На войне как на войне - Сергей Самаров

— А вам это надо?

— Нет.

— И нам тоже не надо. Давайте сотрудничать.

— Попробуем. В чем суть проблемы?

— Вчера вечером около своего подъезда был убит Михаил Михайлович Захватов. Он даже в такую жару носил бронежилет. Но бронежилет его не спас. Киллер стрелял в голову. И бросил там же пистолет. Но тут появился задержавшийся где-то телохранитель. Телохранителя киллер убил метательным ножом. Профессиональный бросок в горло. Вот этот самый нож. Вы можете высказать свои предположения? Вы же знали Захватова достаточно хорошо. Приятелями были...

Теперь уже смотрит серьезно.

Я понял, куда исчез из реабилитационного центра лейтенант Крутиков. Понял успокаивающий тон полковника Мочилова, когда мы разговаривали о Труповозе.

— Нет. Я ничего не могу предположить Но и не удивляюсь. Труповоз многим стоял поперек горла.

— Труповоз?

— Я так звал Захватова. А приятелями, кстати сказать, мы никогда не были. Это ваши домыслы.

— Хорошо. — Угрюмов опять встал, снова подошел к шкафу и вторично открыл дверцу. Посмотрел на стену, через которую я собирался уйти минуту назад — А вы — только давайте без детских поз! — в самом деле можете доказать, что прилетели ночным самолетом?

Я достал из кармана бумажку.

— Вот домашний телефон стюардессы. Проверьте. Хотя это нежелательный вариант. Красивая женщина может плохо обо мне подумать. Лучше поищите сначала другие пути.

— Поищем, — согласился хороший мужик Угрюмов и бумажку не взял.

В дверь постучали.

— Войдите, — крикнул Стрекалов.

Дверь раскрылась, и вошел мой недавний «хвост» азиатского происхождения. Интересно, как он выбрался с берегов Волги? Ведь люди Таманца не должны были бы его выпустить.

— Что вы хотели? — спросил Угрюмов.

— Я совладелец этой фирмы, — представился азиат. — Мастибек Мирзоев. Мне сообщили, что произошло, и я приехал принимать дела...

А я понял, что мои дела только начинаются.

— Подождите в коридоре, — сказал Угрюмов. — Мы сейчас закончим. Пара минут...

Мастибек вышел.

— У меня к вам один вопрос, — майор обернулся ко мне. — У кого еще мог быть такой же, как у вас, нож?

— У многих. Я сделал свои первые ножи еще до афганской войны. Потом усовершенствовал конфигурацию. Незадолго до выхода на пенсию. Изменил центр тяжести и угол заточки рукоятки. Ваш нож относится к последним. Его видели в основном спецназовцы. И делали себе такие же. Но у спецназовцев, как и у меня, нож могли увидеть и посторонние люди. Увидеть и сделать. Поэтому я не могу предположить, кого вам следует искать. Хотя выстрел в голову и точный бросок ножа говорят о том, что работал квалифицированный специалист. Думаю, вы будете не в состоянии его найти. Квалифицированные не только квалифицированно убивают. Они квалифицированно уходят. Это, насколько я могу судить, главный критерий квалификации.

— Хорошо. Вы никуда не собираетесь в ближайшее время улетать!

Я уловил ударение на последнем слове. Оно явно не случайное.

— Нет.

— Я не буду брать с вас подписку о невыезде, но просто по-человечески прошу — если куда-то заторопитесь, предупредите меня, — он назвал телефонный номер.

Я кивнул.

— Прощаемся? — Он протянул руку для пожатия.

— До свидания. — Руку я пожал, несмотря на то что майор служит в ФСБ.

Капитан Стрекалов промолчал.

Я на это улыбнулся, вышел и плотно прикрыл за собой дверь. В приемной остановился напротив Мирзоева.

— Мы, кажется, несколько дней назад встречались? — Я посмотрел ему прямо в глаза.

Он растерялся, не зная, что сказать, и стрельнул глазами по сторонам. Очевидно, побоялся, что я сдал его фээсбэшникам.

— Кстати, пока принимай дела, через пару дней я позвоню. Ты же знаешь, что ваша фирма осталась должна мне. Приготовь деньги.

Мирзоев кивнул. Это, конечно, не Труповоз. Этот долго на таком месте не протянет.

Я вышел.

Уже в коридоре вдруг услышал тяжелые шаги за спиной. Оглянулся, понимая, что кто-то догоняет меня.

— Маленький совет напоследок, капитан, — сказал Угрюмое. — Замаскируйте как-то свой очевидный прокол. Если бы вы летели в Москву со своим пистолетом, вам пришлось бы на время полета сдать оружие летчикам. Этот момент регистрируется документально. Согласно официальной версии, вы в Москву летели без оружия. Я сам проверял это. Но свой пистолет почему-то забываете в Подмосковье... Как он там оказался?

— Это вопрос?

— Это совет. Мне тоже не нравились Захватов и Таманец. Как и вам... — Угрюмов свернул в сторону бухгалтерии.

— Спасибо, — сказал я и пошел к выходу.