На краю бездны - Бернар Миньер

– Ммм… интересно…

Мин нетерпеливо махнул рукой.

– Держу пари, что вы не узнали ничего нового и что все, о чем там говорили, вы уже знаете. Нет нужды прятаться за осторожными словами, Мойра. Всегда говорите всё, что думаете.

Вслед за этим, вместо того чтобы ехать к аэродрому для вертолетов, они свернули в туннель, ведущий в Коулун. Интересно, куда это он ее везет?

Минут через двадцать лимузин въехал в лабиринт узких улочек Джордана, заполненных людьми. Облезлые фасады домов были сплошь покрыты рисунками, словно этот макияж предназначался для маскировки грязи и разрушений. Длинный автомобиль припарковался возле витрины ресторана, который ничем не выделялся среди остальных заведений, разве что в витрине стояли стеклянные ящики. Мойра напряглась: в ящиках сидели змеи.

Она знала, что поедать змей было в Гонконге делом привычным, но от этого все внутренности у нее меньше не сжались. Когда один из телохранителей открыл дверцу с ее стороны, в салон проникла сладковатая, тошнотворная вонь, сразу подменив собой запах свежей кожи. Мойра зажала нос пальцами, словно обороняясь. Едва она вышла из машины, как ее сразу атаковали тяжелые стоячие запахи, шум и жара.

– Пойдемте, – сказал Мин и вошел в ресторан.

Мойра остановилась у входа и взглянула на ящики со змеями: рептилии не шевелились, но были живые. Она поспешила войти в тесный, узкий зал, лавируя между столиками, крытыми пластиком. Кровь стучала в висках. В глубине зала ее уже дожидался Мин. Он обернулся и нырнул за занавеску. Там оказалась маленькая комнатка, выложенная белым кафелем. Как это обычно бывает в Гонконге, повсюду стояло невероятное количество всяких этажерок, пластиковых пакетов и закрытых ящиков. Но эти были деревянные, и змей там видно не было. Их встретила миловидная молодая женщина в красной тунике. Она приветливо махнула Мойре, открыла один из ящиков, не глядя запустила голую руку в самую гущу змей и вытащила оттуда длиннющую, не меньше двух метров, кобру. Мойра, затаив дыхание, смотрела, как змея, зажатая сильной рукой чуть пониже раздутых ядовитых желез, бьет хвостом по воздуху; пасть ее открылась, зубы были готовы укусить.

Мойра почувствовала, как все тело у нее покрылось мурашками и волосы на голове зашевелились, когда женщина скупыми и точными жестами удалила из тела рептилии ядовитый мешок и бросила его в чашу. Затем кончиком ножа сделала длинный надрез на брюхе змеи и, с ловкостью хирурга, раскроила его надвое. После этого она наступила ногой кобре на хвост и, удерживая ее в таком положении, потянула шкуру вверх, как будто сняла носок, а потом резким рывком содрала ее всю, обнажив розовую змеиную плоть. Змею, голую, как Адам в раю, но все еще живую, она бросила в раковину. И вот тут, глядя, как корчится в мучениях бледно-розовое тело змеи, Мойра покрылась холодным потом и испугалась, что ее сейчас вырвет.

Она взглянула на Мина. Китайца вовсе не интересовала змея, он впился глазами в нее, Мойру, ловя каждую ее реакцию, каждую эмоцию… Его маленькие черные глазки еще больше потемнели, и было такое впечатление, что они впитывают в себя все ее отвращение, улавливают каждый удар отчаянно колотящегося сердца. И он улыбался.

– Пойдемте, – сказал Мин безразличным тоном, отодвигая занавеску.

Они сели за столик среди остальных клиентов, внешность которых отнюдь не располагала к себе, и Мойра догадалась, что Мин наслаждается этими моментами, оказавшись в людской гуще, погрузившись в нее. Он переставал быть собой, а становился частью толпы и абстрагировался от своих «горилл», оставшихся у входа. Когда принесли змеиный суп, ей пришлось собрать в кулак всю волю, постараться не думать о том, что произошло в недрах ресторанчика, и отправить в рот маленький кусочек змеиного мяса, поданного в густом и студенистом коричневом бульоне. Она осторожно принялась жевать. Мясо отдавало курицей и было жестким, что заставляло жевать его особенно долго.

– Вам нравится? – спросил Мин. – Это лучший ресторан в городе, где готовят змей.

Она ответила утвердительно и продолжала жевать. Мин аккуратно промокнул губы бумажной салфеткой и пристально на нее посмотрел.

– К вам подходили полицейские?

– Что?

– Вы прекрасно расслышали, что я сказал.

У нее было ощущение, что ее кровь стала такой же густой и студенистой, как бульон в пиале. Живот скрутился в узел, и на этот раз не от вида змеи в раковине. В голосе Мина было что-то дружески мягкое и в то же время угрожающее. Она вздохнула.

– Да.

Он окинул ее ледяным взглядом.

– И как вы отреагировали?

Мойра старалась подобрать слова.

– Сначала растерялась… Они появились в самый первый день, когда я заказала себе стаканчик в баре отеля, а они пытались вызвать меня на разговор. Я не за тех их приняла: решила, что это просто волокиты, которые ищут компании… Но тогда у меня было только одно желание: пойти спать, и я их отшила. Был вечер, я только что прилетела и еще не адаптировалась к разнице во времени.

Мин ничего не сказал, только не отрываясь смотрел ей в глаза своими маленькими черными глазками.

– А потом, когда я поняла, что они знают о каждом моем поступке и каждом движении, мне стало страшно, – прибавила Мойра.

– О каждом вашем поступке и движении?

Она кивнула.

– Они узнали о нашей встрече в офисе с помощью встречных камер.

– Они сказали вам, к какой из служб принадлежат?

Мойра помедлила.

– Они говорили о какой-то независимой комиссии… мне кажется, антикоррупционной.

– НАК, – подтвердил он. – Они сказали, чего от вас хотят?

– Задать несколько вопросов.

– На какую тему?

– Они сказали, что у них есть все основания думать, что… «Мин инкорпорейтед» замешана в делах… достаточно серьезных.

Взгляд Мина омрачился.

– Так и сказали? – Голос его сделался скользким и холодным, как ледышка.

– Да…

Все сказанное прозвучало для ее ушей странно и даже забавно. Как диалог из какого-нибудь фильма. Как строки из голливудского сценария. Мойра ждала, как он отреагирует, но никакой реакции не последовало. Мин даже глазом не моргнул.

– Вы еще хоть раз с ними встречались?

– Нет.

Он смотрел на нее в упор. Мойра вспомнила молодого симпатичного полицейского в лифте…

– Они оставили вам номер телефона?

Ну да, тот парень в лифте сунул ей в руку визитку.

– Да, но я выбросила визитку, – соврала Мойра, моля бога, чтобы Мин не почувствовал лжи в ее голосе.

– Почему же вы ничего нам не сказали? – спросил он. В его голосе на этот раз появилось что-то по-звериному ласковое, вкрадчивое и печальное.

Хорошенький вопрос. Мойра отодвинула тарелку с супом. Помедлила. Может быть, слишком долго.