Лицом к лицу - Кэролайн Б. Куни

индивидуальные кружки посетителей. В ее руках была темно-красная кружка с указанием имени владельца синим цветом.

Стивен Спринг.

Ничего себе! Один из рыжих зайцев и сюда забежал? Оказался в ее личном пространстве. В ее жизни.

Она бросила кружку Стивена на кафельный пол, и та разлетелась на множество длинных и острых осколков. Такими можно человека порезать.

Она им все покажет!

Ханна сняла с колышков кружки и с силой бросила все на пол. За ними последовали стаканы. Осколки рассыпались по кафелю. Потом вынула всю посуду и принялась методично разбивать ее. Грохот стоял ужасный!

Владелец и один из поваров, осторожно ступая по осколкам стекла, глины и фаянса, вывели женщину через заднюю дверь на улицу.

– Чтобы я тебя больше никогда не видел, – сурово произнес владелец, вынул из кармана деньги и заплатил ей то, что с него причиталось. Ни центом больше. Его совершенно не волновало, на что Ханна будет жить дальше.

Повар обычно оставлял заднюю дверь открытой, чтобы в помещении был свежий воздух, но на этот раз плотно ее за собой затворил. Ханна услышала, как щелкнул замок, и осталась стоять около мусорных баков.

Она разжала ладонь, в которой лежал длинный и острый осколок кружки Стивена Спринга. XII

Кэтлин не успела объяснить, почему предлагает связаться с отцом по поводу списка потенциальных Ханн. Стивен развернулся, сел на велосипед и уехал, даже не оглянувшись.

Да, родители были совершенно правы – между Стивеном и тем, на что она надеялась, зияла пропасть. Девушка всегда неправильно вела себя, когда дело касалось Дженни, история которой словно спрут со склизкими и омерзительными щупальцами.

– Я же хотела помочь, – беспомощно сказала она человеку, который только что уехал.

– Есть раны, которые не заживают, – сказал однажды отец.

Раны Стивена Спринга могут никогда и не зажить.

Она сжала телефон. Наверняка парень сейчас перезвонит, извинится за резкое поведение и попросит прощения.

Но Стивен не перезванивал.

Он часто закрывался и уходил от разговора, мог спокойно дистанцироваться от своей девушки и совершенно себя за это не корить. А сейчас вообще считал ее предательницей. Зачем она сует свой нос в его дела, пытается привлечь к этой истории ФБР и испортить свадьбу сестры?

«Даже если позвонить отцу, – размышляла она, – сказать ему что-либо конкретное не получится. И чем папа поможет? Что же делать?»

В ее телефоне были фото предисловия книги и списка Ханн.

Недавно вечером она вышла в Сеть и попыталась найти в открытом доступе то, о чем говорил исследователь, – счета людей за кабельное телевидение, воду и электричество. Увы, эта информация оказалась закрытой.

Единственное, что было, – налоги на недвижимость.

Кэтлин быстро разобралась, как находить владельцев. Она посмотрела информацию и по трем Ханнам и поняла, что первая «не имела зарегистрированной недвижимости, в которой проживала, но не меняла адрес вот уже двадцать четыре года, то есть проживала там еще до рождения Дженни. В то время настоящая Ханна была в секте, так что одна потенциальная кандидатура отпала.

Интересно, как тогда она могла оказаться в списке?

По двум оставшимся в Сети не было никакой информации. Кэтлин пришла к выводу, что если человек не владел жилплощадью, переезжал с квартиры на квартиру, не имел стационарного телефона, только мобильный, и не брал кредит для приобретения автомобиля, в Сети он никак не засветится. Получалось, кандидатуры жили нищенской жизнью (которую, по их мнению, должна была вести настоящая Ханна), но никак не вписывались в список Винесетта. Как исследователь узнал имена, если о них в Сети не было ни слова?

Кэтлин хотела кое-что сделать, однако если они со Стивеном расстаются, какой смысл заниматься Ханнами?

«Хороший человек, – вспомнила она, – это тот, кто не проходит мимо. Хороший человек помогает незнакомым людям. Но мне такая позиция не помогла! – с горечью подумала девушка. – Как только я пытаюсь кому-нибудь помочь, от этого отказываются».

Дом Донны и Джонатана Спринг находился всего в десяти минутах езды от торгового центра.

Все направились к ним, чтобы осмотреть задний двор и поговорить о праздновании. Места было много, там хорошо играть детям, если они маленькие. Когда семья переехала, Брендан и Брайан были еще в том возрасте, чтобы играть на этой площадке. Но Брайан не любил активные игры, а Брендан был слишком занят в разных командах, чтобы замечать задний двор.

На соседнем участке росли огромные клены и дубы, тень которых падала на двор семьи Спринг, и были высажены по границе участков чудесные желтые и золотые лилейники. Соседи слева отгородились кустами роз, а справа – рядом плакучих вишен. На самом участке росла зеленая трава.

– По-моему очень мило, – произнесла мать Рива, удивленная, что празднование пройдет в такой приятной обстановке. – Как считаешь, Миранда?

– Согласна, – ответила та.

Джоди вынесла гостям поднос с лимонадом, холодным чаем, шоколадом, печеньем и фруктами. Миранда и миссис Шилдс сели на удобные стулья. Мать Рива заполнила собой большой стул, а рядом с Мирандой могла бы устроиться еще одна такая же худенькая женщина.

– Сейчас вернусь! – крикнула Джоди и исчезла.

Дженни чувствовала себя измотанной. Она не ожидала, что выбор платья может оказаться таким эмоциональным мероприятием; не ожидала, что придется так сильно переживать за Миранду. Увидев отца, она собралась и улыбнулась. Тот крепко ее обнял.

– Как дела у моей маленькой девочки?

Это было его любимое приветствие, словно она все еще трехлетний ребенок.

– Нормально. Мама собирается достать свое подвенечное платье, чтобы мне показать.

Тот рассмеялся.

– Еще не устала от свадебных платьев? Ты сегодня сколько перемерила! Кстати, мне больше всего понравилось восьмое.

– Джоди тебе переслала все фотографии?

– Да. Брайану тоже восьмое понравилось. Стивен сказал, что ему нравится то, которое нравится тебе. Кэтлин понравилось девятое.

– Да, девятое было шикарным! – добавила Джоди. – У Кэтлин хороший вкус!

– Стивен приедет с ней? – спросил отец. – Если он влюблен и она будет следующей невестой в этой семье, хотим ее видеть. Или он не может позволить себе авиабилет.

– Скорее всего, он не может позволить себе последствий, которые может иметь это действие, – уточнила Джоди. – Привести девушку на свадьбу сестры – это серьезная заявка.

– Поговори с ним, – предложил отец. – Скажи, что, если его останавливает денежный вопрос, мы с мамой заплатим.

– Нет, сам ему это скажи, – возразила девушка.

– Он начнет спорить. Стивен всегда хотел быть независимым. Да, Дженни, тебе тут письмо.

Кроме сообщений от Кальвина Винесетта, она ничего не получала. Скорее всего это было очередное письмо от него.

А может, и нет! Может, это ее первый предсвадебный подарок!

Это оказался бизнес-конверт с