Киберпреступник №1. История создателя подпольной сетевой империи - Ник Билтон

Две недели подошли к концу, заявление на гражданство отправилось в путь по инстанциям Доминики, а Росс собрался лететь домой.

Он добирался до США почти два дня и наконец, преодолев путь в шесть с половиной тысяч километров, приземлился в Международном порту Сан-Франциско. Уставшие пассажиры вставали с мест и разминали затекшие после долгого перелета конечности.

Казалось, поездка прошла успешно и никто не заметил, как Ужасный Пират Робертс сперва покинул США, а потом вернулся. Все верно, его не засекли. Однако Россу повезло куда меньше.

Парень не подозревал, что как только сканер американских таможенников коснулся его паспорта, его имя — Росс Уильям Ульбрихт — и данные о поездке превратились в миллионы единиц и нулей. В виде зашифрованной информации они за миллисекунды — тем же образом, что и заказы с Шелкового пути — пронеслись через всю страну и попали в базы данных Министерства внутренней безопасности США.

Если верить бумагам, опергруппа «Марко Поло», в которой оказался и Карл Форс из балтиморского УБН, являла собой настоящую сборную талантов и гениев. Очень скоро к ним начали присоединяться толпы агентов из других отделов местного управления США: Почтовая служба помогала перехватывать посылки, Секретная служба отслеживала деньги, а Карл, естественно, занимался наркотиками. Уже через неделю работы оперативная группа гордо заявила, что именно она раньше всех разделается с Шелковым путем.

Однако, взявшись за дело, команда «Марко Поло» тут же погрязла в грызне и служебных интригах.

Начались серьезные стычки, и разгорелась борьба за власть. Каждый понимал, что весь почет и лавры достанутся тем, кто остановит Шелковый путь и схватит его руководителя, и что дело способно круто перевернуть всю карьеру участников. Поэтому некоторые агенты опергруппы стали подрезать более опытных соратников (и, как правило, успешно), чтобы возглавить расследование, сулящее всемирную славу.

А вишенкой на торте завязшего в дрязгах коллектива был Карл Форс, который не слушал вообще никого, даже своего начальника. Как правило, когда Карл получал задания от коллег из оперативной группы, он просто их игнорировал: и поручения, и самих коллег.

Он не впервые вел себя так. Во время последней работы под прикрытием, за много лет до появления вымышленного контрабандиста Ноба, Карл наплевал на ход расследования и стал играть по своим правилам, что очень скоро привело к серьезным проблемам с УБН и женой.

В те дни, работая под прикрытием, Карл влился в круг наркоторговцев и стал все глубже и глубже погружаться в криминальный мир, надеясь, что завоюет доверие дилеров и те выведут его на более крупную добычу. Но он слишком хорошо вжился в роль. Он пытался обвести преступников вокруг пальца и вместе с тем в нем начала незаметно стираться границу между работой и дружбой, между ипостасями охотника и жертвы. Он ходил с приятелями-дилерами, за которыми ему полагалось следить, в ночные клубы и напивался там до беспамятства. Когда к ним приставали девицы, Карл не считал, что они мешают ему работать, и не прогонял их, а наоборот — упитый в стельку, он встречал плохих девочек с распростертыми объятиями. Очень скоро грань между подставным наркоторговцем и набожным-агентом-УБН-и-любящим-папой стерлась настолько, что Карла сняли с дела и отправили в центр реабилитации, а затем, когда он излечился, посадили за бумажную работу в Балтимор.

Прошли годы, и теперь, когда незадачливый агент УБН решил стать Нобом, контрабандистом Шелкового пути, он убедил себя, что работа под прикрытием в Сети совсем не такая, как в реальной жизни: тут он вдали от соблазнов преступного мира, потому что скрывается за компьютерным экраном. Однако, как и во времена внедрения в наркокартель, Карл с головой ушел в мир Ужасного Пирата Робертса. После рабочего дня в офисе УБН, он спешил домой, взбегал по лестнице в свободную комнату своего домика в колониальном стиле, усаживался за компьютер и начинал дружескую переписку с человеком, на которого должен был охотиться.

Комната, в которой обитал Карл, стояла полупустой: только кровать да старинный книжный шкаф, перешедший от дедушки. Агент УБН сидел здесь, развалившись в мягком бежево-белом кресле, ноги — на оттоманке; а Ноб тем временем обсуждал с Пиратом все, что только можно. С кровати за ними обоими внимательно наблюдал Пабло, слегка невменяемый кот семьи Форсов, который люто ненавидел, когда его трогали.

Когда разговоры касались семьи, Карл писал Пирату: «Я помолюсь за твоих родных». Когда же они говорили о здоровье, он интересовался: «А что у тебя за диета?»

«Как можно меньше углеводов, — отвечал Ужасный. — Никакого хлеба, макарон, злаков и газировки. Стараюсь есть побольше яиц, сваренных вкрутую».

Карлу не составляло труда поддерживать беседу с Пиратом сколь угодно долго: он чувствовал, что его собеседник страдает от одиночества. Кажется, постоянная жизнь под маской сильно сказалась на главе Шелкового пути, и он искал отдушину в общении с людьми на сайте. Карл сообразил, что может использовать его слабость в своих целях: похвалой и лестью он разговорит Пирата и добьется его дружбы с Нобом. Немного манипуляций здесь, немного хитрости там — и очень скоро Ужасный Пират Робертс станет совсем ручным.

Однако все старания выходили Карлу боком: не потому, что он сблизился с Пиратом, а потому, что сблизился с ним слишком сильно. Приятели часами болтали о человеческих отношениях, музыке и перспективах наркоторговли.

Более десяти лет Карл Форс сражался в войне с наркотиками, но так ничего и не добился: на место каждого арестованного дилера неизменно приходил другой, такой же, — поэтому он начал терзаться вопросом: каково же его истинное предназначение в этом мире? И вот, читая рассуждения Ужасного Пирата Робертса о борьбе с наркотиками, агент УБН стал понемногу понимать позицию главы сайта. Может быть, и в самом деле, чтобы решить все проблемы с насилием, пустой тратой правительственных ресурсов и тысячами людей, прозябающих в тюрьмах, надо просто легализовать наркотики? Может быть, всю свою жизнь Карл сражался не на той стороне?

Не исключено. По мере роста всех колебаний и сомнений Карл все больше восхищался Пиратом. Он начал приветствовать его теплыми словами. «Привет, дружище, — писал он. — Все хорошо?» Порой он ронял «береги себя», называл Ужасного «другом» и не забывал желать «приятных снов». Он не скупился и на комплименты: «Ты — самый интересный человек в мире, не увядай, мой друг!» И даже как-то в шутку написал: «Я тебя люблю». На что получил от Пирата: «Да ты меня засмущал:)» Вскоре после этого признания Карл стал подписывать свои письма, адресованные Ужасному Пирату Робертсу, душевным: «С любовью, Ноб».

Конечно, подобные разговоры — часть прикрытия, однако в них была еще и часть самого Карла.

Приятельские отношения разрастались, и помимо попыток выловить главу скандального сайта, Карл по иронии судьбы начал давать ему советы, как лучше прятаться от властей. «У тебя два варианта, — писал он Пирату. — Переехать в другую страну, где тебя не достанут законы твоей Родины, или же смириться с фактом, что тебя могут схватить в любой момент».