Танец С Врагом. Эхо потерянных воспоминаний - Алекса Корр

Она не выдала лишнего. Намекнула — да. Подтолкнула интерес — возможно. Вскользь упомянула о библиотеке, куда смогла пройти, минуя родовую защиту и о лаборатории, куда никому нельзя заходить. И, разумеется, молокосос клюнул. Да он даже защиту попросил ее проверить в лаборатории. Скрипнул зубами. Никогда не понимал мужиков, которые готовы были ради каких-то великих целей подставить своих женщин под удар.

Даша играла аккуратно.

Я слышал паузу перед тем, как она ответила про окна. Слышал, как изменилась интонация — на долю мгновения холоднее, чем требовала роль. Но Сергио, ослепленный собственной миссией спасителя, а также предвкушением того, что Даша найдет для него в моей лаборатории, этого не заметил.

Он верил, что контролирует ситуацию.

Глупец.

Когда он сказал, что никому не позволит прикоснуться к ней, я едва заметно выдохнул через нос. Человеческая бравада. Пустая и громкая. Он даже не понимал, кому бросает вызов.

Но я слушал дальше.

И чем дольше длился разговор, тем яснее становилось одно: Даша держится в рамках нашего плана. Ни шага в сторону. Ни лишнего откровения. Ни попытки предупредить его об опасности.

Она не играла против меня. Мы с ней были на одной стороне игрового поля.

Поняв, что разговор подходит к концу, я покинул лавку раньше нее. Мне не нужно было видеть их прощание. Достаточно было услышанного.

Вернувшись на улицу, я задержался у стойки, к которой привязал своего вороного, позволив себе короткую паузу.

Во мне не было ярости.

Не было желания ворваться обратно и сломать шею человеку, осмелившемуся целовать ту, кто теперь находилась под моей защитой.

Было другое. Спокойствие и уверенность.

Она действует по нашему плану. Молокосос верит в свою удачу.

А кинжал уже не тот, что был в прошлой жизни. А это значит — партия началась.

Когда экипаж с Дашей выехал из города, я уже направлялся к замку, чтобы вернуться раньше нее.

Мне хотелось услышать ее версию этой встречи. И понять, совпадет ли она с тем, что слышал я.

Глава 86

Даша

В замок мы возвращались уже вечером. После встречи с Сергио мы еще прошлись по торговым лавкам и закупили все необходимое. То, чего я не сделала в прошлом, но почему-то захотела сделать в настоящем. Дорога обратно прошла спокойно, даже слишком, и это спокойствие казалось почти обманчивым. Марта что-то щебетала рядом, перебирая покупки, Грэм ехал молча, хмурый и настороженный, а я смотрела в окно кареты и думала о разговоре в лавке.

Все прошло так, как мы с Кайлом и планировали. Я сказала ровно то, что должна была сказать. Ни слова больше. Ни намека лишнего. Самым сложным было изображать влюбленность и терпеть попытки Сергио обнять меня и поцеловать. А еще… Сегодня я отчетливо поняла то, что не заметила в прошлом. Сергио был не так-то и прост. И в драконьи земли он приехал не только ради моего спасения. Драконоборцы ухватились за возможность узнать о Кровавом Жнеце больше и хотели использовать для этого меня. А что? По их мнению, это прекрасная возможность. Никто не мог проникнуть раньше в его замок, а тут дракон сам принес к себе ту, на которую можно было правильно надавить. И она сделает все, как им нужно.

И Сергио, который, может, реально и переживал за свою невесту, но не мог отказаться от такой «великой цели», как найти способ уничтожить дракона.

И будь это не так, он бы нашел способ организовать побег в короткие сроки, а не давать мне задание следить за драконом. Усмехнулась. Как много все-таки было лжи в том прошлом. И какой же наивной я была. На коленях лежал сверток с платьем, которое мне дал Сергио перед расставанием. То самое платье. Которое отличалось от того, что было принято в людских королевствах, зато полностью соответствовало моде дракониц и не могло остаться незамеченным Кайлом.

В прошлом я списала такой выбор наряда на случайность, а сейчас… Сейчас уже сомневалась в этом.

Боже, как же это все мерзко!

Когда экипаж остановился у входа, я вышла первой, стараясь держаться ровно и спокойно. Каменные стены замка в свете факелов казались особенно суровыми, и на мгновение мне вспомнилась прошлая жизнь. В этот вечер в прошлом, я стояла на балконе и размахивала лампой, счастливо улыбаясь далекому огоньку факела. Тогда мне казалось, что где-то там, за пределами этих стен, у меня есть защита и опора.

Сейчас я не собиралась зажигать лампу.

Не потому, что не могла. А потому, что не хотела. На историю это не должно было повлиять, но я хоть таким образом выражу свое отношение к происходящему.

В покоях я быстро переоделась, распустила волосы и, отпустив Марту, легла, надеясь, что усталость возьмет своё. Сон пришел не сразу. Мысли вновь и вновь возвращались к словам Сергио, к его уверенности, к тому, как легко он говорил о побеге, о защите, о моем возвращении домой и о нашем с ним «долго и счастливо». Все, как было и в прошлый раз. А значит, я справилась с задачей и не дала ему повода ни в чем меня заподозрить.

Я уже почти задремала, когда услышала легкий звук открывающейся двери, а потом слабый ветерок.

Глаза открылись сами собой.

У окна, в полумраке, стоял Кайл.

Он не приближался, не произносил ни слова, просто смотрел — так внимательно, будто пытался прочитать по моему лицу то, что я могла бы от него скрыть.

— Твои ночные визиты скоро войдут в привычку, — тихо сказала я, приподнимаясь на локтях.

Он едва заметно качнул головой и подошел ближе.

— Подумал, что тебе есть что мне рассказать. Как прошла встреча?

Голос его звучал спокойно, но в этой спокойной интонации чувствовалась сосредоточенность.

Я села, подтянув одеяло к груди, и начала рассказывать. О лавке. О том, как Сергио был переодет торговцем. О его словах, о просьбах, о том, что я упомянула библиотеку и лабораторию, вызвав его интерес. Я старалась говорить ровно и не торопиться, словно от точности формулировок зависело не только его мнение, но и исход всей нашей игры.

Он слушал, не перебивая, лишь изредка задавая уточняющие вопросы.

— Он просил проверить защиту? — спросил Кайл после короткой паузы.

— Да, — ответила я, глядя ему прямо в глаза. — Но попросил не рисковать без необходимости.

Он кивнул, будто именно этого и ожидал.

Некоторое время он молчал, будто бы что-то обдумывая, но потом перевел на меня взгляд и медленно сказал:

— Я был