Загадка «Пурпурного императора» - Мэри Э. Хэнши

выбежал из дома. Потом вспомнил, что вы все еще здесь, и, чтобы помочь вам, дорогая леди, вернулся и заглянул в окно. Я не мог войти в дом, нет, даже за тысячу рупий! Ужас от увиденного был так велик! Но, к счастью, вы ушли, и я ждал подходящего момента, чтобы сказать вам, чего я хочу как от вас, так и от вашего любопытного сына Эдгара.

Все это время леди Брентон выглядела совершенно ошеломленной той паутиной, которая плелась вокруг нее, но звук имени любимого сына вернул ей силы.

– Эдгара? – закричала она высоким пронзительным голосом. – А он-то тут при чем?

– При том, дорогая леди, – последовал спокойный ответ, – что когда я вышел из сада, то чуть не столкнулся с ним, и он был так взволнован, что даже не заметил меня, пока я с ним не заговорил!

– Эдгар? – повторила леди Брентон с ноткой страха и удивления в голосе. – Эдгар был на территории Чейн-Корта в ту ночь? – И Клик мог бы благословить ее за ту нотку сомнения, которая прозвучала в ее тоне, ибо это был, несомненно, один из пунктов, который он сам хотел бы прояснить. – Но что делал Эдгар в такое время и в таком месте? Да ведь он был на званом обеде, я помню… Нет, это невозможно!

– Не так уж это и невозможно, дорогая леди. Сэр Эдгар сам сказал, что приехал, чтобы встретиться с леди Маргарет.

Стоя в тени оконной занавески, Клик нахмурил брови и задумчиво пощипал подбородок. Так вот как молодой джентльмен объяснил свое присутствие в поместье! Вполне правдоподобно, хотя и сильно отличается от объяснения, которое он дал лейтенанту Деланду. Впрочем, этого и следовало ожидать… В конце концов, это могло оказаться всего лишь отвлекающим маневром. Конечно, вокзал был более подходящим местом для ожидания возвращения невесты из-за границы, чем территория ее дома поздно ночью! Впрочем, Клик не очень-то верил в виновность молодого человека и вполне мог предположить, что сэр Эдгар пошел по стопам матери, чтобы выяснить ее намерения.

В том, что леди Брентон находилась здесь в ту ночь, Клик был почти уверен, несмотря на ее яростное отрицание. Мать и сына, вне всякого сомнения, связывали очень прочные узы. Вполне возможно, что эти двое играли в разные игры, однако были полны решимости защитить друг друга. Но он не думал, что сэр Эдгар…

Мягкий мурлыкающий голос Далла прервал его размышления, и Клик снова навострил уши, прислушиваясь.

– Именно его упоминание о леди Маргарет заставило меня задуматься, не для этого ли пришли и вы, – продолжал индус. – Наверное, поэтому я не особенно удивился, увидев вас там.

– Вы меня там не видели! – возмущенно бросила она в ответ. – Право, это невыносимо! Я говорю вам, что в ту ночь меня не было рядом с Чейн-Кортом, мистер Далл! И я не останусь больше ни на секунду, чтобы выслушивать такие отвратительные обвинения! И пожалуйста, не ходите за мной и не говорите мне больше ничего, вы и так уже достаточно обидели меня сегодня утром своим глупым и нелепым замечанием о шарфах.

Мгновение она стояла в нерешительности, затем повернулась и торопливо пошла по дорожке через лужайку, исчезнув, словно тень. Когда она уходила, Клик, присев в своем укрытии, услышал тихий гортанный смешок. Затем мягкие шаги последовали за леди Брентон и затихли в тишине пустынного места.

Какое-то время Клик сидел молча, погруженный в свои мысли. В голосе Джунги Далла прозвучала некая убежденность, инстинктивно подсказавшая Клику, что леди Брентон была там в ту ночь, как бы она это ни отрицала, и сэр Эдгар тоже. То, что они оба будут бороться изо всех сил, чтобы сохранить свой визит в тайне от мира, он чувствовал не менее уверенно.

Но почему кто-то из них – мать или сын – прятался в доме в ту ночь? Могла ли это быть леди Брентон, чья фигура мелькнула на лужайке перед его изумленным взором? Правда, на ней был золотой шарф, а по ее собственным словам, в тот день она его не надевала. Тем не менее это не единственный в мире золотой шарф, и даже индийские были в широком доступе.

Тогда что ее обязывало познакомить Джунгу Далла с леди Маргарет, когда девочка была в Париже? Имелась ли у индуса какая-то власть над этой женщиной? Все эти мысли проносились в его голове, но…

Он вдруг насторожился, потому что из ночной тишины около окна снова донесся звук шагов, кто-то крался на цыпочках. Перед его острым, проницательным взглядом в темноте промелькнула фигура, которая заставила сердце Клика бешено забиться, потому что это был сам сэр Эдгар Брентон!

Глава XXI. Этот безумный мир

С минуту молодой человек не издавал ни звука, не шевелился, и Клику так захотелось поверить, что его присутствие здесь было случайным – просто стечение обстоятельств. Но вдруг, всмотревшись повнимательнее, он на мгновение увидел лицо сэра Эдгара. И этот единственный взгляд подсказал ему, что перед ним не случайный соглядатай, а тот, чья ненависть к индусу, по-видимому, подвела его сейчас очень близко к убийству… если он уже не совершил его. Лицо сэра Эдгара было белым от смертельной ярости, а его дрожащие руки и губы говорили сами за себя. Когда Клик увидел маленький блестящий предмет в одной из трясущихся рук молодого человека, он понял, что пришло время действовать быстро. Он наклонился как раз в тот момент, когда сэр Эдгар поднял револьвер, чтобы прицелиться в удаляющуюся фигуру Джунги Далла, и крепко схватил юношу за плечо. Он перекинул свое стройное тело через неширокий подоконник и втащил Эдгара Брентона в бальный зал прежде, чем тот успел вскрикнуть.

Клик был чрезвычайно силен, и, когда молодой человек оказался перед ним, брызгая слюной от ярости, детектив коротко и резко рассмеялся.

– Я застал вас врасплох, не так ли, мой друг? – сказал он, когда сэр Эдгар угрожающе повернулся к нему. – Однако быстрая мысль требует быстрых действий. Тысяча извинений, но…

– Кто вы такой, черт возьми, и что вы здесь делаете? – сердито перебил его сэр Эдгар, пытаясь узнать странным образом преобразившееся лицо человека, стоявшего рядом с ним.

– Кто я такой? – спросил Клик с легким смешком. – Ах, мой друг, не вы один хотели бы услышать ответ на этот вопрос. А вот что я здесь делаю – это совсем другое дело. Полагаю, предотвращаю еще одно убийство. Во всяком случае…

Он сделал быстрый выпад вперед, что-то зашуршало, и раздался резкий металлический щелчок.