Красная кнопка - Александр Тамоников

— Ладно, разберусь.

— Как снимешь часовых по моей команде, осмотришься, по возможности, уберешь их с открытого пространства. Затем возвращение на позицию и оттуда прикрытие действий всей разведгруппы. Мы подойдем к задней стене, Хикмет поговорит с женщинами, чтобы не боялись и не подняли шум, а посмотрели, где можно укрыться вместе с детьми. Затем делаем пролом в глиняной стене, проникаем в конюшню. Там должны быть сверху окна.

— Видел я эту конюшню, небольшая она снаружи, в торцах деревянные ворота, — уточнил Давар. — Через окна обороняться сложно, нужны подставы, ящики, лестницы, любые конструкции, а будут ли они внутри, неизвестно. Посему предлагаю прапорщику Соболю открыть главные ворота. Вернее, приоткрыть, дабы иметь возможность обороны с главного направления, деревянные откроем сами, приоткрыв торцы.

— А если замок будет крепким, новым, кодированным? — спросил Соболь.

— Тогда подорвем эти ворота к чертовой матери, когда взвод начнет наступление.

— Это другое дело.

— Но попытаться снять проблему с запором ты должен.

— Попытаюсь.

— Вопросы?

— Какие могут быть вопросы? — Соболь достал пистолет, глушитель, осмотрел их, зарядил магазин, передернул затвор.

— Ну если нет вопросов, то сержант Давар — вперед!

— Слушаюсь, командир! — ответил сириец и отправился в сад.

Смирнов посмотрел на часы: 22.46.

— У нас на все четырнадцать минут.

— Успеем!

— Так другого выхода нет!

В 22.48 из крайнего дома в сад вышли Смирнов с Соболем.

В 22.50 они встретились в том же саду с Даваром и Вараком.

Смирнов, Соболь и Варак познакомились, пожали друг другу руки.

— У нас десять минут, не будем терять время, — сказал командир.

Группа прошла три участка, остановилась у куста заброшенного сада, и Варак указал на небольшое здание:

— Это конюшня, заложники там.

Старший лейтенант кивнул Соболю. Тот все понял и скрылся в темноте, доложив через минуту:

— Четвертый! Я на месте. «Духов» двое, больше никого, нигде в доме свет не горит. Цели рядом, могу работать.

— Жди команды.

Варак снял со спины рюкзак, который в темноте не заметил Смирнов.

— Что там? — взглянул офицер на Давара.

— Хикмет взял с собой кувалду, надо же чем-то пробивать стену, — объяснил тот.

— Кувалда? В рюкзаке?

— Да, он сильный мужчина.

— Тогда сближаемся со стеной. Быстро за мной!

Разведчики и Варак подбежали к глиняной стене бывшей конюшни. Стрелки часов показывали 22.51.

Наверху под крышей чернело слуховое окно, даже не окно, а отверстие. Возможно, оно имело предназначением вентиляцию.

— Помоги Вараку подняться и поговорить с женщинами, — кивнул Давару Смирнов.

— Боевики не услышат?

— Нет!

Смирнов вызвал Соболя:

— Что у тебя?

— Без изменений.

— Где-то рядом или в доме должен быть патруль.

— Может, он в селении?

— Может, и так, но данный момент из виду не выпускай. Готов?

— Как всегда.

— Снимай часовых.

Смирнов не услышал хлопков, лишь доклад Соболя:

— «Духи» в минусе.

— Уверен?

— Две дырки в их пустых башках. Какая еще нужна уверенность?

— Оттащить трупы сможешь?

— Легко!

— Давай в кусты ближнего торца конюшни и сразу же за замок.

— Понял. Работаю.

— Пусть Варак начинает, — повернулся Смирнов к Давару.

Стоявший на плечах сержанта Хикмет что-то крикнул внутрь и тут же быстро заговорил. Старший лейтенант разобрал только имя — Абира — и «русы». Женских голосов, как, впрочем, и детских, он не услышал.

— Трупы у торца, замок сбил, он оказался старым и практически не держал, — доложился Соболь.

— Входи в помещение.

— А может, и вы этим же путем? Зачем тратить время на пролом?

— Иногда ты предлагаешь хорошие варианты. Так и сделаем.

В 22.59 вся группа оказалась внутри конюшни. Стойла были снесены, ни одной перегородки. Справа от деревянных ворот топчан, на котором ранее размещались три женщины и шестеро детей, бинты с ватой, ведра, чтобы не выводить в туалет. Сейчас на топчане только грязные тряпки. Все заложники укрылись в канаве, что проходила вдоль задней стены.

Соболь приоткрыл центральные ворота.

— Сержант, к правым воротам, я к левым. Хикмету быть рядом с женщинами, — приказал Смирнов.

Сбив засовы деревянных ворот, Смирнов по портативной станции вызвал командира группы:

— Первый! Четвертый!

— Ну? — совсем не по-военному спросил Жилин, видимо, с огромным нетерпением ожидавший результата работы разведывательной группы.

— Все в порядке. Заложники у нас. С нами местный житель, часовых убрали, пока все тихо, к обороне готовы.

— Контролируете подходы к зданию?

— И подходы к конюшне, и выход из дома. Так что будем валить всех, кого увидим.

— Правильное решение. Вам главное продержаться минут двадцать — полчаса, и смотрите, чтобы откуда-нибудь не нарисовался гранатометчик.

— Принял!

— Мы начинаем!

— С богом, Первый!

Жилин, получивший так ожидаемый доклад, отдал приказ Гаврилову:

— Выводи «Шилку»! — Затем скомандовал всем: — Группа за ЗСУ, используя естественные укрытия, вперед!

Взревел дизель «Шилки», и она пошла в обход большого холма к дороге на Мурван. Это не могло быть не замечено с позиции игиловцев. Ударили пулеметы. Для чего «духи» открыли огонь, непонятно, спецназ не прошел и ста метров, значит, до позиций боевиков было около двух тысяч восьмисот метров, а прицельная дальность пулемета ПК, которые использовали игиловцы, — одна тысяча пятьсот метров. Впрочем, пулеметчики скоро замолчали, поняв, что не достанут наступающую группу противника.

Жилина вызвал капитан Армани:

— Первый! Мухтар! Позиция перед нами, БМП в готовности, они подойдут в течение десяти минут.

— Ты опередил меня с вызовом. Что танки?

— Прибежали экипажи, попрыгали в люки, один танк повернул башню к холмам… второй.

— Твоя гранатометная группа?

— Ждем приказа!

— Приказ: уничтожить бронетехнику игиловцев и пулеметчиков при подходе БМП с ходу на Мурван. Штаб примерно в ста метрах от позиции на юго-восток.