Доброволец / Как я провел лето - Александр Васильевич Архипов

– Тёть Оль, ты тоже думаешь, что с мамой что-то случилось? – не поворачивая головы, спросил парень.

– Чего? Даже думать не смей! Сидит сейчас, небось, с какой-нибудь институтской подружкой и «Херес» пьют, женихов вспоминая. Что я, твою мамашу не знаю? Завтра придёт, как миленькая. И получит от меня по полной… – всё больше распаляясь, шумела тётя Оля, гремя посудой в мойке.

– И от меня получит, – с обидой в голосе шмыгнул носом Семён.

– Устроим ей головомойку! А чего это я про «Херес»-то? Ладно… Пошли-ка, племяш, баиньки. Воду опять отключили, завтра домою. Утро вечера – что? – шутливо подталкивая Семёна своим огромным животом на выход из кухни, уже с улыбкой спросила Оля.

– Мудренее, – тоже улыбнувшись, ответил племянник. – Спокойной ночи, пацаны!

* * *

Уснул не сразу. Конечно, думал про маму и ругал себя, что отпустил её одну, поддавшись на женские уловки. Нельзя было её отпускать. Она же женщина. Слабая и беззащитная. А ещё очень красивая. Таким трудно. «А тётя Оля как правдоподобно врёт. Нужно будет взять у неё пару уроков, – подумал Семён, с улыбкой закрывая глаза. – Завтра посмотрю по карте самые короткие дороги на Червоное и к вечеру двинусь. Интересно, с кем она поехала? А тёте Оле… тёте Оле придумаю, что… соврать».

Лето – это маленькая жизнь…

Семён сам вызвался сбегать на рынок. Идти далековато, но дорога была хорошо знакома, и Оля за парня не волновалась. Не потеряется. Да и нести будет нетяжело.

– Самое главное – купи домашнюю курицу, – терпеливо объясняла племяннику Ольга, вручая список покупок и деньги.

– А как мне понять, домашняя она или дикая? – наивно хлопал глазами «столичный» подросток.

– Вот же бог послал… Да ты сразу увидишь… Домашняя, она такая… такая кругленькая, толстенькая, попочка жёлтенькая.

Только слишком жирную не бери. А мы из неё такой супчик сварганим к Борькиному приезду… и к маминому, конечно. Помнишь, как бабушка в Червоном варила? С домашней лапшой… – мечтательно произнесла Ольга, прикрыв глаза от приятных воспоминаний.

– Да понял я. Домашнюю курицу с домашней лапшой. Спрошу про эту… про домашнюю, если что, – забрасывая за плечи рюкзак, решительно ответил Семён.

– Надеюсь не у курицы, – усмехнулась Ольга. – А чё это у тебя в рюкзачке, парнишка? – поинтересовалась Ольга, щупая дно рюкзака.

– Воды бутылку взял. Яичницу с колбасой пересолила. Пью теперь, как верблюд, – недовольно пробурчал Семён.

– Да? Ну, извини, видно, рука дрогнула. Давай, топай… верблюд, – насмешливым тоном произнесла Ольга, подозрительным взглядом провожая племянника.

А в рюкзаке у Семёна была не только литровая бутылка воды, там лежали и пара бутербродов, которые он нарезал, пока Оля была в ванной. И мамин планшет, который она почему-то не взяла с собой. Семён рано утром закачал туда несколько подробных карт Донецкой области. А ещё он оставил тётушке записку под магнитиком на дверце холодильника, в которой объяснял свой поступок. «Тёть Оль, извини меня. Но я думаю, что с мамой что-то случилось и её нужно выручать. Ты, главное, не беспокойся за нас. Скоро будем дома. Прости, что взял деньги, а курицу не купил. Мне на дорогу нужно. Я их обязательно тебе верну. Привет Артёму и Денису. Семён».

* * *

Маршрут передвижения был разработан чётко. В этом на сто процентов был уверен Семён. Именно по географии и физкультуре у него в годовом аттестате стояло «отлично». До улицы Кирова добираемся пешим порядком. Времени до темноты валом, так что спешить не стоит. Там садимся на городскую маршрутку и фигачим до самой конечной, до посёлка Лозовое. Ну, а дальше всё просто… К вечеру выходим на окраину посёлка и по пересечёнке, по лесополосам вдоль полей кукурузы и подсолнечника идём строго на север в направлении Песок. Карты в планшете имеются, планшет заряжен. Главное не нарваться на блокпосты свои и чужие. Свои завернут и ещё по шее надают, а чужие… тут фантазия рисовала совсем другую картину.

В старенькой «Газели» Сёма протиснулся на заднее сидение. Здесь основательно потряхивало и было пыльно, зато не так жарко. Водитель разрешил открыть все окна, и салон продувало капитально. Да и пассажиры при входе и выходе не цепляли уши своими локтями и сумками. Мальчишка с интересом наблюдал за меняющимся за окном городским пейзажем. Многое изменилось в облике шахтёрской столицы. Удивило совсем небольшое количество людей на тротуарах и машин на дорогах. Чуть шею не свернул, увидев колонну боевых машин и тягачей с орудиями на прицепе. Не изменились только красочные яркие клумбы с розами вдоль шоссе и облепленные ещё «довоенной» пёстрой рекламой троллейбусы. Ехать было ещё далеко, сидеть на продавленном кресле возле окна классно…

Семёна разбудил насмешливый голос водителя маршрутки:

– Слышь, малой! За проезд платить будешь?

– А я платил… – озираясь по сторонам, ответил «малой», прижимая к себе рюкзак.

– Да я помню. Мы на конечной Бирюзова. Ты же в Лозовое ехал? Я сейчас перекурю, водички попью и обратно поеду. А обратно ехать тоже денег стоит, – уже серьёзно пояснил пожилой водила.

– Не, я приехал. Мне в Лозовое… – щурясь от света, ответил Семён и пошёл на выход.

Потоптавшись на конечной остановке, Сёма решил определиться в пространстве. То есть свериться с картами и уточнить направление маршрута. Солнце заметно стремилось к горизонту, что, в общем, входило в планы пешехода. Семён достал из рюкзака планшет и свёрток с бутербродами. Очень хотелось «утоптать» и второй бутер с докторской колбаской, но парень вовремя взял себя в руки. Нужно было экономить. Включил планшет, нашёл своё местоположение. Теперь нужно было выйти к прудам, найти между ними дорогу – и на север. Проглотив крайний кусок хлеба, Семён незаметно для окружающих осмотрелся, оценивая обстановку, и неторопливо пошёл в нужном направлении. Пруд нашёл быстро. Чем ближе он был, тем чаще попадались висящие в воздухе облака ядовито жужжащей мошки. По дороге встретилась небольшая компания ребят примерно его возраста и чуть старше. Волосы у пацанов были мокрые, и рубахи липли к спинам, видно, купались. Двое из них, что повыше, курили, смешно выпуская носом клубы табачного дыма. Поравнявшись с Семёном, компания остановилась, и один из куривших, смачно сплюнув себе под ноги, спросил:

– Стопэ, чувачок… Городской или поселковский?

Семён понял, что от его ответа зависит – уложится он в график передвижения или нет.

– Поселковский, – немного неуверенно ответил мальчишка, внутренне приготовившись к забегу на длинную дистанцию.

– С какой улицы? – криво улыбаясь, спросил хулиганистого вида подросток в красной майке