Дело «Тенкилл» - Шеннон Кирк

его на своём ноутбуке и делала резервные копии только локально. Но они забрали и все резервные копии. Но чтобы их восстановить, у них уйдёт целая вечность, и им нужно будет понимать, что они делают, и чтобы у них были все необходимые операционные системы … а у Кэролайн, видишь ли, есть … — Виктория начинает лепетать какую-то высоконаучную чушь, как всегда, если она сильно волнуется. Эл Рэ начинает задавать вопросы:

— Кто такая Кэролайн? И что у неё есть? Что вы нашли?

— Но, Эл Рэ, если у меня нет статуса — если я уже не заместитель главного юрисконсульта и не партнёр — и если они уже угрожают привлечь меня к Коллегии адвокатов за нарушение адвокатской тайны … Как мы можем использовать то, что мы узнали, даже если восстановим все детали, что практически невозможно за то время, какое у нас есть? Они обвинят меня и всю мою команду в нарушении закона о компьютерном мошенничестве и злоупотреблении властью, а заодно во взломе, хранении и копировании корпоративных данных без разрешения. Вот что будет дальше. Но помимо всего этого, послушайте: они напали на нас и забрали Брэда. Если мы в пятницу пойдём в суд, они сбросят его в Атлантический океан. И я сильно сомневаюсь, что это бескровный шантаж, как в случае с Парком. На этот раз они серьёзно.

— Мне надо подумать. Новые телохранители будут уполномочены мной, и только мной, когда они появятся у вашей двери. Пока ограничимся этим. Буду думать, что делать дальше. И убедитесь, что эта ваша Кэролайн в безопасности и что она ничего не сотворит с вашими данными.

— Кэролайн в буквальном смысле живёт в крепости. За неё я спокойна.

Виктория согласно кивает. Я кладу трубку.

— Грета, можно с тобой поговорить? — спрашивает Самера. Она на полпути к моей гостевой комнате. — Наедине?

* * *

Она останавливается возле выцветшего белого старинного комода и поворачивается ко мне. Я стою в дверях.

— Закрой дверь, — говорит она. Я подчиняюсь. — Я переговорила со своим источником.

— И?

— Он сказал, чтобы ты сейчас же шла в «КоКо» и поднималась на закрытый этаж.

— Ну конечно, твой источник находится в «КоКо». Это было очевидно.

— Да. Теперь слушай. Я притащила тебя сюда, потому что мой источник попросил тебя привести Лену. Он хочет передать ей что-то — какую-то компенсацию за то, что о ней трепали в новостях. Я не хотела, чтобы она подслушала наш разговор и начала на тебя давить. Ты пойдёшь туда, только если сама этого хочешь.

— Кто твой источник?

— Скоро увидишь.

— Это безумие. Мы не можем пойти туда. Я не могу брать с собой Лену. Это слишком опасно.

— Грета, сейчас всё опасно. Они забрали Брэда. Посмотри, что они сделали с нами. Они убивали раньше и будут убивать снова. Ты знаешь, что мы обнаружили. Слишком много поставлено на карту. Они сделают всё, чтобы тебя остановить.

— Хорошо, они меня остановили. Я туда не пойду.

Самера смотрит на меня, и в её взгляде я снова вижу ярость, как в тот вечер, когда она отказалась выдать мне свой источник. Её ноздри раздуваются, глаза впиваются в меня.

— Значит, ты сдаёшься? После того, как Брэд у них в плену, а у этих ублюдков в руках рычаги воздействия? Ты бросаешь всех, кому они причинили боль? Всех, кого они отправили в тюрьму? Похитили? Убили? Ты сдаёшься им? Ты позволишь им уйти?

— Самера, они убьют Брэда, если я продолжу.

— Они убьют Брэда, если ты не ухватишься за этот шанс. Если ты не возьмёшь на себя управление ситуацией. Давай, Грета, действуй. Пойдём к моему источнику. Я ему доверяю. По-настоящему доверяю. Но я не собираюсь сластить пилюлю, не собираюсь с тобой сюсюкаться. Очевидно, тебе нужно быть осторожной.

— Только не говори Лене.

— Чего не говорить Лене? — спрашивает Лена, стоя на пороге.

Глава тридцать вторая

Мы идём в «КоКо» — Лена, Виктория и я. Лена настояла, что хочет пойти, и как следует на меня наорала за то, что я принимаю за неё жизненно важное решение. Что ж, жребий брошен. Закутавшись в шали и слившись с толпой, после бурной вечеринки выходящей из ресторана на первом этаже, мы втроём покидаем дом, проходим пару тёмных переулков и добираемся до подземной парковки, откуда можно пройти на закрытый этаж. Именно сюда генеральные директора и управляющие поднимаются на специальном лифте, чтобы встретиться лично с Тимом Котоном или Морисом Коверкотом. Но сейчас десять вечера, и в «КоКо» никого нет, разве что парочка засидевшихся стажёров на нижних этажах.

Виктория с нами, потому что Самера сказала:

— И Викторию прихватите. Мой источник говорит, здесь задействованы данные.

Итак, мы втроём, леди-шпионки, стоим у лифта в подземном паркинге. Войти в лифт сама я не могу, потому что моя карта больше не работает. Поэтому мы ждём, пока какой-то неизвестный человек встретит нас и повезёт наверх.

Дзынь, и двери открываются. И кто же нас встречает? Не кто иной, как Пит-Перезапуск.

— Он тебя ждёт, — говорит он мне, не обращая внимания на Лену и Викторию, и протягивает мне свою ключ-карту. — Не знаю, что за хрень происходит, Грета, но просто чтобы ты знала: я пригнал дрон к дому твоей подруги, потому что они мне сказали, что ты больна. Я не имею никакого отношения ко всей этой дичи. Ты всегда была мне симпатична.

— Пит, — говорю я, — беги отсюда. Беги как можно дальше. Вот тебе мой совет.

Он закрывает глаза, понимающе вздыхает и кивает с такой готовностью и с таким мрачным выражением лица, что у меня по коже бегут мурашки. Во что мы ввязываемся? Но Самера доверяет своему источнику. Самера доверяет своему источнику.

— Он вас встретит за сказочным одеялом на лестнице, — сообщает Пит, и двери закрываются. У меня нет возможности узнать, кто такой он.

— За сказочным одеялом на лестнице? — изумлённо повторяет Виктория. — Что за бред?

Я понимаю — всё это полнейшее безумие. Когда мы поднимаемся, уши лопаются от давления, в лифте воет знакомый ураган. Он резко останавливается и подпрыгивает, прежде чем двери с грохотом сами собой открываются на закрытом Королевском этаже. Ужас до чего пафосно. Это пятидесятый этаж.

— Ну, пошли, — говорю я. Очевидно, мы идём навстречу каким угодно опасностям. Они могут спрятать наши тела в пространстве за стёганым одеялом на лестничной клетке. Но мы уже всё обговорили, и сейчас мы не отступим.

Я думаю обо всём этом, когда прикладываю карту Пита