Холодный страх - Арно Штробель

попадётся ли что подозрительное. И поговорят с кем-нибудь из жителей. Нам тут поступила… наводка. Дельная или нет — не знаю, но мало ли. Да, хорошо, спасибо.

Бёмер опустил телефон.

— Не знаю даже, на что и надеяться. На то, что Фиссман несёт чушь, — или на то, что действительно что-то знает.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

 

ГЛАВА 11

 

Уже у самого управления Бёмер вдруг обронил: — Ах да, насчёт твоей сестры… Коллега, с которым я говорил, взялся. Профиль того типа, само собой, липовый. Загвоздка в том, что парень выходит в сеть через браузер, полностью скрывающий все следы. Ни IP-адреса, ничего.

— Tor. Так я и думал. Иначе было бы слишком просто.

— В общем, он не бросает. Как только служба позволяет — возвращается к делу.

— Мне всё это совсем не нравится. Будь это обычный чудак, мы бы уже знали, кто он. А этот действует с расчётом и аккуратно заметает следы. Плюс такой долгий срок… Слишком уж всё продумано.

— Больше мы сейчас всё равно ничего не сделаем.

— Знаю. Спасибо тебе.

Припарковавшись у здания управления, Макс первым делом позвонил Кирстен — убедиться, что с ней всё в порядке. Сестра заверила его, что чувствует себя нормально и новых сообщений не приходило. Немного успокоенный, Макс оборвал разговор и зашагал вслед за Бёмером, уже скрывшимся в дверях.

Проходя мимо переговорной, где утром они беседовали с Кесслером, он снова вернулся мыслями к маске мухи. Осознанно ли убийца выбрал её, желая что-то этим сказать, — или ему просто нужна была любая маска, чтобы скрыть лицо, и мушиный муляж попался под руку случайно?

Вопрос не отпускал его и в кабинете. Чтобы побыть в тишине, Макс не пошёл к своему столу в оперативном штабе, а устроился за компьютером у себя и в который уже раз принялся искать материалы о символике мух — с тем же ничтожным результатом, что и прежде.

Смерть, тлен, бренность…

Он уже с досадой собирался отодвинуть клавиатуру, когда в дверь заглянул Кауфман. — Зайдёшь? Хотим пройтись по тому, что имеем.

А имели они, по сути, ничего. Ни слежка за вдовой Липперт, ни сопоставление круга знакомых и родственников обеих семей не дали ни единой зацепки. Опрос на Калькумер-штрассе только начался, но Бёмер и не скрывал, что ничего от него не ждёт.

Закончив краткую сводку, он устало опустился на стул. — Да уж… когда проговариваешь вслух — становится не по себе, до чего мало мы знаем.

Макс кивнул. — Я хочу ещё раз съездить к Липпертам. До того, как там поработают уборщики.

— И зачем?

— Попробую встать на место убийцы. Понять — хотя бы отчасти — как он мыслит.

— Вот как… Слушай, а не ты ли на днях читал мне целую лекцию о том, что это в принципе невозможно?

Макс усмехнулся. — Я. Потому и сказал: «попробую» и «отчасти».

Теперь и Бёмер не удержался от ухмылки. — Умник. А твоим духовным радениям не помешает, если я поеду с тобой?

— Если будешь в том же духе — ещё как помешает.

Бёмер поднял обе руки. — Встану в углу, молча и неподвижно. И буду наблюдать за трудом мастера.

— Хорст…

— Всё, умолкаю. Поехали. Попытка того стоит — всё лучше, чем сидеть здесь и ковыряться в собственном бессилии.

Прежде чем войти в дом, они позвонили соседке и заглянули к Рози Липперт. От коллег им было уже известно, что от психологической помощи вдова наотрез отказалась.

Казалось, со вчерашнего дня она и не шелохнулась: сидела на кухне на том же стуле, перед почти пустым пивным бокалом и опорожнённой рюмкой, и заплетающимся языком сообщила гостям, что чувствует себя хреново и продаст дом, как только с него снимут опечатку. Соседка удовлетворённо процедила: — И правильно.

— Это вообще была дурь Йохена. Тц-ц… Йохен, видите ли, домовладелец. Да ещё в такой халупе. Нет уж, хватит. Я бы и так там жить не смогла — после того, как его зарезали в этом самом доме. Стояло бы перед глазами постоянно. Кошмар, одно слово.

Решительным движением она сгребла со стола бутылку шнапса, наполнила рюмку до краёв и осушила одним глотком.

— Но я справлюсь, уж поверьте. И развалюху эту продам. На такие деньги можно многое себе позволить. Для начала — долгий отпуск, прийти в себя. Куда-нибудь к южным морям. Вот именно так и сделаю. Главное — не думать всё время о том, как у Йохена раскрылось горло.

— Не знаю, не знаю, — протянул Бёмер, когда они направились к дому Липпертов. — Никак не избавлюсь от ощущения, что госпожа Липперт не так уж и огорчена тем, что её Йохен приказал долго жить.

— По крайней мере, держится она стойко.

— Вот только какой она будет трезвой — нам ещё предстоит узнать.

— Да, что правда, то правда. Трезвой мы её пока не видели.

В доме ничего не изменилось. Как и обещал, Бёмер взял себе стул — те два, на которых в ночь убийства сидели Рози и Йохен, он не тронул, — и устроился в самом дальнем углу гостиной.

Макс какое-то время разглядывал место, где был убит Йохен Липперт, потом отвернулся и перевёл взгляд в сторону коридора.

— Я вошёл через парадную, — пробормотал он. — Это было просто: замок старый. Знаком ли мне дом? Нет, я здесь впервые. И я пришёл убивать. Осматриваюсь. Спален внизу нет. Я хочу убить мужчину. Только мужчину. Надо его обезвредить — физически он сильнее. Он сильнее меня физически… А раз я это знаю, значит, я с ним знаком. Или хотя бы знаю, как он выглядит. Если проскользну наверх и оглушу его во сне — проснётся жена и закричит. Удержать обоих сразу я не смогу: у меня нет огнестрельного. Только нож.

— А почему, собственно, у тебя нет оружия? — подал голос Бёмер из своего угла. — Дело бы сильно упростилось.

Макс обернулся, наградил напарника раздражённым взглядом и снова ушёл в размышления.

— Значит, надо выманить его вниз. Как на прошлой неделе — Рольфа Дариуса. Что-нибудь опрокидываю, прячусь за дверью комнаты и жду. Тихо. Может, было слишком негромко? Опрокидываю кресло. От такого грохота они должны проснуться. Кто-то спускается. Но это не мужчина — женщина. Этого я не предусмотрел.

—