Бессонница - Стивен Кинг

Наконец он прошел в спальню, лег и попытался уснуть. Послечасового бдения Ральф встал, сварил себе кофе и стал смотреть футбол по телевизору.

3

В воскресенье публичная библиотека работала с часа до шести,и на следующий день после посещения Дорренса Ральф отправился туда — в основномпотому, что больше нечем было заняться. Обычно в читальном зале с высокимпотолком сидели такие же старики, как и он сам, просматривая воскресные газеты,но, выйдя из-за стеллажей, Ральф увидел, что зал полностью в его распоряжении.Вчерашнее великолепно голубое небо затянуло нудной серостью, сеял мелкий дождь,припечатывая опавшие листья к асфальту. Ветер не унимался, теперь он налетал свостока острыми, режущими порывами.

Старики, у которых еще хватало разума (или счастья),укрывшись в теплых домах, смотрели по телевизору последнюю в этом сезоне игру«Ред соке», занимались внуками или, возможно, дремали после вкусного, сытногообеда.

Ральфа не интересовали «Ред соке», у него не было ни детей,ни внуков, и он, казалось, утратил всяческую способность ко сну. Поэтому он селв маршрутный автобус и добрался до библиотеки, сожалея, что не оделся потеплее— видавшая виды кожаная куртка не согревала в прохладной темноте читальногозала. Камин был пуст, а холодное безмолвие батарей центрального отоплениясвидетельствовало о том, что до отопительного сезона еще далеко.

Воскресный библиотекарь не потрудилась включить электричество.

Дневной свет, которому удавалось пробиться в комнату,замертво падал на пол, в углах прятались тени. Дровосеки и гвардейцы,барабанщики и индейцы на старых картинах смотрели со стен зловещими призраками.За окнами вздыхал и стонал холодный дождь.

«Надо было остаться дома», — подумал Ральф, в глубине души,однако, не соглашаясь с этим, потому что дома теперь было еще хуже. К тому жездесь он отыскал интересную книгу: «Структура снов» Джеймса А. Холла, докторамедицины. Ральф включил свет, сделавший сумрачный зал библиотеки менеезловещим, уселся за один из столов и вскоре полностью погрузился в чтение.«Прежде чем прийти к пониманию различий между нормальным и анормальным сном, —писал Холл, — ученые выяснили, что полное отсутствие определенной стадии снаведет к расстройству личности…»

«Именно это и происходит с тобой, мой друг, — подумал Ральф.— Не можешь отыскать даже коробку с бульонными кубиками».

«…отсутствие ранних стадий сна наводит на мысль, чтошизофрения может быть определена как патология, вследствие которой отсутствиесновидении по ночам со временем приводит к нарушению всего процесса сна и,следовательно, хода повседневной жизни».

Ральф сгорбился над книгой, поставив локти на стол и прижавсжатые кулаки к вискам, сморщенный лоб и сведенные в одну линию брови говорилио полнейшей концентрации. Он размышлял, уж не имел ли в виду Холл ауры, дажесам не осознавая этого. Впрочем, Ральфу до сих пор снились сны очень яркие иживые. Так, прошлой ночью он танцевал во сне в старом Павильоне Дерри (теперьего уже нет; здание снесло ураганом, как и большую часть центра города восемьлет назад) с Луизой Чесс. Кажется, он пригласил ее, намереваясь сделатьпредложение, но ему пытался помешать Триггер Вашон. Ральф потер глаза, стараясьсконцентрироваться, затем вновь углубился в книгу. Он не заметил, как в дверяхчитального зала появился мужчина в сером свитере и стал молча наблюдать за ним.Минуты через три незнакомец, приподняв свитер, извлек из чехла охотничий нож.Отблески висящих под потолком ламп заплясали на зазубренном лезвии, когдамужчина доставал и убирал нож, доставал и убирал, любуясь острием. Затемнаправился к столу, за которым сидел Ральф, обхватив руками голову, и приселрядом.

Ральф неосознанно почувствовал присутствие незнакомца.

«Допустимые отклонения при потере сна варьируются взависимости от возраста. У более молодых признаки нарушений проявляются раньше,да и физические реакции выражены сильнее, в то время как у более пожилых…» Наплечо Ральфа, отвлекая его от книги, легла рука.

— Интересно, как они будут выглядеть? — прошепталвозбужденный голос, слова вылетали в зловонном потоке протухшего мяса, чеснокаи прогорклого жира. — Я имею в виду твои кишки. Интересно, как они будутвыглядеть, когда я выпущу их из тебя? Как тебе кажется, безбожный детоубийцаЦентурион? Как ты думаешь, какого они цвета — желтого, черного, красного?

Что-то твердое и острое прижалось к левому боку Ральфа, азатем медленно съехало вниз по ребрам.

— Я не могу ждать, чтобы выяснить это, — истерично прошепталголос. — Не могу ждать.

4

Ральф очень медленно повернул голову, услышав, как хрустнулипозвонки.

Он не знал имени человека, у которого было такое зловонноедыхание, человека, который приставил к его боку предмет, сильно напоминающийнож, — но он сразу узнал незнакомца. Помогли очки в роговой оправе, авсклокоченная седая грива, делавшая его похожим как на Дона Кинга, так и наАльберта Эйнштейна, развеяла последние сомнения. Это был мужчина, стоявшийрядом с Эдом Дипно на заднем плане газетного снимка, изображающего ХэмаДейвенпорта с поднятым вверх кулаком и Дэна Далтона с лозунгом «ВЫБОР, А НЕСТРАХ» вместо шляпы. Ральфу показалось, что он видел этого же субъекта внескольких телерепортажах с места продолжающихся демонстраций протеста.

Просто еще один орущий рот в толпе, еще один копьеносец.Только вот теперь этот копьеносец, кажется, собирался убить его.

— Как ты думаешь? — все таким же возбужденным шепотомпрошипел мужчина в свитере. Звук его голоса напугал Ральфа больше, чем лезвие,медленно скользнувшее вверх, а затем снова вниз по кожаной куртке, очерчивая,казалось, жизненно важные органы с левой стороны его тела: легкое, сердце,почку, кишечник. — Какого цвета?

Дыхание вызывало тошноту, но Ральф боялся пошевелитьголовой, опасаясь, что при малейшем движении с его стороны нож остановится ивонзится в него. Теперь нож снова двинулся вверх. За толстыми линзами очковкарие глаза нападавшего плавали, как диковинные рыбы. Взгляд их был непривычноразмыт, странно пугающ. Взгляд человека, видящего знамения в небесах и,возможно, глубокой ночью подслушивающего шепот, доносящийся из кладовой.

— Не знаю, — ответил Ральф. — Мне вообще непонятно, почемувы решили напасть на меня. — Он мгновенно окинул взглядом помещение, все так жене поворачивая головы, но читальный зал был пуст. На улице свистел ветер,осенний дождь просился в окно.

— Потому что ты проклятый Центурион! — закричал седовласый.— Чертов детоубийца! Крадешь нерожденных человеческих зародышей! Продаешь ихтем, кто побольше заплатит! Я все о тебе знаю!

Ральф медленно отнял правую руку от виска. Он был правшой, ипоэтому все, попадавшее ему под руку в течение дня, обычно отправлялось вправый карман. У старой куртки были огромные удобные карманы, но Ральфопасался, что даже если ему и удастся незаметно опустить туда руку, вряд ли онобнаружит в недрах кармана что-нибудь поувесистее коробочки из-под дентина.