Неслучайное совпадение - Рокси Рэй

Вот как выглядит настоящая любовь!

Это последняя мысль, которая у меня появляется, когда из них двоих вырывается вспышка, и всех в комнате сбивает с ног.

Со всеми этими химическими веществами «бей или беги», которые носятся по моему организму, я удивлена, что сердце не лопается от такого резкого рывка. Я уверена, что на нас только что напали, но, когда перекатываюсь на бок и ищу угрозу, вижу: мы все замерли. Ну, все мы, кроме Лютера и его возлюбленной, которые ещё целуются. Однако кое-что действительно изменилось. Вместо того чтобы она отчаянно цеплялась за него, пытаясь удержать его в своих руках, огромный альфа сам заключает её в объятия!

— Чёрт святой! Это правда сработало! — кричит Пол, поднимаясь на ноги.

Я даже не обижаюсь.

— Сработало! Правда сработало!

Несмотря на всё, что произошло, несмотря на всю боль, все мучения, несмотря на то, что я уверена: у меня не хватает зуба, а лицо покрыто тёмно-фиолетовыми синяками, меня захлёстывает радость, а затем чувство триумфа, которое я и представить не могла. Паррасида попытались превратить прекрасную любовь во что-то ужасное и злое, но даже с древним пактом с могущественной потусторонней сущностью кое-что победить невозможно.

Но, конечно, они не могут просто признать поражение. Нет, это было бы слишком просто.

Матриарх издаёт по-настоящему оглушительный визг, поднимаясь с пола и видя, как Лютер прижимается к своей спасённой возлюбленной, словно к спасательному кругу, которым она и является. Они с мужем определённо два сапога пара, потому что её бледное лицо становится откровенно бордовым.

— Глупцы! Вы правда думаете, что всё так просто?! У меня всё ещё есть магия! У меня есть обещание сущности!

Она вытаскивает из пучка изящную шпильку, открывая маленькое лезвие, похожее на то, что я видела на выставке исторической моды. Оно такое маленькое, что я представляю, будто им едва ли можно причинить кому-то из нас серьёзный вред, но, как выясняется, резать нас она и не собирается.

Вместо этого она разрезает собственную ладонь (что вообще-то одно из самых глупых мест, где можно себя резать)и начинает читать заклинание, прежде чем с силой впечатать кровавый отпечаток руки в пол. Внезапно по периметру магического круга, в котором мы стоим, вспыхивает барьер мерцающего света.

Ой-ой…

У магии, похоже, правда есть проблема с миллениальными паузами в самом начале событий, потому что какое-то мгновение ничего не происходит. Но потом, очень медленно, зато неумолимо, барьер начинает сжиматься внутрь.

Нас сейчас что, спрессует, как мусор?! Чувак, это прямо как в «Звёздных войнах»!

Да, но это не Звезда Смерти, и я очень сомневаюсь, что в этом магическом круге есть аварийный люк!

Зануда. Я просто сказала…

— Что это? — слышу я вопрос Джексона, прежде чем он тянется к надвигающемуся барьеру. И, конечно же, тот бьёт его разрядом, физически отталкивая назад. — Ай! Если эта штука нас коснётся, будет очень больно.

— Да что ты? — огрызается Крис, и, будь у меня силы, я, возможно, вздохнула бы. Старшие братья и младшие братья всегда останутся старшими и младшими братьями, да?

— Черри, я хочу, чтобы ты забралась мне на плечи и попыталась подняться на один из столбов, а потом выбраться в безопасное место, — говорит Пол, придвигаясь ко мне ближе и понижая голос. Влюблённые голубки до сих пор целуются, и я понятия не имею, осознают ли они, что барьер движется внутрь, чтобы медленно нас раздавить. — А потом я хочу, чтобы ты бежала в безопасное место и рассказала детективам всё, что узнала здесь.

— А как же ты? — если и есть троп, который я терпеть не могу, так это «благородная жертва». И, может, я ошибаюсь, но от перевёртыша, к которому я успела сильно привязаться, сейчас прямо-таки веет мучеником. Мы в самом буквальном смысле прошли через ад и обратно, и я не собираюсь бросать его, когда мы так близко к финишу.

— Не волнуйся обо мне. Ты должна предупредить всех. Как только наша кровь прольётся на этот круг, Паррасида не просто вернут себе волчьи формы, а я бы ещё поставил деньги на то, что они смогут использовать приказ альфы на всей стае Марченди. Помнишь, сколько людей было на похоронах? Умножь это в разы, и вот такая армия внезапно окажется у них в руках. И я сомневаюсь, что они остановятся на перевёртышах. Они перейдут к другим магическим существам, а потом к людям, и мы все знаем: если этот договор будет нарушен, последствия ощутит каждый магический человек в мире.

Желудок у меня падает вниз, пока разум рисует картину именно такого исхода. Она полна крови, страданий невинных и множества ужасных вещей, но в то же время я не могу заставить себя бросить самых близких к семье людей, которые у меня есть с тех пор, как умерла мама.

— Пол, если бы мы могли так легко перебраться через верх барьера, вам всем достаточно было бы просто его перепрыгнуть. Вы волки-перевёртыши, я уверена, вы бы справились. Ты знаешь не хуже меня: просто перелезть сверху не выйдет.

Я блефую. Нет, я лгу, именно так, как обещала Полу больше никогда ему не лгать. Но что он сделает? Припомнит мне это в загробной жизни? Суть в том, что, если ВанМарки сейчас идут ко дну, мой корабль потонет вместе с ними.

И не то чтобы комната оставалась неподвижной, пока мы спорим. Барьер подходит всё ближе и ближе, пока мы все не оказываемся в центре круга, почти касаясь друг друга локтями. Пройдёт совсем немного времени, прежде чем нас прижмёт тело к телу, а потом раздавит окончательно.

Блин, мы были так близко. Обидно споткнуться прямо у финишной черты.

— Мама! Остановись! — кричит Серджио, бросаясь к матери, и его отчаяние окутывает его, как колючее одеяло цвета рвоты.

— Заткнись, ты, здоровенный дурак! Мы вложили в этот план всё, годы подготовки, а вы с сестрой оказались бесполезны! Надо было отбраковать вас ещё в детстве, когда мы впервые поняли, насколько сломанным был твой мозг с рождения!

Я никогда не ожидала, что оскорблюсь за Серджио, но именно это и происходит. Ещё я не ожидала, что Александрия резко развернётся от стены, о которую опиралась.

— Не смей с ним так разговаривать!

— Кто ты такая, чтобы отдавать мне приказы? — кричит миссис Паррасида, пока удерживающий нас барьер сжимается всё сильнее. Что ж, по крайней мере, мы уходим с чертовски эффектным шоу. Я никогда не любила мыльные