Избранница Ледяного принца - Lita Wolf

Когда же зимник вернулся, огневик задал ему вопрос:

— Ты сказал, что побывал тут прошлым летом, и только тогда тебя посетила идея насчёт Ледяного принца. А раньше, что же, вовсе не бывал?

— Нет, — помотал головой блондин.

— Неужто совсем неинтересно было? — ехидно вопросил брюнет.

— Не в том дело. Просто скакать по отвесным скалам, рискуя жизнью, не было особого желания. А путь через пещеру нам показал Барсик — лишь в начале лета. Вот тогда мы и отправились в Малварию. Кстати, если ты думаешь, что мороком лаз замаскировали мы, то ошибаешься, — добавил он с язвительной улыбкой. — Очевидно, это сделали ещё малварийцы.

— То есть столько народу погибло в экспедициях по поиску пути в Малварию всё-таки не по вашей милости, — кажется, с удовлетворением заключил Одерли. — Вы этого пути тоже не знали.

— Нет, клянусь, — заверил Энрил. — Мой прапрадед, наверное, знал. Но до нас эти сведения не дошли. Возможно, малварийцы о нём вообще никому не рассказывали.

— А барсам, видимо, мороки не помеха, — усмехнулся огневик.

— Вероятно, — согласился зимник. — Они не только при помощи зрения ориентируются.

— И как же Барсик показал вам этот лаз? — полюбопытствовал Одер.

— Да просто запрыгнул в него у нас на глазах. В первый момент мы порядком обалдели — когда зверь вдруг просочился прямо сквозь стену. Но потом, конечно, разобрались, что там стоит морок. И решили сами исследовать лаз. Барсик, кстати, с довольным видом дожидался нас с другой стороны. Хитрая морда!

— А каким образом ты вообще познакомился с ним? Наладил контакт, просто однажды повстречав в горах?

— Нет, я нашёл его израненным, практически умирающим.

Энрил начал рассказывать то, что я уже слышала однажды.

Значит, и в этом не соврал?

Я краем уха слушала его слова сейчас и невольно вспоминала, как он говорил об этом тогда.

Да, голос был другим, внешность тоже. Но все интонации, мимика — Аленарт один в один!

Демоны, как же я умудрялась не узнавать его — в смысле, Энрила — столько дней?!

Выходит, совсем не знала его раньше?

А он… Быть может, и вовсе не играл Аленарта, а просто был самим собой?

Ох…

В груди опять отчаянно заболело.

А вдруг это сейчас он специально снова «включил» Аленарта, чтобы сбить меня с толку?!

Впрочем, он и до этого вроде от принца не отличался. Но мог ведь вовсе не выходить из образа.

Демоны, ну как же разобраться, какой он в действительности? Как? Как?!

Крэйдир, уйдя в ванную, провалился часа на два.

Но, наверное, за водника не стоит переживать, даже если с водопроводом какие-то проблемы? Во всяком случае, Энрил с Одерли беспокоиться точно не собирались.

В конце концов шатен вернулся сам — вполне себе довольный. Про неполадки водопровода ничего не сказал. Значит, просто наслаждался почти забытыми водными процедурами.

— Метель практически стихла, — сообщил ему зимник. — Суши волосы, и поедем.

— Угу, — кивнул Крэй.

Я посмотрела на часы. Приближалось время ужина.

— Вы хоть перекусите на дорожку, — сказала им. — А то там опять придётся одну оленину жевать.

При слове «оленина» у водника сделалось кислое выражение лица. Хорошо же она их, бедолаг, достала! По крайней мере, Одера с Крэем — Энрил-то хотя бы через день нормально питался, правда, съел её, как я понимаю, не меньшее количество, чем они.

В общем, парни решили прислушаться к моему совету и поужинать, а уж потом уезжать.

После ужина мы с Одером пошли проводить их. Заодно я убедилась, что непогода действительно закончилась. Даже звёзды на небе появились.

Блондин с шатеном вскочили на лошадей, которых им привёл конюх. Энрил, кстати, предпочёл не белоснежного жеребца Аленарта, а гнедого — того что парни привели с собой из города.

Подъехав к воротам, зимник зачем-то приложил к ним руку. Только тут я вспомнила, что ещё днём он же их заморозил. Впрочем, с разморозкой справился быстро.

И они уехали. Пятеро волков, всё это время, похоже, обретавшиеся на конюшне, тоже убежали с ними.

Пока смотрела им вслед — не волкам, конечно, а парням — почему-то заныло сердце.

Больно так заныло!

А тут ещё вспомнила о проблеме, о которой совершенно не подумала раньше.

Когда принимала решение дать шанс двум другим поклонникам, во мне клокотал протест, всё остальное на время потеряло значимость. Теперь же эмоции поутихли, и до меня дошло, что я на три дня осталась один на один с Одерли. С тем самым собственником, от чьего навязчивого общества всегда старалась избавиться как можно быстрее.

Сейчас начнёт тянуть руки, чтобы приобнять, погладить в попытке доказать мне, что принадлежу ему и только ему.

Главное, чтобы снова полураздетым на мороз не выходил. Здесь ему не Артан!

— Покажи мне свои покои, — донёсся до моего слуха голос Одерли.

Мне почудилось, что в его тоне было больше просьбы, чем требования. Это точно Одер?

Хм, если воспринять его слова буквально, могу показать те покои, что на пятом этаже. Ведь формально они мои, просто живу я у Аленарта… тьфу, Энрила. Только вряд ли он поверит, что в тех апартаментах можно нормально существовать. А если отведу его к нам, то как бы он не спалил там всё, поняв, что в этих комнатах мы проживали вдвоём.

Или выдать их за мои покои? А как объяснить наличие в них двух спален?

Проклятье, сложности начались с первой же минуты!

Глава 44

— Что, забыла, где они находятся? — спросил Одер с насмешкой.

— Нет, не забыла, — помотала головой. — Просто задумалась.

— О чём задумалась? — настойчиво уточнил брюнет.

Да какая тебе разница!

— О том, почему ты спрашиваешь, где мои покои, и совсем не интересуешься, где твои, — ответила я, открыв тем самым для себя новую проблему — куда пристроить на ночь этого повелителя огня.

— А мы уже ложимся? — спросил он таким тоном, как если бы спрашивал: «Мы в одну постель ложимся?»

— Нет пока. Ладно, пошли, — я мотнула головой в сторону лестницы.

Так, у меня есть максимум восемь лестничных пролётов, чтобы придумать безболезненное решение проблемы.

Только будь их хоть пятьдесят восемь — ничего толкового в голову мне так и не приходило. Единственное, что я решила — пока что не акцентировать его внимание на двери в кабинет.

Но он это сделал сам.

— Так мы здесь уже были, — заметил Одерли, когда зашли в гостиную.