Бросок наудачу - Бэт Риклз

Он хихикает, а потом мы продолжаем разговаривать. Я никогда прежде по-настоящему не разговаривала с людьми, поэтому мне странно, каким естественным это кажется с Дуайтом. Он рассказывает о грубом посетителе и о том, как тостер чуть не взорвался; я рассказываю, как родители взбесились, когда увидели мой пирсинг, и как сильно мне нравится Флорида.

Вскоре мы приходим на пляж. Там уже много народу примерно моего возраста, и, похоже, все они учатся в старших классах. Небо еще не совсем потемнело, но ждать осталось недолго. Солнце пока в закате и отбрасывает красные, розовые и фиолетовые полосы на морские волны. Я никогда не видела ничего подобного. Если бы не мусор, и коряги, и тусующиеся подростки, это было бы поистине захватывающим зрелищем.

Однако я не слишком долго любуюсь великолепным закатом. Мое внимание быстро привлекает толпа людей. Должно быть, здесь около сотни школьников. Большинство из них пьют. Они все болтают и смеются, хорошо проводят время, некоторые целуются… Наверное, так на вечеринках и бывает.

А мне становится страшно. Ну прямо до ужаса. Мне хочется схватить Дуайта за руку, просто чтобы успокоить себя: я не одна, у меня здесь есть друг, все будет в полном порядке. Но я этого не делаю, поскольку он продолжает идти, а я остановилась как вкопанная.

Пока Дуайт не заметил моего отсутствия, догоняю его и снова иду с ним в ногу. Кручу запястьями и сжимаю кулаки; ладони потеют.

Моя прежняя уверенность в себе рассеялась чертовски быстро. Я боюсь, что не смогу ни с кем заговорить. Что никому не понравлюсь. Что все снова будет как в Пайнфорде.

– Эй, – вдруг тихо произносит Дуайт, заставляя меня слегка подпрыгнуть. – Не надо так пугаться. Они не кусаются. Ну, некоторые могут, но я предупрежу, если такие к нам приблизятся.

Я смеюсь, но в смехе явно слышна нервозность. Дуайт толкает меня плечом, от чего наши руки прижимаются друг к другу, и ободряюще улыбается. Я выдавливаю ответную улыбку, делаю пару глубоких вдохов, и мы идем к костру.

Вокруг него разложены бревна, и на них сидят подростки: они болтают о чем-то и пьют. Один парень комкает пустую банку из-под пива, привлекая мое внимание. Он бросает ее в огонь, а затем обнимает девушку рядом.

– Здесь есть кто-нибудь из твоих друзей? – спрашиваю я Дуайта. Мне неприятно думать, что он, возможно, считает себя обязанным держаться возле меня весь вечер, ведь я ни с кем пока не знакома.

Но он и сам уже разглядывает толпу, а потом вскидывает брови, заметив кого-то. Поднимает руку, кивает, и, видимо, его тоже узнали. Я встаю на цыпочки и вытягиваю шею, пытаясь разглядеть, но уже слишком поздно – в ответ никто не машет.

– Сейчас вернусь, – обращается ко мне Дуайт. – Хочешь чего-нибудь попить?

– Нет, все в порядке, спасибо, – качаю я головой.

– Клянусь, я тебя не брошу, – смеется он и ободряюще улыбается. – Увидимся через минуту.

Со смехом выдыхаю и говорю: «Конечно», – ослепляя его улыбкой. Секунду или две смотрю на его удаляющуюся спину, но потом чувствую себя глупо, оставшись стоять в одиночестве. Делаю несколько шагов к одному из бревен, разложенных вокруг костра, и плюхаюсь на него.

Некоторое время тереблю молнию на толстовке. Еще не холодно, но мне хочется застегнуть ее, чтобы почувствовать себя в укрытии. Почти жалею о своей короткой стрижке: я чувствую себя совершенно беззащитной.

Мой айпод лежит в заднем кармане. Не люблю с ним расставаться. Он был частью меня последние пару лет учебы. Меня так и подмывает вставить в уши хотя бы один наушник, но я не могу. Не буду. Я отказываюсь сдаваться так скоро.

Скрещиваю руки и кладу их на колени, глядя на огонь. Знаю, что должна с кем-то пообщаться, но с кем? С кем из этих ребят следует знакомиться прежде всего? И неужели сидеть в одиночестве и ждать возвращения Дуайта – это неправильно? Может, надо все-таки постараться влиться в общество?

Я решаю просто подождать возвращения Дуайта. Так безопаснее всего. И проще.

Болтовня и смех вокруг меня довольно громкие, но треск огня их заглушает. Я ощущаю жар на лице, шее и ногах.

И даже не замечаю парня, пока тот не начинает говорить.

– Ну как можно бросить хорошенькую девушку одну на вечеринке и без выпивки, – звучит голос – глубокий, дружелюбный и уж точно не Дуайта.

Поднимаю взгляд – парень, заставший меня врасплох, протягивает красный пластиковый стаканчик. Затем до меня доходит, что он невероятно привлекателен. Широкоплечий и загорелый, со светлыми и немного волнистыми волосами. У него шоколадно-карие глаза, и они смотрят прямо на меня.

Ох, а затем до меня доходит: он сделал мне комплимент. И это тот исключительный случай, когда я не могу не покраснеть.

Перевожу взгляд на предложенный напиток, мысленно слегка ужасаясь (в положительном ключе), что парень назвал меня хорошенькой, и, само собой, мне следует попытаться с ним пофлиртовать – ведь этот красавчик разговаривает со мной. Со мной!

– Разве мама не учила тебя не брать ничего у незнакомых людей? – вместо этого вырывается у меня.

Еще не закончив фразу, понимаю: лучше бы я сказала что-то другое, но уже слишком поздно.

Однако он смеется так, будто я удачно пошутила. Затем присаживается рядом со мной. Я шокирована, но не возражаю: впервые в моей жизни красивый парень решил посидеть со мной и смеется, словно нам весело. Он снова начинает говорить, но я, не задумываясь, брякаю:

– Ты ко всем девушкам подкатываешь с этой фразой?

Мне хочется ударить себя по лицу. А затем провалиться под землю. Я такая дура!

– Только к тем, которые сидят в одиночестве, – шутит он в ответ и подмигивает.

Мои щеки опять заливает краска, и я никак не могу этому помешать. Нервно сглатываю из-за того, как близко мы друг к другу, а сердце колотится от волнения: такой парень, как он, интересуется мной.

– Я Брайс, – сообщает красавчик и снова предлагает мне выпить: – Держи. Теперь мы уже знакомы.

Я смеюсь и на этот раз беру стаканчик. Так и хочется сделать глоток, но я знаю – родители убьют меня, и потом неизвестно ведь, какой там напиток. Полагаю, сидр или пиво, но вдруг нет? Так что я не пью. Просто держу стаканчик.

Брайс. Могу поспорить, он кто-то вроде защитника или полузащитника в школьной футбольной или какой-то еще команде. Все в нем просто кричит о социальном статусе: уверенность в себе, обаятельная улыбка, манера держаться. Прямо Мистер Звезда Футбольной Команды или Мистер Популярность. Это заставляет меня задуматься, почему он сидит здесь и разговаривает со мной.

И куда подевался Дуайт? Разве он не должен был уже вернуться?

Затем я понимаю, что этот парень, Брайс, ждет, когда я представлюсь, и приходит мысль: какой же я тормоз. Должно быть, пауза затянулась до неприличия, поскольку он сам продолжил: