Большая книга ужасов 88 - Анна Евгеньевна Антонова

Теплоход ощутимо тряхнуло, и нас бросило друг к другу. Реакция у парня оказалась отменная: Данила придержал меня за плечи и не дал завалиться на палубу.

– Не ушиблась? – заботливо поинтересовался он.

Да у матроса неплохие манеры! В колледже привили? Кажется, со средним специальным образованием не все так безнадежно. Мне почему-то было жалко студентов училищ и колледжей, лишивших себя высшего образования. Я непроизвольно поглядывала на них свысока и, похоже, совершенно напрасно.

В следующую секунду Данила вскочил на ноги:

– Мне надо идти!

– Твоя смена закончилась, – напомнила я.

– Если какое-то ЧП, то неважно, – отмахнулся он.

Я похолодела:

– Какое еще ЧП?

– Скоро узнаем, – кивнул он и протянул мне руку.

Я поднялась, машинально подхватив с пола куртку и в тот момент забыв, что она не моя. Мы покинули служебную палубу, и Данила тут же убежал, на ходу бросив мне:

– Позже договорим.

А я осталась в полной растерянности, внезапно осознав, что у меня в руках его форменная одежда. Я едва не застонала. Кто он там, курсант? Опять получит по шее!

Что же мне теперь делать? Подождать, когда спохватится и вернется? Или попробовать найти его самой?

Пароход медленно выдвигался из тумана. Даньке представлялось, что его борт нависает совсем близко, но волны почти не было – туман скрадывал ветер, делая воздух густым и неподвижным. Мимо него проплыли огромные буквы – «Остров сокровищ», четко выделявшиеся на светлом борту. Что-то в названии показалось ему знакомым. Ну да, в том отрывке из газеты тоже речь шла о поисках сокровищ, зарытых на острове…

– Данька, жди сигнала! – шепотом скомандовал ему дядька.

Он готовился к любому исходу, но этот приказ стал для него неожиданностью.

– Какого сигнала? – уточнил он.

– Послал бог племянничка, – сквозь зубы процедил тот. – Такой же блаженный, как его покойный папаша!

– А ты его не предупредил? – спросил кто-то.

– Конечно, нет, – раздраженно отозвался Михаил. – Иначе я бы его сюда только в мешке затащил.

– На кой он нам вообще сдался?

– Николай велел его взять, чтобы первым на пароход отправить. Как-никак нечасто на такое дело идем, надо подстраховаться, нет ли засады. Будет отвлекать внимание.

Николай, по-прежнему стоявший в передней лодке, едва заметно махнул рукой. Мимо Даньки что-то просвистело, он едва успел отшатнуться. На миг он зажмурился, а когда снова открыл глаза, то увидел: с борта парохода свисает веревочная лестница, двумя мощными крюками зацепившаяся за перила на открытой палубе в самом темном месте.

– Данька, давай! – шепотом приказал дядька.

Он медлил, не понимая, что от него требуется.

– Я не смогу из воды… – наконец выговорил он.

Сидевшие на веслах сделали еще несколько гребков, опасно подогнав лодку почти под самый борт. Теперь нижний край лестницы нависал над самой его головой.

– Данька! – угрожающе повторил Михаил, и в его руке блеснул невесть откуда взявшийся нож.

Глава 8

В вашем городе завелась мафия

В этот момент ожил громкоговоритель.

– Уважаемые путешественники, сохраняйте, пожалуйста, спокойствие, – в приторно сладком голосе диктора внезапно прорезались нотки волнения. – Ситуация абсолютно штатная. Сегодня ночью мы должны были выйти в Ладожское озеро, но сделать это не позволяют погодные условия. Теплоход относится к классу «река-море» и вполне готов к таким переходам, но береговые службы запрещают нам выходить в Ладогу при шторме выше пяти баллов. Поэтому «Остров сокровищ» пришвартовался на временную стоянку и бросил якорь, чем объясняется толчок, который вы все ощутили. Будем надеяться, за ночь шторм успокоится, и мы продолжим свое увлекательное путешествие по северным рекам и озерам нашей родины. Не волнуйтесь, мы всегда закладываем резерв времени и не допустим отставания от графика экскурсий. Все оплаченные услуги вы обязательно получите в полном объеме.

Я стояла на корме шлюпочной палубы, прижимая к груди матросскую куртку, улавливала запахи реки и машинного масла, а еще ощущала слабый аромат горьковатой туалетной воды, и от этого у меня слегка кружилась голова…

Надо сосредоточиться, взять себя в руки и решить, что с ней делать. Отнести на прежнее место? Но сама я не отважусь пойти туда, куда «посторонним вход воспрещен» – еще увидят по закону подлости. Просто оставить на одном из шезлонгов? А если дождь пойдет? На Ладоге шторм больше пяти баллов – понятия не имею, что это значит, но осадки, кажется, весьма вероятны. А вдруг кто-нибудь найдет? Нестрашно, если пассажиры – им-то на все наплевать. А если члены команды? Тогда моему новому знакомому попадет еще и за это, чего мне совсем не хотелось.

На ресепшен отнести? Опять его подставлю. Не в свою же каюту тащить? С Никитой можно договориться, но как я объясню родителям внезапное появление матросской куртки? Даже под кроватью спрятать не получится – горничная делает у нас уборку каждый день, и довольно тщательно…

Сколько, кстати, времени? Может, игра давно закончилась? Я вытащила телефон: ничего себе, уже начало двенадцатого! Уведомлений о пропущенных звонках и сообщениях не было, впрочем, как и сети. Надо нам состыковаться с Никитой, чтобы не спалить свою – вернее, мою – легенду… Конечно, если я не сделаю это сама, заявившись в каюту с чужой одеждой.

Так и не придумав, что делать, я решила пойти к кофейне «Джон Сильвер», стянув с себя куртку и замаскировав под ней форму Данилы. Странно, имя совершенно обычное и весьма распространенное – у нас в классе целых два, – а с его обликом совершенно не монтируется, да и с фамилией не сочетается. Как там его называл тот злющий мужик: Ломов? Для худого сероглазого парня самое то! Я непроизвольно хихикнула, внезапно осознав, что в многосерийном мультфильме про капитана Врунгеля бестолкового матроса звали Лом…

Задумавшись, я подошла к перилам и выглянула за борт, пытаясь разобрать, где же мы встали на якорь, но было так темно, что на берегу чернели только смутные силуэты деревьев. Я машинально посмотрела на воду и буквально оцепенела: вокруг теплохода толпились лодки! Теперь их было несколько, и они уже не казались пустыми – в них виднелись темные очертания человеческих фигур, непонятно, мужских или женских. Весла больше не хлопали по воде вхолостую, там сидели гребцы и размеренно шевелили ими – это выглядело особенно жутко, ведь лодки не двигались с места…

Я в панике отпрянула от борта и оглянулась: на корме шлюпочной палубы по-прежнему никого не было, и мне стало по-настоящему страшно. Данила слишком рано ушел, а то бы своими глазами увидел… Впрочем, кто сказал, что он не видел?

Подойти к противоположному борту и заглянуть за него у меня не хватило ни моральных, ни физических сил. Я поняла, что в буквальном смысле еле волочу ноги, и испугалась еще сильнее: меня парализовало от страха или просто сказывается стресс? Кажется, именно так жертва цепенеет под взглядом хищника, хотя вполне могла бы успеть убежать…

Все эти мысли проплывали в голове как во сне. Мне часто снится один и