когда глаза приспособились к темноте, я провел пальцами по ее волосам, ее лбу и подбородку. Она закрыла глаза и стала сосать сильнее, подводя меня все ближе и ближе к финалу. Я одновременно чувствовал ее рот на своем члене и нежное давление пальца. Это было потрясающе, но я хотел, чтобы она была здесь, со мной, хотел ощутить ее губы на своих губах, когда я войду в нее.

Я сел, подтянул ее к себе на колени и обвил ее ноги вокруг своих бедер. Прижавшись грудью к обнаженной груди Хлои, я взял ее лицо в ладони и заглянул ей в глаза.

— Это был лучший звонок будильника за всю мою жизнь.

Она негромко рассмеялась и облизала губы так, что они соблазнительно заблестели. Опустив руку, я приложил головку члена к ее входу и чуть-чуть ее приподнял, а затем глубоко вошел одним мягким движением. Опустив голову мне на плечо, она качнула бедрами, впуская меня еще глубже.

В постели она была изумительна. Оседлав, она принялась неторопливо скакать на мне, вгоняя член небольшими толчками. Она покрыла поцелуями всю правую сторону моей шеи, посасывая и покусывая кожу. Каждое движение ее бедер перемежалось негромкими стонами.

— …нравится быть наверху, — выдохнула она. — Чувствуешь, как ты глубоко? Ты это чувствуешь?

— Да?

— Хочешь быстрее?