Очень плохие вдовы - Сью Хинсенбергс

его колено. Она выпрямилась и огромным усилием подавила улыбку, чрезвычайно гордясь тем, что собиралась ему сказать.

– Я провела анализ выплат по нашим игровым автоматам, и в сравнении с другими казино нашей компании данные автоматы позволяют выигрывать больше на два с половиной миллиона долларов в год.

В бизнес-школе Падма слышала подобные заявления, но никогда не думала, что и сама будет разговаривать таким образом с подчиненными. Если б она могла на радостях обнять себя, то обязательно так и сделала бы. Жаль, что она не делает запись встречи, а то можно было бы отправить ее матери. Это сразу показало бы ей, что Падма достигла определенных высот. Даже если ей просто повезло. Даже если цифры были неверные. Падма ненавидела работать с цифрами, особенно после провала ее собственного проекта.

Когда она только переехала, у нее были грандиозные планы изменить отделку казино: все перекрасить в кремовые тона с вкраплениями фуксии. Она считала, что такая гамма создаст для клиентов атмосферу спокойствия, почти как в спа. Ей следовало бы догадаться, что что-то нечисто, уж коли ее мать согласилась с ней и сказала, что это потрясающая идея.

Хэнк выслушал ее идеи и организовал встречу с консультантами. Те представили Падме доклад по исследованию в области психологии азартных игр, а также доказательства того, что спокойные тона не выуживают деньги из карманов, в отличие от хаоса и буйства красок. Вот и яркие ковры со сложными узорами способствовали тратам и скрывали пятна, а нежные тона с вкраплениями фуксии – нет. Так что Падма забыла о своем проекте, прекрасно понимая, что мать ее фактически подставила, а Хэнк спас от катастрофы. Тем не менее она собиралась его уволить, просто время еще не настало. И вот, от безделья, Падма открыла финансовые отчеты. Бухгалтерия ее утомляла, так что она просто открыла на экране монитора последние страницы отчетов других казино, которыми владела их компания, и заметила, что цифры в нижних строках практически совпадают – кроме одной. Выплаты выигрышей в игровых автоматах в этом казино были выше. Значительно выше. Это было так очевидно, что даже она смогла это заметить. Даже она это понимала.

Сидевший напротив нее Хэнк немного помолчал, затем спросил:

– А когда вы это заметили?

Она-то думала, Хэнк спросит ее, как она это обнаружила, и поздравит ее с этим открытием. Но вместо этого этот болван интересовался временем. Возможно, он и свою ответственность чувствовал – и правильно. Ведь до ее приезда управлял всем именно он.

– Хм-м… где-то с месяц назад.

– Вы кому-то уже сообщили об этом?

Еще один странный вопрос.

– Нескольким сотрудникам из головного офиса, когда ездила на корпоратив.

Падма не намеревалась раскрывать свои карты, пока она не будет оперировать конкретными цифрами, но, стоя у барной стойки перед ужином, поняла, что уже по горло сыта тем, что прочие начальники подразделений смотрят на нее свысока – метафорически и буквально, – и потому, потягивая коктейль, проболталась, что обнаружила дыру, в которую утекают деньги казино. И вообще, любой может реформировать идущее ко дну предприятие, но необходимы чутье и талант, чтобы выявить недостатки в, казалось бы, хорошо отлаженном механизме. Если закрыть «протечку» в игровых автоматах, прибыль компании вырастет. Уже одно это докажет, что Падма достойна находиться на своем месте – и не только потому, что этому поспособствовала ее мать.

Падма старалась как могла не афишировать свои связи с матерью, даже использовала другую фамилию. Она слышала, что о ее матери шептались как об одной из самых одиозных глав преступного мира. В ее родной стране такие женщины имели статус легенд: Крестная Мать, Королева бандитов, Бэла Анти. И даже несмотря на тот факт, что ее мать получила степень инженера-магистра и успешно работала в Кремниевой долине, все же правдой было и то, что она защищала свое состояние, заработанное тяжелым трудом, всеми доступными способами. Бо́льшую часть своего времени мать Падмы проводила, беспощадно управляя своей индийской бизнес-империей, но, к досаде Падмы, все больше фокусировалась на личной жизни дочери.

Крестная мать индийского преступного мира вдруг решила, что ее дочь должна выйти замуж в ближайшие полтора года. Столь странный срок Падма поняла бы, если б у нее был хотя бы бойфренд, но она определенно была одинока. И вот, с отсутствием каких бы то ни было перспектив на горизонте, ее мать наняла консультанта-сваху, любимицу верхушки индийского общества. Сваха представляла собой пожилую женщину в ярком сари, с не менее ярким маникюром, в кольцах с крупными камнями. И еще у нее была обширная картотека с биографическими данными женихов. Падма была, мягко говоря, не в восторге.

Она мечтала о любви. О высоком мужчине с густой шевелюрой и хорошими зубами. Мать же не волновали ни любовь, ни рост, ни волосы с зубами, и она убеждала Падму также не обращать на это внимания. Падма поняла, насколько тяжела ее битва, когда мать переслала ей по имейлу данные исследования: всего лишь три процента браков в Индии заключались по любви. Девяносто семь процентов индийских женщин выходили замуж за тщательно подобранных им кандидатов. У нее не было выбора – мать изводила ее, настаивая на том, что ее будущий зять должен иметь как минимум две ученые степени и подходящих родителей.

Падма ненавидела слово «подходящий». Она, как могла, увиливала от звонков свахи. Особенно после того, как ее мать понизила планку и заявила, что Падма согласна рассматривать кого угодно из любой точки мира.

Слово «согласна» тоже раздражало Падму. У нее были и свои планы.

Азартные игры в Индии набирали обороты, и поскольку казино были разрешены только в трех штатах, перспективы роста были огромными, и Падма собиралась этим воспользоваться. Выше ростом ей уже не стать, но однажды, по ее замыслам, она окажется вместе с матерью в списке «Форбс», причем на позиции выше, чем мать. Гораздо выше. Этим она все ей докажет. И сделать это казино более прибыльным – ее первый шаг.

Падма посмотрела на Хэнка. Ей еще предстояло убедить мать одобрить покупку новых игровых автоматов, и на Хэнке прекрасно можно было попрактиковаться. Она планировала стоять во время звонка с матерью по «Зуму», но как раз в этот момент ее ноги так пульсировали, что она осталась сидеть. Просто подалась поближе к Хэнку, прочистила горло и произнесла заготовленные фразы:

– Игровые автоматы – это драгоценные камни на короне казино. Каждый день они приносят больше денег, чем все наши покерные залы. Я собираюсь закупить новые модели с меньшим процентом отдачи – и наблюдать,