Бессонница - Стивен Кинг

— Отлично. Спасибо, что подвезли.

— Пустяки. И еще одно… Ральф, уже открывший дверцу,обернулся к Лейдекеру, удивленно подняв брови.

Лейдекер посмотрел на свои руки, поерзал за рулем, кашлянули, наконец, снова взглянул на Ральфа.

— Я просто хотел сказать, что вы держались молодцом, —произнес он.

— Для многих парней, даже лет на сорок моложе вас, такоенебольшое приключение закончилось бы на операционном столе или в морге.

— Мне помогал мой ангел-хранитель, — улыбнулся Ральф,вспоминая свое удивление, когда понял, что за предмет находится у него в карманекуртки. — Вполне возможно, и все же на ночь проверьте, заперта ли ваша дверь.

Слышите?

Ральф с улыбкой кивнул. Заботливость Лейдекера тронула его.

— Обязательно, а если мне еще поможет и Мак-Говерн, всебудет хорошо. «К тому же, — подумал он, — я всегда смогу спуститься вниз ипроверить дверь еще раз, когда проснусь. Это произойдет через два с половинойчаса после того, как я засну».

— Все обязательно будет хорошо, — сказал Лейдекер. — Никтоиз моих сотрудников не обрадовался, узнав, что Дипно снюхался с «Друзьямижизни», ведь он всегда производил приятное впечатление. Так бы мы и считали, непозвони вы в тот день, когда Дипно решил размяться, использовав свою жену вкачестве боксерской груши.

Ральф кивнул.

— С другой стороны, мы и раньше сталкивались с такимипарнями, в какой-то степени им присущ инстинкт саморазрушения. И этот процессуже начался в Дипно. Он потерял жену, потерял работу… Вам об этом известно? —Да. Мне сообщила Элен.

— Теперь он теряет своих более умеренных последователей. Ониотходят, как боевые истребители, возвращающиеся на базу, потому что у нихкончилось горючее. Только не Эд — он пойдет дальше, несмотря ни на что. Думаю,ему удастся удержать некоторых из своих сторонников до выступления Сьюзен Дэй,но после него, по-моему, Дипно окажется в полном одиночестве.

— Вам не приходила в голову мысль, что он планирует что-тона пятницу?

Что он может попробовать расправиться со Сьюзен Дэй?

— Конечно, — ответил Лейдекер. — Мы обдумываем такуювозможность.

8

Ральф был счастлив, что на этот раз входная дверь оказаласьзапертой.

Он устало поднялся по лестнице, казавшейся сегодня длиннее имрачнее, чем когда-либо.

В комнатах, казалось, было невероятно тихо, несмотря набарабанную дробь дождя по крыше, а в воздухе словно застыл запах. Ральфподвинул стул к кухонному шкафу, вскарабкался на него и взглянул наверх, словноожидая обнаружить там еще одного «Телохранителя»

— настоящий баллончик, тот, который он положил туда,проводив Элен и ее подружку Гретхен, — ив глубине души он действительно ожидалименно этого.

Однако на шкафу ничего не оказалось, кроме сломаннойзубочистки, старого предохранителя и толстого слоя пыли.

Осторожно спустившись на пол, Ральф увидел грязные следы насиденье, и куском бумажного полотенца протер его. Затем, поставив стул наместо, прошел в гостиную. Он долго переводил взгляд с дивана на кресло, оттудана старенький телевизор между двумя окнами, выходящими на Гаррис-авеню, а оттелевизора — в дальний угол комнаты. Придя домой вчера, раздосадованный наМак-Говерна за незапертую дверь, он принял куртку, висевшую на вешалке в томуглу, за незваного гостя. Не стоит выкручиваться; он решил, что это Эд Дипновздумал посетить его.

«Но ведь я никогда не вешаю куртку. Это одна из моихпривычек — надеюсь, одна из немногих, — которая всегда раздражала Кэролайн. Иесли уж мне не удалось избавиться от нее при жизни Кэролайн, едва ли этопроизошло после ее смерти. Нет, это не я повесил куртку».

Ральф пересек гостиную, порылся в карманах серой кожанойкуртки и выложил все найденное на телевизор. Из левого кармана он выудил лишькошелек с мелочью, зато правый — даже без газового баллончика скорее напоминалбюро находок. Там была лимонная конфета в обертке; смятая рекламка пиццерии;батарейка; маленькая пустая коробочка, в которой когда-то пребывал яблочныйпирожок из «Макдональдса»; его абонементная карточка из видеосалона Дэйва(карточка без вести пропала недели две назад, Ральф был уверен, что потерялее); коробок спичек; смятые конфетные обертки… И свернутый листок голубойлинованной бумаги.

Ральф развернул листок и прочитал единственное предложение,написанное дрожащим старческим почерком: «Я тороплю себя ежесекундно, ежечасно— успеть бы все свершить, что предначертано судьбой».

Этой фразы оказалось вполне достаточно, чтобы убедить разумв том, что давно уже было известно его сердцу: Дорренс Марстеллар сидел накрыльце, когда Ральф вернулся из центра с вестернами, но он кое-что сделал,прежде чем усесться и ждать. Он поднялся наверх, снял с кухонного шкафабаллончик и положил его в правый карман куртки Ральфа: Он даже оставил свою«визитную карточку»: стихотворную строку, нацарапанную на листке из егозаписной книжки с расписанием движения самолетов. Затем, вместо того чтобы положитькуртку на обычное место, старина Дор аккуратно повесил ее на вешалку.

Проделав это (готовую булочку не испечь заново), он вернулсяна крыльцо и стал поджидать Ральфа.

Вчера вечером Ральф снова выговаривал Мак-Говерну занезапертую дверь, и Билл воспринял взбучку так же спокойно, как сам Ральфпринимал недовольное ворчание Кэролайн из-за куртки, вечно бросаемой кудапопало, но теперь он думал, что напрасно обвинял Билла. Старина Дор подобралключ… Или открыл дверь посредством колдовства. В данных обстоятельствах большеподходила магия. Потому что…

— Потому что, — низким голосом произнес Ральф, машинальновозвращая на место всякую всячину, извлеченную из карманов. — Потому что он нетолько знал, что мне понадобится газовый баллончик; он знал, где найти его, ион знал, куда его положить.

Мурашки поползли у Ральфа по спине при этой мысли, а умпопытался отбросить идею целиком — назвав ее безумной, нелогичной, до которойспособен додуматься только человек, страдающий бессонницей. Но все это необъясняло появления записки.

Ральф снова перечитал каракули на разлинованном листке: «Ятороплю себя ежесекундно, ежечасно — успеть бы все свершить, что предначертаносудьбой». Это был не его почерк, так же как «Кладбищенские ночи» были не егокнигой.

— Хотя сейчас книга принадлежит мне. Мне дал ее Дор, —произнес вслух Ральф, и холодок снова пробежал у него по спине.

«А какие еще могут быть объяснения? Ведь не сам же этотбаллончик залетел в твой карман. Как и листок».