Лес заблудших душ - Дин Кунц

Волки устраиваются во дворе греться на солнце.

Собаки ложатся у входной двери, в тени лоджии.

Войдя следом за Духом Солнца в дом, Вида делает всего два шага и в изумлении останавливается. На стене висит великолепный карандашный портрет пожилого шейенна, исполненный с такой подробностью и такой силой, что ясно: художница сумела передать не только внешность старика, но и склад его характера, и состояние его сердца. В правом нижнем углу рисунка, там, где должна была бы стоять подпись автора, есть лишь маленькое стилизованное изображение оленя.

— Вечная Лань, — говорит Вида.

Дух Солнца оборачивается — такой же удивлённый, как и её гостья.

— Ты знаешь её работы?

— У меня есть один её рисунок.

— Она их никогда не продавала.

— Я его не покупала. Это был подарок моему дяде. Моему двоюродному дедушке. Его портрет. Вообще-то он у меня с собой. Откуда вы её знали?

— Она была моей бабушкой.

73

Бошварк навсегда

Бошварк побеждает бессонницу, сбегая с Земли. Обычно причиной его бессонницы становится злость — раздражение из-за тупости какого-нибудь сотрудника, нетерпение к представителям СМИ, которые сообщают то, что им велено, но делают это некомпетентно, ярость из-за приёмов конкурентов, которые уводят у него очередные сто миллионов долларов, по праву принадлежавшие ему, гнев на саму природу, из-за которой человеческая физиология далека от идеала: мало того что смертна, так ещё и допускает такие неудобства, как головные боли, заусенцы и запоры. Однако, устроившись в реактивном самолёте высоко над планетой, он — пусть лишь на несколько часов — способен ощутить себя оторванным от человечества, как будто он нечто самосущее, великолепный биологический вид, состоящий из одной-единственной особи, — положение, к которому он стремился всю жизнь. И тогда он спит.

Он всё ещё спит, когда его Gulfstream V приземляется на частной асфальтированной взлётной полосе на ранчо дель Кулебра-Фуриосо — его владении в девять тысяч акров в округе Кеттлтон. Он купил эту землю, чтобы иметь дом в получасе езды от Гранд-Плато, когда там наконец начнутся работы. Пока что он вдобавок разводит на ранчо лам — из налоговых соображений. Со временем он намерен, прибегнув к услугам крупных оборонных подрядчиков, умеющих строить объекты с высочайшей степенью секретности, устроить глубоко под землёй биологические лаборатории четвёртого уровня и поселить здесь преданных делу учёных, которые будут жить на ранчо, создавая новые смертоносные патогены и вакцины против пандемий, какие такие микробы могут вызвать. Финансируя эти исследования, он не руководствуется ни злом, ни человеколюбием; он предан им лишь потому, что убеждён: у всех мультимиллиардеров есть подобные объекты, и, чтобы сохранить своё возвышенное положение в социальной иерархии, он обязан не отставать от прочих себе подобных.

Когда Бошварк проспит посадку — как и сейчас, из-за изнеможения от хронической бессонницы, — Хиту Грейнджеру и Шепарду Иглу, его пилотам, приказано его не будить. Управляющий поместьем и старшая домоправительница ранчо дель Кулебра-Фуриосо, мистер и миссис Данверс, помогают снять спящего с самолёта и доставляют его в главную спальню основного дома.

Несмотря на все удобства, которые можно купить за деньги, и на ту власть над другими, которую они дают, печальная правда в том, что даже мультимиллиардеру не гарантировано гладкое путешествие по жизни. Хотя бы потому, что ни за какие деньги нельзя купить хорошие сны. С придушенным криком Бошварк вырывается из полузабытого кошмара, в котором он был так беден, что владел всего тремя домами и летал регулярными рейсами. Он садится на край кровати, обливаясь потом и дрожа. Обнаружив, что миссис Данверс забыла оставить на ночном столике маленькую тарелочку бельгийских мятных конфет в шоколаде, как положено безусловно и безоговорочно, он испытывает неудовольствие. Оно быстро перерастает в обиду — горькое, мрачное пережёвывание всех прежних случаев, когда домоправительница служила ему не с тем усердием, с каким должна была. Теперь он готов к новому дню.

После обжигающе горячего душа, настолько горячего, что тот сделал его особенно чувствительным ко всем физическим унижениям, которые принесёт день, он поздно завтракает в большой оранжерее в северной части дома, среди пальм, папоротников и орхидей, не произрастающих в этих краях. Еда превосходна, если не считать одной детали. Он почти уверен, что три дольки мандарина, разложенные вокруг вишенки поверх маленькой порции флана, поданного в конце трапезы, взяты не из свежего плода, а из банки. Допив кофе после флана, он подумывает устроить миссис Данверс разнос за то, что она использовала недостойный его стандартов декоративный цитрус. Но затем, помня о том, что женщину по имени Вида необходимо устранить без промедления, решает отложить это кулинарное оскорбление в памяти и дать ему нагноиться до другого случая.

В центре его кабинета в этом доме стоит исполинский письменный стол из чёрного гранита и стали; кое-кто из прислуги называет его «командным центром Дарта Вейдера», хотя и не подозревает, что у Бошварка есть записи, на которых они с усмешкой употребляют это название. Это его не злит, и он никого не призывает к ответу за дерзость, потому что ему нравятся заключённые в этой шутке намёки. Сидя в чёрном кожаном пневматическом кресле, усаженном стальными заклёпками и похожем на личный летательный аппарат для прогулок по ранчо, он по внутренней связи вызывает Мака Ятагана, начальника службы безопасности проекта на Гранд-Плато.

Ятаган, бывший агент ЦРУ, сколотил состояние, передавая Бошварку полезные государственные секреты. В знак того, что его преданность хозяину вечна, а не преходяща, как преданность стране, он получил вживлённый коренной зуб с капсулой мышьяка, которую можно привести в действие дистанционно — но только с подачи Бошварка. С Ятаганом явно что-то не так по части психики, но именно такая неправильность и делает его идеально подходящим для целей Бошварка. Впрочем, даже будь начальник службы безопасности совершенно нормален, он, скорее всего, всё равно занимал бы эту должность. Бошварка всегда поражало, на что готовы люди ради жалованья всего лишь в два миллиона в год.

Ятаган докладывает, что, дабы полностью исключить всякую связь с New World Technology, тела четырёх членов поисковой группы вывезли из леса, завернули в пластик, погрузили в грузовик и отправили в Мексику. Там их передадут MS-13, чтобы бросить в братскую могилу вместе с трупами местных жителей, убитых бандой на этой неделе. Их обольют бензином и подожгут, а когда от них не останется ничего, кроме обугленных костей, завалят слоем земли в восемь футов, перепашут его и утрамбуют