Семь сестер. Сестра луны - Люсинда Райли

– Хорошо, что у нас остались какие-то деньги после продажи машины. А я тоже постараюсь найти себе где-нибудь работу, хотя бы поденщика, – успокаивал Рамон Марию.

Мария глянула на изможденное тело Рамона, которое еще только-только начало приходить в себя и обретать какую-то силу после всех тех невзгод, которые выпали на его долю, пока он сидел в тюрьме.

– Будем надеяться, что в ближайшие пару недель посылка все же придет, – со вздохом ответила она.

* * *

Прошло еще четыре месяца, но никаких посылок или денежных переводов из Америки они так и не получили. И от Пепе тоже не было весточки. Мария снова взялась за плетение корзин, но в городе немногие имели деньги, а потому товар продавался плохо.

– Можно я пойду с тобой, Abuela? – спросила как-то раз Ангелина, наблюдая за тем, как Мария нанизывает корзины на длинную палку, чтобы нести их на центральную площадь Гранады. – Пару часов Рамон побудет с Айседорой, а я помогу в это время тебе. У тебя уставший вид.

– Спасибо, милая, – расплылась в благодарной улыбке Мария. – Пожалуй, я не откажусь от твоей помощи. Тем более такое хорошенькое личико наверняка привлечет ко мне дополнительных покупателей.

Они отправились в долгий путь. Мария радовалась тому, что на дворе лето. Весна в этом году выдалась холодной и дождливой: потоки мутной воды и грязи устремились с гор вниз, превратив все вокруг себя в сплошное вязкое месиво: картина, до боли знакомая ей с детских лет. Однако сегодня над ними светило яркое июльское солнышко, Ангелина весело болтала о чем-то своем, вышагивая с ней рядом, и Мария заметно повеселела.

– Ты не переживай, Abuela, денежки обязательно придут, я обещаю, – обнадеживающе улыбнулась Ангелина, когда они наконец добрались до Плаза де Лас Пасигас и остановились прямо напротив главного кафедрального собора Гранады.

– Ну вот! – обронила Ангелина, осмотревшись по сторонам, потом указала на местечко прямо возле ступеней, ведущих в храм. – Пошли туда. Скоро закончится месса, – добавила она, прочитав объявление на парадной двери. – Люди начнут выходить из церкви. Вдруг среди них окажутся и те, кто захотят купить у тебя корзинку. Сеньорита, – окликнула она молодую даму, – эти красивые корзинки моя бабушка сплела собственными руками. Не хотите купить себе такую? Они очень прочные, – добавила она на всякий случай.

Но женщина лишь покачала головой и прошла мимо. Ангелина последовала за ней.

– А хотите, я вам погадаю?

Женщина лишь ускорила шаг и снова покачала головой.

– Но вам же, наверное, интересно узнать, что в скором будущем ваша дочь выйдет замуж за богатого молодого человека, который сейчас за ней ухаживает? – крикнула ей вдогонку Ангелина. – А ваш муж вот-вот получит продвижение по службе, которого он так добивается.

Женщина остановилась и повернулась к Ангелине. На ее лице читалось явное удивление.

– Откуда ты все это знаешь?

– Сеньора, за одну песету я расскажу вам еще много чего. Дайте-ка мне взглянуть на вашу руку…

Мария слегка отступила назад и стала со стороны наблюдать за тем, как Ангелина водит своими тоненькими пальчиками по ладони женщины и что-то шепчет ей на ухо, для чего девочке приходится подниматься на цыпочки. Спустя минут десять женщина удовлетворенно кивнула головой в знак согласия и полезла в свою сумочку за кошельком. Достала оттуда банкноту в пять песет.

– У тебя есть сдача? – спросила она у Ангелины.

– К сожалению, нет, сеньора. Но может, вместо сдачи вы возьмете одну из корзинок моей бабушки?

Женщина автоматически кивнула, явно еще под впечатлением от услышанных откровений, а Ангелина вихрем метнулась к Марии, чтобы взять у нее корзинку.

– Gracias, сеньора. Желаю долгой и счастливой жизни вам и вашим близким. Вот видишь? – обратилась она к Марии, когда женщина ушла, и с видом триумфатора помахала у нее перед носом банкнотой. – Я же говорила тебе, что не стоит волноваться. Деньги у нас будут.

Домой Мария возвращалась с пустыми руками, распродав все свои корзинки. Зато, петляя по узеньким улочкам Сакромонте, она ощущала приятную тяжесть в кармане юбки, полном банкнот и мелких монет.

– Никогда не видела ничего подобного, – делилась она за ужином своими впечатлениями с Рамоном, лакомясь вкуснейшими кровяными колбасками, которые купила в городе. – Она завлекала ко мне покупателя за покупателем, гадая им по руке. И представь себе, даже розмарина никому не давала в руки, – улыбнулась она, вспомнив о магических свойствах розмарина, который обычно используют гадалки во время своих сеансов.

– Может, помогло то, что рядом с тобой был ребенок? К тому же она ведь очень похожа на payo, – предположил в ответ Рамон.

– Да, наверное, это сыграло свою роль, – согласилась с ним Мария. – Но при этом она каждому сообщала какие-то небольшие секреты, касающиеся их жизни, и все это оказывалось правдой. Вот они и попадались к ней на крючок. – Мария слегка покачала головой. – Ее дар вселяет страх, Рамон. Мне даже со стороны было страшно наблюдать за ней. Ангелина уже сказала, что снова отправится со мной в город на следующей неделе, а я вот нахожусь в полной растерянности. Сама не знаю, хорошо ли это – использовать ее дар для привлечения денег. Ведь такое же в свое время случилось и с Лусией.

– Да, но у Ангелины, как и у Лусии, своя голова на плечах. Поверь мне, эта юная особа никогда не будет делать того, чего не захочет делать. К тому же…

– Что?

– Сегодня Ангелина пустила в ход свои способности только для того, чтобы утешить тебя. Ей захотелось лишний раз показать, что тебе не о чем беспокоится, потому что она любит тебя. А что в этом плохого?

– Плохо то, – вздохнула в ответ Мария, – что я всегда чувствую собственную зависимость от других.

– Нет, Мария, ты не права. Это мы все зависим от тебя. – Рамон ласково погладил ее по руке. – Что ж, пора спать.

Июнь 1951 года, пять лет спустя

– Ты уже проснулась, Айседора?

– Нет, – отвечала девочка, еще глубже зарываясь в подушку. – Я еще сплю.

– Я прекрасно знаю, что ты уже не спишь, раз разговариваешь со мной. А если ты не хочешь подниматься с постели, что ж, тогда я начну щекотать тебя и буду щекотать до тех пор, пока ты…

Ангелина осторожно просунула руку под одеяло и нащупала животик малышки, то самое место, где ей всегда щекотно. Она стала перебирать пальчиками по коже живота и перебирала до тех пор, пока Айседора не начала хихикать.

– Хватит! Хватит! – залилась она веселым смехом, потом сбросила с себя одеяло и поднялась со своей кроватки. – Вот! Я уже встала! Чего ты хочешь от меня?

– Хочу, чтобы ты пошла со мной в город, пока бабуля и Рамон еще не проснулись.