Меня повело - Царина Вереск

грязнее, чем я думала. Даже если здесь приходится кусаться, чтобы выжить.

Я делаю вдох. Выпрямляю спину. И возвращаюсь в зал. Потому что, как бы ни было сложно…

Я не уйду.

Глава 63

Макс

Мы сидим во дворе, как раньше. Тот же бордюр, те же пацаны, те же разговоры ни о чём и обо всём сразу. У кого-то в колонке тихо играет музыка, Ян что-то рассказывает, жестикулирует, Дамир ржёт так, что его слышно на полквартала.

Обычный вечер. Простой. И от этого почему-то легче.

Я откидываюсь назад, упираюсь руками в холодный бетон, смотрю в тёмное небо. Без софитов, без этих её вечеринок, без чужих взглядов. Здесь всё понятно. Кто есть кто. Кто друг, кто нет. Никто не улыбается тебе в лицо, чтобы потом за спиной что-то ляпнуть.

— Макс ты что молчишь? — кидает Ян, присаживаясь рядом. — и так приехал сегодня раньше, чем обычно.

Я пожимаю плечами.

— Устал.

Не вру даже. Просто не договариваю. С подработки на доставке я уволился. Задолбало уже все. Скоро уже начнется учеба и подрабатывать будет некогда. Остается только та, что на разгрузке на складе. Мне этого пока вполне хватит.

Это конечно малая причина. Главная что я действительно устал. Просто от всего. Хочется опять веселиться и быть беззаботным. А не быть в подвешенном состоянии. Не чувствовать этот постоянный груз ответственности и непонимания. Недоверия и отграждения. Сейчас хочу покоя.

Надо взять паузу и все хорошенько обдумать. Конечно я хочу чтобы все было как раньше. Но как это вернуть не знаю. Я просто задолбался и хочу тишины.

Телефон вибрирует в кармане. Я уже знаю, кто. Достаю. Алина. Сообщение короткое. Я смотрю на экран пару секунд.

Пальцы зависают. Что написать? Правду? Что я сейчас не на работе. Что мне просто не хочется туда возвращаться. Не хочется снова ловить этот её взгляд — когда она вроде рядом, а вроде нет. Когда ты спрашиваешь — а в ответ стена.

Я выдыхаю. Печатаю:

«На работе. Позже наберу.»

Отправляю. Экран гаснет. И внутри что-то неприятно скребёт.

Врёшь.

Я сжимаю челюсть.

— Чё, Алина? — лениво спрашивает Костя, закуривая.

— Угу, — коротко.

— Опять мозги делает?

Я усмехаюсь без радости.

— Да не.

Не делает. И в этом, наверное, и проблема.

Я провожу рукой по лицу. Устал. Правда устал. Не от неё даже. От этого… состояния. Когда всё вроде нормально, но постоянно что-то не так. Когда разговора нет. Когда ты пытаешься — а в ответ «всё нормально». Когда чувствуешь, что она ускользает. А ты не понимаешь — куда. И почему.

Я смотрю на пацанов. Они смеются, спорят, кто-то кого-то подкалывает. Им легко. У них нет этого всего.

— Забей, — говорит Ян, толкая меня плечом. — Бабы — это всегда гемор.

Я усмехаюсь.

— Очень умно.

— А чё, не так?

Я не отвечаю. Потому что дело не в «бабах». Дело в ней. И во мне. И в том, что я не вывожу это всё нормально.

Я снова достаю телефон. Смотрю на него, пытаясь разобраться со своими чувствами. Но вместо этого я просто блокирую экран и убираю его обратно.

Потом.

— Погнали за пивом, — предлагает Костя, поднимаясь.

— Погнали, — киваю я, тоже вставая.

Движение отвлекает. Разговоры отвлекают. Смех отвлекает. И на какое-то время становится проще. Без этих мыслей. Без неё в голове каждую секунду.

Но где-то внутри всё равно сидит это чувство. Тяжёлое. Тянущее. Что я сейчас делаю что-то не так. И вместо того чтобы решать… просто ухожу.

Я засовываю руки в карманы, иду за пацанами. И думаю только об одном: Лишь бы сегодня не думать об этом.

И мне это удается. Привычная среда, привычный круг общения помогает вернуться обратно в мое «прежннее состояние». Где можно беззаботно проводить время. Главное вернуться домой и желательно не под самое утро, чтобы маман не волновалась.

Сижу на лавке, уже почти не слушая, о чём говорят пацаны. Разговоры сливаются в один фон — смех, какие-то истории, споры. Я автоматически киваю, иногда что-то отвечаю, но головой вообще не здесь. Телефон снова в руках. Пальцы сами открывают ленту. Чат. Группы. Сторис.

Дебильная привычка, которая появилась совсем недавно. Та, симпатичная модель, что пыталась вешаться мне на шею. Мару, Мари, Моро или как там ее, неважно. Даже имя не запомнил. Хотя нет вру. Мари. Имя стоит в строке ее ника. Подписался. И на другие ее паблики тоже. Чертов маньяк.

Она страстно желала со мной познакомиться, сувала номер телефона. Я отказался. Но... в соцсети решил добавить. Не знаю почему. Почувствовал. Надо.

Ее личная жизнь и полуголые фотки меня не очень привлекали. А вот пара ее групп — агентство, тусовки. Это было интересно.

Модель — торговля своим телом, в хорошем смысле, нужна общественность, больше внимания. Выкладывает свою жизнь буквально по минутам — что делает, с кем общается, где находится. Алина теперь тоже активнее ведет соцсети, но не так как эта.

Я вижу буквально все — когда и где они были. Каждый день как сталкер с маниакальным наслаждением несколько раз в день пролистываю их ленты. Это ужасно и отвратительно. До чего довел меня мой бред.

Что я хочу там найти. Честно — да ничего. Просто листаю. Руки сами тянутся за телефоном.

Вот и сейчас. Сижу листаю бездумно. Нет, чтобы просто посидеть с пацанами, посмеяться. Я ведь этого и хотел. Сам отморозился от Алины. Но нет. Сижу и наяриваю. Лишь бы занять себя. Лишь бы не возвращаться мыслями туда, где всё криво.

Очередная группа. Чья-то вечеринка. Фото. Видео.

Я уже хочу пролистнуть дальше, когда взгляд цепляется. Замираю. Возвращаю назад. Открываю. Фото обычное. Компания. Свет. Бокалы. Улыбки. И она. Алина.

Сердце как будто спотыкается. Я приближаю. Смотрю внимательнее. Она стоит чуть сбоку, но не одна. Рядом — какой-то взрослый хрыч. Рука у него на её талии. Не просто «рядом стоит». Ближе. Слишком близко. Как будто… своё.

В груди резко становится горячо. Я сжимаю телефон сильнее. Это что вообще?

В голове сразу всплывает её сообщение.

«На съёмке. Буду поздно.»

Я усмехаюсь. Резко. Без веселья.

— Ну да… съёмка, — бормочу себе под нос.

Очередная ее «съемка» о которой не сообщает. И не в первый раз.

Я снова смотрю на фото. Дольше. Как будто там можно найти какое-то объяснение. Может, показалось. Может, ракурс. Может, он просто… так встал.

Но чем дольше смотрю, тем сильнее внутри закипает. Потому что это не «просто».