Не ложись поздно - Роберт Лоуренс Стайн

– Потерял голову?

– Стал плакать и кричать, что хочет к маме, – снова вмешалась я. – Он понял, что случилось что-то очень плохое. Опять же, он видел, как мы с Сэралинн расстроены. Так что здорово перепугался.

– Мы делали все, чтобы его успокоить, – подхватила Сэралинн, – и не сказали, что произошло на улице. Он просто почувствовал, наверное.

– У него есть ограничения, – сообщила я Ривере. – Ему нельзя ложиться поздно. У него от этого мозги работают с нарушениями или типа того. Его мама сердится на меня за то, что я позволила ему лечь поздно. Но мы с Сэралинн были внизу. Откуда нам было знать, что он до сих пор не спит?

Ривера набрал еще что-то на планшете. Из-за своих толстых пальцев он постоянно опечатывался. Он тяжело вздохнул.

– Ну, что ж, видно, делать нечего, – повернулся он ко мне. – Придется-таки поговорить об этой демонической сущности. Только, Лиза, должен сразу предупредить…

– Я видела его на вершине лестницы, – отчеканила я. – Клянусь. Потому-то и закричала.

Офицер Клеменс подалась вперед.

– А о чем речь-то вообще?

– О какой-то твари, – проговорила я дрожащим голосом. Сердце рвалось у меня из груди. Я видела, что они не хотят мне верить. – Она ходит на двух ногах. Выглядит как человек. Только лицо искаженное и безобразное, как у демона. И…

– Как из фильма ужасов? – перебил Ривера. – Ты много ужастиков смотришь, Лиза?

Вопрос звучал враждебно. Капитан не сомневался, что у меня галлюцинации. Но я знала, что я видела. Я знала. А уж что я знала наверняка…

– Никаких ужастиков я не смотрю, – отчеканила я. – Вот хоть Нейта спросите. Он на них помешан.

Ривера повернулся к Нейту.

– Это правда? Ты видел демона из фильма ужасов в доме Бренды Харт?

Тот покачал головой:

– Нет. Лиза говорит, что видела его после того, как я ушел искать Айзека.

– Я могу описать его приметы, – настаивала я. – Я его не вообразила. Кожа у него оливкового оттенка, такая светло-зеленая. Глаза красные, глубоко посаженные и вроде бы светятся. Голова безволосая, только посередине полоска черного меха. Уши острые, торчком.

Мой голос прервался. Я отчаянно хотела, чтобы мне поверили.

– Не могла я такое выдумать, капитан Ривера. У меня в принципе туго с воображением.

– Н-да? А по-моему, у тебя с ним полный порядок, – обронил капитан.

Этой шпилькой он явно рассчитывал меня уязвить. И у него получилось.

– У тебя ведь какие-то проблемы с психикой, не так ли? – наседал Ривера.

– С психикой? – Мой голос дрогнул. – Нет. Неправда. Я…

– Тебя мучили кошмары. Ты видишь то, чего на самом деле нет?

– Она наблюдается у врача, – вставила мама.

– Мама, НЕ ЛЕЗЬ!!! – заорала я. О чем тут же пожалела.

Нужно вести себя спокойно. Нельзя, чтобы они подумали, будто я невменяемая или неуравновешенная.

Ривера вперился мне в глаза.

– А не было у тебя кошмаров, Лиза, в которых ты бы питала злобу к Саммер и Айзеку? Может, тебе снилось, что ты на них нападаешь?

Я обомлела.

– Вы меня обвиняете?.. Думаете, что я могла убить этих ребят? – Сердце так колотилось, что каждое слово давалось мне с трудом.

– Нам что, понадобится адвокат? – спросила мама.

Ривера примирительно поднял руки.

– Я вашу дочь не обвиняю. Я задаю необходимые вопросы. – Он снова подался вперед. – Лиза, это демоническое существо, которое ты якобы видела… это была ТЫ? Не могла ли ты выдумать этого монстра, будучи не в силах принять то, что сделала с Саммер и Айзеком?

В комнате повисла тишина. Само время как будто остановилось. Все взгляды были устремлены на меня. Никто даже не моргал.

Я вся помертвела. Я с трудом могла дышать. Наконец я завопила в голос:

– НЕТ! Я не сумасшедшая, не убийца!

Мама вскочила.

– Мы с Лизой уходим, – процедила она. – Не хватало еще сидеть здесь и…

Ривера жестом велел ей сесть.

– Прошу прощения. Я не хотел вас обидеть. Тем не менее мальчик и девочка были жестоко убиты. Они были твоими друзьями, Лиза. И ты, похоже, единственная, кто знает, чьих это рук дело.

– Нет, подождите, – выдавила я. – Я не говорила…

– Ты сказала мне, что это некое чудище, – перебил Ривера. – Сожалею, Лиза, но этого я принять не могу. Мне нужно, чтобы ты сказала правду. Почему нельзя признаться, что ты видела на самом деле?

– Но я видела! – твердила я.

Снова повисло молчание. Капитан продолжал сверлить меня взглядом, ожидая, что я скажу что-нибудь еще.

Он думает, что я психованная убийца.

У меня вырвался всхлип. Мама сжала мою руку.

Вздохнув, Ривера провел рукой по бритой голове и наконец-то отвел от меня взгляд.

– Сэралинн, – сказал он, – ты была с Лизой в гостиной, когда она посмотрела на лестницу и закричала. Ты тоже видела тварь?

Со слезами на глазах, Сэралинн еле слышно проговорила, обращаясь ко мне:

– Прости.

И вытерла пальцем слезы.

– Лиза показала на вершину лестницы, – тихо сказала она. – Она кричала. Она была в диком ужасе. Но я ничего не увидела.

– Может, тень какую-нибудь? – вмешалась Клеменс. – Что-то, что могло бы сойти за силуэт?

Сэралинн покачала головой.

– Нет. Ничего. Лиза все кричала и тыкала пальцем. Говорила, что существо там, наверху, глядит на нас. Но… на лестнице никого не было. Я ничего не видела. Совсем ничего. Мне так жаль ее…

Она повернулась ко мне.

– Прости, Лиза. Но там никого не было. Мне очень жаль.

Я никак не отреагировала. Не сказала ни слова. Сознание будто застыло. Я оцепенела. Оцепенела всем телом.

Ривера задал Сэралинн еще несколько вопросов. Я не слышала их разговор. Я видела, как движутся ее губы, но не слышала слов.

В ушах стоял оглушительный свист. Наверное, это был звук моего цепенеющего сознания. Я даже не пыталась разобрать, о чем они говорят.

Словами не передать, как это страшно, когда ваши друзья и все остальные считают вас безумцем. А то и психом-убийцей. Это ужасает, выбивает из равновесия, лишая здравомыслия и адекватности.

Когда после допроса мы вышли на улицу, Нейт и Сэралинн обняли меня и поспешно удалились со своими родителями.

А я осталась стоять на парковке с мамой. По-прежнему цепенея. По-прежнему слыша этот невыносимый свист. По-прежнему путаясь в собственных беспорядочных мыслях, не в силах понять, что на самом деле случилось в тот вечер.