Тринадцать загадочных случаев - Агата Кристи

— Разумеется, — согласилась миссис Бантри. —А мы только и можем что предполагать. Доказательств-то нет! У тебя, кстати, ипредположения небось приличного нету!

— Честно говоря, нет. Но, думаю, мисс Хелльер былаочень недалека от истины, предположив, что здесь замешан мужчина. Я бы дажесказал, священник. Обе вышивали ему ризы или что они там носят, и он предпочелту, что поднесла ему Даррант. Ну, что-то в этом роде. И в конце, заметьте, онаснова идет к священнику. Святые отцы вообще влекут женщин как запретный плод.Старо как мир.

— Я бы предложил более… деликатное объяснение, —сказал сэр Генри. — Должен предупредить, это не более чем догадка. Таквот: думаю, у мисс Бартон всегда была.., скажем так, ранимая психика. Такиелюди встречаются куда чаще, чем вы можете себе представить. Болезньпрогрессировала и со временем развилась в настоящую манию, заставив мисс Бартонтвердо уверовать в то, что истинное ее предназначение — избавлять мир от зла:от падших женщин, к примеру.

Мы же ничего не знаем о прошлом мисс Даррант. Вполневозможно, она тоже когда-то принадлежала к их числу. Мисс Бартон узнала об этоми решила ее уничтожить. Потом начала сомневаться в справедливости своегопоступка, мучиться угрызениями совести… Ее самоубийство явно свидетельствует опсихической неуравновешенности. Вы согласны со мной, мисс Марпл?

— Боюсь, что нет, сэр Генри, — с извиняющейсяулыбкой ответила та. — Думаю, как раз этот ее поступок говорит онезаурядном уме и немалой изобретательности.

Ее прервало радостное восклицание Джейн Хелльер:

— Ну как же я сразу не догадалась! Дайте я скажу!Конечно, иначе и быть не могло. Шантаж! Эта компаньонка ее шантажировала.Только чего же тут умного, мисс Марпл: взять и лишить себя жизни? Ничего себеизобретательность!

— Потерпите немного, — улыбнулся сэр Генри, —и мисс Марпл наверняка расскажет вам сходный случай из жизни Сент-Мэри-Мид.

— Ну вот, опять вы смеетесь, сэр Генри, —укоризненно заметила мисс Марпл. — И совершенно напрасно: была у нас здесьтакая миссис Траут, так она, представьте, получала пенсию сразу за трех пожилыхдам. Все три были из разных приходов, и единственное, что их объединяло, —это то, что все три к тому времени уже давно умерли.

— Весьма изобретательная особа, — согласился сэрГенри. — Только ее делишки не проливают никакого света на нашу загадку.

— Разумеется, — сказала мисс Марпл, — для васне проливают. Но есть ведь и очень бедные семьи, в которых пенсия по старости —огромное подспорье. Нет, я понимаю: тому, кто с этим не сталкивался, понятьтрудно. Я, собственно, имела в виду другое… В таких делах главное — сходство.Все пожилые женщины похожи друг на друга как сестры.

— Да? — недоверчиво переспросил сэр Генри.

— Ах, я всегда все так плохо объясняю! Я ведь что хочусказать… Когда доктор Ллойд впервые увидел этих двух англичанок, он и знать незнал, кто из них кто. Думаю, и в отеле этого не знали. Разумеется, черездень-другой все бы разобрались… Но, поскольку на следующий же день одна из нихутонула, то, назови себя вторая мисс Бартон, думаю, никому и в голову бы непришло, что это не так.

— Значит, вы думаете… — медленно проговорил сэрГенри. — Тогда понятно…

— Это же единственное разумное предположение. Толькочто наша дорогая миссис Бантри совершенно справедливо заметила: зачем богатойхозяйке убивать свою компаньонку? Жизнь подсказывает, что логичнее предположитьобратное.

— Неужели все так и было? — недоверчиво спросилсэр Генри. — Погодите, мне нужно это осознать.

— Разумеется, — продолжила мисс Марпл, —потом ей пришлось носить одежду мисс Бартон, которая, вероятно, была ейнесколько тесновата, благодаря чему могло показаться, что она еще большерасполнела. Вот почему я и спросила об этом доктора. Мужчине навернякапокажется, что женщина раздалась, ему и в голову не придет, что она вынужденаносить костюм на пару размеров меньше.

— Но какой смысл был Эйми Даррант убивать свою хозяйку?Должна же она была понимать, что ей не удастся скрывать обман вечно.

— Ей пришлось скрывать его лишь несколькомесяцев, — напомнила мисс Марпл. — Которые она провела впутешествиях, стараясь держаться подальше от тех, кто мог бы ее узнать. Именноэто я имела в виду, когда говорила, что к определенному возрасту женщиныстановятся очень похожи друг на друга. Думаю, никто и не заметил, чтофотография в паспорте не ее. Вы же знаете эти паспортные фотографии! А в мартеона отправляется на небольшой, малолюдный курорт и ведет себя там такэксцентрично, что, когда находят ее «предсмертную записку» и оставленную наберегу одежду, никому и в голову не приходит задать себе самый обычный приподобных обстоятельствах вопрос.

— Это какой же? — спросил сэр Генри.

— Где тело? — ответила мисс Марпл. —Вообще-то это всегда наводит на определенные подозрения, но она очень тонкосумела отвлечь внимание всевозможными уловками, таинственными намеками и мнимымраскаянием. Но ведь суть от этого не меняется: тела не нашли, и этоперевешивает все прочее…

— Так вы думаете никакого раскаяния не было? —спросила миссис Бантри. — Вы хотите сказать, что на самом деле она неутопилась?

— Ни в коем случае, — сказала мисс Марпл. —Она, как и миссис Траут, о которой я вспоминала, очень ловко запутала все,следы. Но, раз уж я ту вывела на чистую воду, мне не сложно было оценить и этоттрюк с раскаянием. Зачем же ей было топиться? Если я еще способна что-топонимать, она просто уехала в свою Австралию.

— Способны, мисс Марпл, еще как способны, —закивал головой доктор Ллойд. — Эта история преподнесла мне еще одинсюрприз. Он дожидался меня в Мельбурне. Это было серьезным потрясением…

— Вы имеете в виду развязку, о которой говорили?

— Да, — кивнул доктор Ллойд. — Мисс Бартонили, если вам угодно, Эйми Даррант, крупно не повезло. Одно время я работалсудовым врачом, и однажды, сойдя на берег в Мельбурне, нос к носу столкнулся сженщиной, которая, как я был уверен, утонула на Корнуолле. Думаю, она поняла,что терять ей нечего, и решилась на смелый поступок: рассказала мне все.Странная это была женщина… Абсолютно никаких моральных принципов. Она быластаршей из девяти детей в очень бедной семье. В Англии жила их богатая кузина,и звали ее — вы уже догадались, не так ли? — мисс Бартон. После смертиродителей дети обратились к ней за помощью, но получили отказ: мисс Бартон,видите ли, недолюбливала их отца. Тем временем трое младшеньких нуждались влечении. Лечение стоило дорого, а семья отчаянно нуждалась. Наверное, именнотогда у Эйми Бартон и созрел план убийства. Она уехала в Англию и какое-товремя служила в разных домах гувернанткой. Получив необходимые рекомендации,она смогла наконец — уже под именем Эйми Даррант — устроиться компаньонкой миссБартон. Чтобы войти в роль, она даже сняла комнату и купила кое-какую мебель.Оставалось только ждать удобного случая… Дальше вы уже знаете. После трагедиина Канарах и мнимого самоубийства она вернулась в Австралию, чтобы вскоростиунаследовать состояние мисс Бартон, приходившейся ей ближайшей родственницей.