Пламя ада - Кармен Мола

уже не встретишь. Ее забавляло, как актер раздувался от сладостей и собственного эго.

Несколько дней все провели в тишине, ожидании и мечтах о будущем. Благодаря попутному ветру плавание вышло короче, чем ожидалось. Через два дня капитан причалил к песчаному пляжу и достал из ящика три ружья.

– Они вам понадобятся.

Леонор была впечатлена тем, как привычно Мауро с Эмилиано закинули оружие на плечо. А вот Пардиньяс взял ружье осторожно, будто оно в любой момент могло ударить его током. Леонор взяла дорожную сумку с инструментами, необходимыми, чтобы вскрывать замки и резать проволочные ограждения. Мауро посмотрел на нее и мельком улыбнулся: она неверно истолковала этот взгляд, решив, что он любуется ее красотой и оценил авантюризм и решимость. Однако Мауро думал о другом.

– Ты не сможешь пробираться сквозь джунгли в нижних юбках, – сказал он.

Леонор осмотрела свой наряд – на ней было легкое весеннее платье. Мауро протянул ей холщовые партизанские штаны. Леонор поморщилась, но надела их и подвязала бечевкой. В штанах и кружевной блузке она была готова войти в джунгли.

Пили раздала сумки с провизией.

– Я буду ждать вас в порту Баракоа, – сказал капитан.

Леонор, Мауро, Эмилиано и Пардиньяс высадились. Росана и Пили с маленьким Лопе на руках попрощались с ними, стоя у самого борта, а Клара осталась в каюте с мадам Биссон.

Небольшой пляж был окружен джунглями. Отсюда предстояло идти пешком. Они надеялись, что Пардиньяс вспомнит путь, описанный Тимотео, и выведет их к сахарному заводу.

– Идемте же. Чем скорее мы отправимся в путь, тем скорее достигнем цели, – сказал Мауро.

Капитан попрощался с ними, помахав белым носовым платком, в который потом шумно и протяжно высморкался.

52

– Вот она, Наковальня…

Баракоа, городок с тремя тысячами жителей, окруженный горным хребтом Сагуа, остался позади, и теперь перед ними возвышалась гора с плоской вершиной – одна из важных отметок на карте, о которых Тимотео рассказывал Пардиньясу. Сахарный завод находился примерно в десяти километрах от этой горы – не так уж далеко, но путь лежал через непролазные дебри, и продвигались они очень медленно. Тяжело было всем, однако Пардиньяс, который, как думали его товарищи, должен был сдаться первым, упрямо шел вперед, будто подчиняясь божественному зову.

– Теперь нужно отыскать большой водопад. Идемте! Мы творим историю… Десятки посредственных поэтов воспоют нашу экспедицию в стихах, – подбадривал он остальных.

Несколько часов они искали реку и наконец услышали далекий шум воды. Через некоторое время они вышли к реке: на примитивной карте, которую нарисовал Аквилино, она называлась Дуаба. Они пытались найти карту в Гаване, но не смогли, так что пришлось пользоваться каракулями Аквилино. Эта часть острова еще не была нанесена на карту.

– Это не то. Мы ищем водопад, который называется Ад, как и рукопись, – сказал Пардиньяс.

– Лучшего названия и придумать было нельзя, – вполголоса заметил Мауро, протягивая Леонор руку, чтобы помочь ей подняться по каменистому склону.

Он был удивлен тем, что Леонор не жалуется и все еще не выбилась из сил, хотя подъем был крутым, заросли – густыми. Однако, если не считать того, что колючки царапали нежную кожу, а мошки вились перед лицом, это место казалось райским. Вокруг было полно прекрасных цветов, кокосовых пальм и других удивительных растений. С ветки на ветку перелетали токороро, птицы с ярким оперением, считавшиеся символом Кубы.

– Этой картой невозможно пользоваться! Ты уверен, что водопад вообще существует? – в отчаянии воскликнул Эмилиано, забирая у Пардиньяса листок, чтобы свериться с маршрутом.

– Я могу тонуть в роме, но моя память все равно точнее фотографий, которые сейчас в моде. Мы найдем водопад!

Эмилиано неохотно вернул ему карту. Он не любил подчиняться, и ему не терпелось поскорее обнять мать. Его взгляд был напряженным и лихорадочным, в глазах горели ярость и надежда.

Стемнело, и они выбрали место для ночлега – скалистую пещеру, внутри которой обнаружилось несколько больших луж или маленьких водоемов, образованных подземными реками. Путники утолили жажду, освежились и приготовились отдыхать после тяжелого перехода. Леонор прижалась к груди Мауро. Она очень устала, но звуки джунглей мешали заснуть. Шуршание листвы, крики, уханье, фырканье крадущихся животных… Казалось, на них вот-вот нападут хищники или туземцы, хотя Эмилиано уверял, что таино, коренных жителей Карибских островов, тут не осталось: испанцы их истребили.

Весь следующий день они посвятили поискам Адского водопада. Изнывая от жары, они уже начинали приходить в отчаяние. Пардиньяс несколько раз останавливался, чтобы свериться с картой, сомневался в том, что они выбрали правильное направление, искал знаки, существовавшие лишь в его памяти, сохранившей лихорадочную исповедь Тимотео… Наконец, ближе к вечеру, когда все уже решили, что заблудились в джунглях, они услышали мягкий шум, похожий на шелест пальмовых листьев на ветру. Они двинулись на звук, и вскоре он уже стал похож на шум ливня, обрушившегося на тропические растения. По мере приближения он усиливался и через некоторое время уже ревел, как несколько тигров.

Они вышли к водопаду и замолчали, потрясенные его красотой.

– Вот и Ад! – провозгласил Пардиньяс.

Это название казалось удивительно неподходящим для потока воды, который, падая в заводь с высоты двадцати метров, превращался в переливающуюся всеми цветами радуги сверкающую завесу, окруженную вихрем брызг. По ту сторону водяной завесы деревья клонились к потоку, будто искали прохлады или любовались его великолепием.

– Далеко ли отсюда до завода? – спросил Эмилиано.

– Мы совсем близко, – ответил Пардиньяс.

– Предлагаю отдохнуть, – решил Мауро. – Мы весь день шли, нужно восстановить силы.

Никто не возражал – все были измотаны и понимали, что не смогут в таком состоянии противостоять бдительным охранникам сахарного завода.

Пока Аквилино Пардиньяс и Леонор пытались уснуть, Эмилиано с Мауро заново осмотрели снаряжение: три ружья, канистра с бензином, с помощью которой они собирались устроить пожар, чтобы выманить охранников; веревки, метательные снаряды, мачете, с помощью которых им, возможно, придется защищаться…

– Не могу поверить, что скоро увижу мать. Жива ли она? – негромко спросил Эмилиано.

– Скоро узнаем, мы ведь за ней и пришли. А теперь постарайся отдохнуть, ночь будет тяжелой, – посоветовал Мауро.

Несколько часов спустя группа вновь брела под безлунным небом, уходя все дальше в чащу. Вскоре они добрались до ограды из колючей проволоки. За ней угадывались два больших здания: дом и барак. В темноте виднелись и очертания еще какого-то сооружения – возможно, сельскохозяйственного орудия или какого-то механизма. Непонятно только, как его удалось доставить сюда через непроходимые дебри. Вокруг не было ни души, даже листья не шелестели, будто кто-то заколдовал джунгли,