Прекрасный подонок - Кристина Лорен

«До завтра».

Заведя будильник, я положил телефон на тумбочку рядом с кроватью и присел рядом с чемоданом. Я увижу ее меньше чем через двенадцать часов.

И сам толком не понимал, как к этому отношусь.

Как я и надеялась, полет в Сан-Диего дал мне время подумать. Две недели с отцом освежили меня и подарили ощущение любви и заботы. Он сходил к гастроэнтерологу, и опухоль оказалась доброкачественной. Потом мы много говорили, вспоминали маму и даже обсуждали возможность его поездки в Чикаго.

К тому времени как он поцеловал меня на прощание, я чувствовала, что готова к дальнейшему настолько, насколько это вообще возможно. Конечно, в предвкушении встречи с мистером Райаном я снова дико нервничала, но в самолете мысленно произнесла очень зажигательную речь. Я успела сделать кой-какие покупки онлайн, и у меня был теперь целый чемодан новых Трусиков Силы. Я долго и тщательно продумывала возможные сценарии и наконец-то была свято уверена, что у меня есть план.

Шаг первый: надо было признать, что расстояние не решало проблему. Нас разделяла тысяча миль, но это ничуть не притупило моей жажды. Почти каждую ночь я видела его во сне и просыпалась с чувством одиночества и разочарования. Я провела уйму времени, гадая, что он делает, растерян ли он так же, как я, и пытаясь извлечь из Сары всю информацию до последней капли о том, что творится дома.

Мы с Сарой очень весело потрепались, когда она позвонила, чтобы рассказать о ситуации с моими заместителями. Я чуть не умерла от смеха, услышав о заменах, с завидной регулярностью вылетавших за дверь. Конечно, Беннетту трудно было с кем-то ужиться. Он ведь был настоящим придурком.

Сама я привыкла к переменам его настроения и нелюбезному обращению — наши рабочие отношения функционировали исправно, как часы. Дело приобретало паршивый оборот, когда речь заходила о личных отношениях. Почти все знали это, просто не представляли, до какой степени все запутано.

Я часто думала о последнем дне, проведенном с ним вместе. Что-то между нами менялось, и я не знала, как к этому относиться. Не важно, сколько раз мы повторяли, что нам пора остановиться, — наша решимость раз за разом таяла, как дым. Меня ужасало то, что этот мужчина, совершенно не подходивший мне, обладал большей властью над моим телом, чем я сама — как бы отчаянно я ни пыталась убедить себя, что это не так.

Я не желала стать женщиной, жертвовавшей карьерой ради мужчины.

Стоя в зоне прибытия, я в последний раз мысленно себя приободрила. Я могу сделать это. Господи, я надеялась, что смогу это сделать. Бабочки у меня в животе замахали крылышками с двойной нагрузкой, и на какую-то секунду я испугалась, что меня сейчас стошнит.

Его рейс из Чикаго отложили, так что самолет сел в Сан-Диего уже после шести тридцати. Подумать в полете было полезно, но лишние семь часов в аэропорту только заставили меня нервничать еще сильнее.

Я стояла на цыпочках, стараясь высмотреть его в толпе, но ничего не видела. Снова проверив мобильник, я перечитала его сообщение:

«Только что приземлились — увидимся через пару минут».

В этом смс не было ничего романтичного, но живот все равно свело. Наши сообщения прошлой ночью были такими же. Вроде бы ничего особенного: я просто спросила, как прошел остаток недели. Вполне уместно в любых других обстоятельствах, но для нас совершенно ново. Может, у нас появился шанс забыть о враждебности и стать… друзьями?

Ощущая тяжесть в желудке, я вышагивала взад, и вперед, искренне желая, чтобы мозги перестали кипеть, а пульс чуть замедлился. Совершенно бессознательно я замерла на полушаге и повернулась к приближающейся толпе, взглядом обшаривая море незнакомых лиц. Когда привычная шапка взлохмаченных волос выросла над остальными, у меня перехватило дыхание.

О боже, Хлоя, возьми себя в руки!

Я еще раз попыталась взять под контроль свое тело. Черт. Я в полном дерьме. Он выглядел лучше, чем когда-либо на моей памяти. Как, черт возьми, можно настолько похорошеть за девять дней, да к тому же только что сойдя с самолета?

Он был почти на голову выше всех вокруг — так что сильно выделялся из толпы, и я возблагодарила за это мироздание. Его темные волосы пребывали в обычном беспорядке — несомненно, он взъерошил их раз сто за последний час. На нем были широкие темно-серые брюки и клубный пиджак, из-под которого выглядывала белая сорочка, расстегнутая у горла. Он выглядел усталым и слегка небритым, но не это заставило мое сердце биться с первой космической скоростью. Он смотрел себе под ноги, но в ту секунду, когда наши глаза встретились, на его лице вспыхнула самая искренняя и счастливая улыбка, какую я когда-либо видела. Прежде чем я успела сдержаться, мое лицо расплылось в ответной улыбке, широкой и глуповатой.

Мистер Райан остановился напротив меня и чуть помрачнел. Мы оба замерли, ожидая, пока заговорит другой.

— Привет, — неловко выпалила я, стараясь чуть разрядить разлившееся между нами напряжение.

Всем существом я мечтала затащить его в женский туалет, но отчего-то сомневалась, что это подходящий способ поприветствовать прибывшего начальника. Хотя раньше это нас не останавливало.

— Э-э, привет, — пробормотал он, немного нахмурившись.

Черт, да приди же в себя, Хлоя! Развернувшись, мы оба направились к зоне выдачи багажа — и я почувствовала, как от простой близости к нему по коже бегут мурашки.

— Нормально долетели? — спросила я.

Мне было известно, насколько он не любит летать коммерческими авиалиниями, пусть даже в первом классе. Это было нелепо. Я почти желала, чтобы он брякнул что-нибудь идиотское и тем самым дал мне возможность снова на него заорать.

После секундной заминки он ответил:

— Неплохо, после того как мы наконец-то взлетели. Мне не нравится, что в этих самолетах так тесно.

Мы стояли и ждали, окруженные суетившимися людьми, но я ощущала лишь растущее между нами напряжение и то, что нас разделяют всего несколько дюймов.

— А как здоровье вашего отца? — спросил он секундой позже.

Я кивнула.

— Опухоль доброкачественная. Спасибо, что спросили.

— Хорошо.

Минуты текли в неловком молчании, так что я облегченно вздохнула, когда его багаж наконец-то появился на ленте конвейера. Мы оба одновременно потянулись к чемодану, и наши пальцы на мгновение столкнулись на ручке. Отпрянув, я взглянула вверх, на него. Он смотрел на меня.

Сердце ухнуло куда-то вниз при виде знакомого голодного выражения в его глазах. Мы оба пробормотали извинения, и я отвернулась — но успела заметить, как по его лицу скользнула усмешка. К счастью, пришло время забирать прокатную машину, и мы отправились на парковку.

При виде автомобиля премиум-класса — это был «Мерседес-Бенц СЛС АМГ» — он довольно улыбнулся. Ему нравилось водить машину — и нравилось водить быстро, — так что я всегда старалась заказать для него что-то поинтересней.