Не ложись поздно - Роберт Лоуренс Стайн

– Гарри в восторге от книжки про пауков, – сказала я. – Может, ученым вырастет.

– Он говорит, что не любит страшилок, а сам поглощает книги про змей да букашек всяких, – сказала Элис.

– Вы сегодня пауков изучали? – спросила я.

Вместо ответа Элис приблизилась.

– У меня к тебе серьезный разговор, – сказала она, понизив голос. И оглянулась, проверяя, чтобы Гарри не увязался за нами.

Я ощутила укол страха.

– Что-то не так?

– Я так понимаю, в понедельник ты позволила ему лечь поздно? Для него это очень вредно. Крайне важно, чтобы ты укладывала его спать в положенное время.

Я сглотнула.

– Вообще-то, я уложила его чуть позже восьми. Должно быть, он бодрствовал без моего ведома. А когда вернулась Бренда, он вышел и похвастался, что не спал допоздна. Но я же не знала…

– Ты должна проверять, чтобы он заснул, – прошептала Элис, снова покосившись на дверь.

– Почему? – спросила я. – Разве Гарри нужно спать больше, чем другим детям его возраста?

Кивнув, Элис засунула руки в карманы джинсов. Я снова услышала доносившийся снизу кошачий плач, заунывный вой.

– Бренда не желает этого признавать, но у Гарри есть одна особенность. Это связано со структурой мозга. Я, конечно, не врач… Полагаю, это что-то вроде эпилепсии. Если он спит положенное время, все в порядке. Он тогда совершенно нормальный. Ему нужно соблюдать режим, чтобы регулировать состояние мозга.

Я не совсем поняла, что она имеет в виду, но кивнула.

– Если он недоспит, – продолжала Элис, – то становится совсем другим ребенком, очень трудным. Это делает его капризным, даже злым. Его личность полностью меняется, и он пускается вразнос. – Она вздохнула: – Учить его в такие дни – сплошная мука. И всегда остается риск припадков.

– Припадков?! Я… я впредь буду осторожнее, – выдавила я. – Я же не знала. Бренда не говорила мне. Она только сказала…

– У нее и так хлопот полон рот, включая новую работу. Вот почему я всегда рада ее поддержать, – улыбнулась Элис. – А кроме того, я всей душой люблю Гарри. Он сущий ангелочек. И, как я уже говорила, он очень славный… когда высыпается.

– Да, он чудесный, – согласилась я.

Гарри был уже тут как тут – стоял в дверях кухни со своей книгой о пауках под мышкой.

– Лиза, теперь мы можем ехать домой?

Мне хотелось спросить у Элис насчет прошлого понедельника. Слышал ли Гарри что-нибудь об убийстве? Слышал ли он незваного гостя? Тарарам, что я устроила, преследуя мерзкую тварь?

– Пойдем, Лиза, – канючил Гарри, дергая меня за руку. – Я домой хочу. Давай сыграем вечером в «Конфетотрясение»?

– Может быть, но только когда ты домашнее задание сделаешь, – сказала я.

Он ухмыльнулся:

– «Конфетотрясение» и есть мое задание.

Мы с Элис засмеялись.

– А как насчет задания по арифметике? – спросила она.

Гарри пожал плечами.

– Я его потерял, кажется.

Я отвела его домой. Признаться, не хотелось мне снова туда идти. Лучше бы мы остались у Элис – тихо, уютно и чудища всякие по углам не прячутся.

Но что поделаешь?

Отпирая дверь кухни, я тяжело вздохнула и пообещала себе быть храброй. Храброй и бдительной. Сразу после уроков я проверила свой телефон, убедившись, что он полностью заряжен. Если вечером что-то случится, то я хотя бы смогу вызвать помощь.

Мы с Гарри полистали книжку о пауках. Потом я приготовила ужин. Бренда оставила упаковку говяжьего фарша, и я соорудила нам гамбургеры. По-моему, я слегка передержала их в духовке, но Гарри вроде бы ничего не заметил.

Я прислушивалась к любому звуку, высматривала малейшее движение. Все мои чувства обострились сверх меры, но я твердо решила не допустить, чтобы малыш заподозрил что-то неладное.

По-видимому, он даже не подозревал о том, что напротив его дома убили Саммер. Для меня это стало огромным облегчением. Он ведь такой чувствительный… Не дай Бог узнает – перепугается до смерти.

Гарри снова умолял меня уложить его попозже, но я непреклонно заявила, что сегодня он ляжет вовремя. Он надулся, выпятив нижнюю губку. Не выдержав, я рассмеялась, и он засмеялся в ответ.

Я уложила его в постель ровно в восемь, наказав немедленно уснуть. Он зевнул. Я видела, что он устал. Сегодня с ним проблем не будет, решила я.

Но, оказавшись внизу одна, я пожалела, что со мной нет Гарри. Дом был погружен в тишину, не считая мерного гудения холодильника на кухне да тиканья часов на каминной полке. Безмолвие только еще больше нервировало меня, заставляя сильнее напрягаться.

Я достала телефон, подключила наушники. Может, хоть музыка отвлечет меня от этой зловещей тишины. Подумав, убрала обратно в сумочку. Надо быть начеку.

Сидя на диване, я бросала взгляды на лестницу, в любой момент ожидая снова увидеть сгорбленную чудовищную фигуру. С домашними заданиями я уже разделалась. Заняться было решительно нечем. Придется как-то убивать время.

Я позвонила Сэралинн, но наткнулась на автоответчик. Взяла книжку про пауков, полистала. Без Гарри, охавшего и ахавшего над каждым восьминогим страшилой, это было совсем не весело.

– Бросай ты к черту эту работу, – буркнула я. Ну правда, слишком она опасная. Оставаться здесь – безумие. Тварь существует, и она уже убила человека.

Я вскочила и стала расхаживать по комнате, словно хотела убежать от пугающих мыслей. Обхватив себя руками за плечи, я продолжала ходить туда-сюда. Бледный свет луны струился в окно гостиной. На улице царила мертвая тишина. Ни один листок не шелохнулся на дереве, не качнулась ни одна ветка, не озаряли Фиар-стрит фары проезжающих машин.

Возможно, истории об этой улице – чистая правда.

Я перестала ходить и посмотрела на этажерку у противоположной стены. Взгляд упал на стопку белых альбомов. Подойдя ближе, я увидела, что это альбомы с фотографиями.

Не то чтобы я привыкла всюду совать свой нос, но мне позарез требовалось чем-то себя занять. Сняв с полки самый верхний, я отнесла его на диван.

Заинтригованная, я разложила альбом на коленях.

На первой странице было огромное свадебное фото. Бренда и парень, за которого она выходила замуж.

Интересно, что с ним случилось? Когда они расстались? Он был хорош собой и одет с иголочки, эдакий идеальный американец: загорелый, голубоглазый, с короткими каштановыми волосами и приятной улыбкой.

Я перевернула несколько страниц. На них был Гарри в младенчестве. Всего-то несколько месяцев, а на голове уже вьются светлые кудряшки. Фотографии Бренды и ее мужа, играющих с малышом. Вот все трое прогуливаются в парке, малыш едет в колясочке.