Baldur’s Gate. Путешествие от истоков до классики RPG - Максанс Деграндель

Gate II будет не в восторге от чрезмерной благодетели: если он оказывается в команде с Аэри, законопослушной доброй эльфийкой, он в какой-то момент может на нее напасть.

Большая часть компаньонов присоединяется к группе при определенных условиях – обычно в обмен на ту или иную услугу. Услуги могут быть самыми разными: от спасения подруги, которую держат в ближайшей крепости, до отбивания фамильного замка у армии троллей. Ради кого-то придется разделаться с сектантами из городского коллектора. Ах да: если, выполняя личный квест компаньона, слишком долго таскать его с собой, он может в любой момент покинуть группу. В Baldur’s Gate их квесты очень простые, но во второй ощутимо усложняются. Некоторые персонажи удостоились особого внимания сценаристов: Джахейра, получившая два личных квеста во второй части, после их прохождения расскажет о своем прошлом и о связях с Арфистами.

Одна из новинок Baldur’s Gate II, которая перекочевала в Throne of Bhaal, а оттуда – в Dragon Age и Mass Effect, любовные отношения между главным героем и компаньоном. Эта простая в общем-то идея Джеймса Олена усилила эффект погружения в игру. Игроку предстоит сблизиться с избранником или избранницей, тот в свою очередь расскажет больше о себе, своих переживаниях и своей истории. В BGII можно вступить в отношения с четырьмя персонажами: Аэри, Аноменом, Джахейрой и Виконией. Предполагалось, что Хаер’Далис станет еще одним потенциальным любовником героини, но из-за нехватки времени этот сценарий не дошел до релиза.

Истории эти захватывающие, но вот однополую пару образовать не позволяют. Из четырех потенциальных партнеров трое – женщины и только один мужчина, игра в целом рассчитана была на мужскую аудиторию. У компаньонов есть свои требования – герой должен подходить им по элайнменту или расе. Джахейру к тому же нельзя исключать из группы. Аномен узнает, что его сестра была убита: он должен выбирать между местью и прощением. Он обращается за советом к игроку, который должен поддержать его решение – иначе любовь не состоится. Аэри, казалось бы, влюбляется в героя, но если в команде будет Хаер’Далис – он уведет ее у игрока. Соблазнить Виконию труднее всех – она выходец из матриархального общества темных эльфов и не слишком доверяет мужчинам. Ее придется переубеждать и мириться с ее непростым характером. В enhanced-версиях Baldur’s Gate Beamdog добавила четверых новых потенциальных любовников и разнообразие ориентаций. Дорн Иль-Хан – пансексуальный полуорк, который может заинтересоваться главным героем вне зависимости от пола и расы. Хекксат – гомосексуальная женщина-вампир, Нира и Расаад ин Башир – гетеросексуалы. Такое разнообразие созвучно другим играм от BioWare – Dragon Age и Mass Effect.

Отношения вплетены в сюжет таким образом, что привносят в событийный ряд эффект неожиданности: избранник может намекать игроку на свои чувства или, напротив, отталкивать его. Игра становится гораздо увлекательнее, когда спутник – не просто бездушный робот, которым игрок командует для достижения результата. Многие игроки берегут своего избранника или избранницу в сражениях, стараются оградить от лишних ударов – иногда даже ценой жизни другого компаньона. А если любимый пал жертвой клинка убийцы или был схвачен драконом? Потерять бойца – обычное дело, но тут события приобретают оттенок личной драмы, и вот уже нужно скорее мчаться в ближайший храм или прибегать к помощи магии, чтобы оживить погибшего или погибшую. Добавив в проект романтические отношения, BioWare сделала самой игре инъекцию душевности, а персонажей наделила особенной индивидуальностью. Герои игры в глазах игроков стали гораздо реалистичнее и интереснее.

До выхода Baldur’s Gate II романтические отношения, не связанные с основным сценарием, почти не появлялись в западных RPG. Нет, кое-что, конечно, было, но это были скорее фрагменты, нежели полноценные любовные истории. В Fallout 2 можно было жениться на девушке, но это происходило по воле отца, который заставал ее в постели с главным героем. Короче, романтики немного. В 1990-м вышла Worlds of Ultima: The Savage Empire, где протагонист впервые в истории компьютерных RPG мог вступить в отношения – с Айэлой или Тристией.

Японские разработчики пользовались заслуженной славой по части любовных тем в играх: к девяностым у них уже были дейтинг-симуляторы вроде Girl’s Garden и True Love. А Dragon Quest V (1992) стала знаковой в смысле отношений в JRPG: в ней можно было выбрать супругу и продолжить приключение годы спустя – уже за общих потомков. Thousand Arms объединила любовь и сражения: герой становился сильнее, когда соблазнял женщин. Thousand Arms была издана в Японии компанией Atlus 17 декабря 1998 года, через две недели после того, как в Америке вышла Baldur’s Gate.

Но хотя отношения с компаньонами – важный элемент Baldur’s Gate, рано или поздно у любого игрока наступает момент, когда он достаточно насиделся в тавернах, наобщался с NPC и вообще устал от задушевных разговоров. Тогда самое время набирать квесты и отправляться в очередную глухомань истреблять бандитов, спасать торговцев, зачищать подземелья – одним словом, жить нормальной жизнью нормального искателя приключений!

Давайте проиллюстрируем концепт «дверь-монстры-сокровища», знакомый и милый сердцу каждого любителя D&D. Baldur’s Gate тоже можно рассматривать в этой схеме. Поможет нам в этом Eye of the Beholder, другая RPG по Забытым королевствам. Eye of the Beholder – данженкроулер, в котором правитель Уотердипа просит игрока изучить городские подземелья и разделаться с созерцателем по имени Ксанатар. Геймплей в игре сводится к тому, чтобы все ниже и ниже спускаться в канализацию под Уотердипом, зачищать монстров, что водятся в туннелях, присваивать себе их пожитки и получать за них опыт. Получая опыт и улучшая экипировку, команда прокачивается, и ей становятся по зубам монстры покруче. Вот в этом и заключается принцип «дверь-монстры-сокровища» – выражение это появилось во времена первой редакции D&D 1974 года и метко описывало принципы, по которым D&D работала.

Baldur’s Gate, так же как и Eye of the Beholder, связана с D&D и, соответственно, с игровой философией D&D. Поэтому скелет ее гейм-дизайна в целом вполне укладывается в схему «открываем дверь – убиваем монстров – одеваемся и прокачиваемся – открываем следующую дверь». Но в BioWare не хотели просто воспроизводить устройство D&D, – да и сама она немало продвинулась со времен первой редакции. Поэтому канадская студия вложила так много ресурсов в сюжет, побочные квесты и персонажей. Если «череда дверей» – скелет гейм-дизайна Baldur’s Gate, то плоть его – нарратив, история. Однако до самого конца сага остается верной модели D&D и не пытается скрыть происхождение от нее. Все ингредиенты коктейля двадцатилетней давности на месте, хотя сценаристы и создали замечательную историю – каждый данж игрок посещает не просто так, а с сюжетной целью, NPC вписаны в игровой мир и связаны цепочками квестов и диалогов, а предметы и книги в тех или иных локациях рассказывают игроку о том, что это за место и что стало с его прежними обитателями. Так в уравнение добавляется еще один элемент.