Бросок наудачу - Бэт Риклз

– Ну да, он довольно милый… – Сообщая это, я накручиваю на палец прядь волос, на моих губах играет улыбка. – Высокий. Темные волосы. И он занимается серфингом, – добавляю я. – Но он пригласил меня на вечеринку только как друга. Он даже не флиртовал, так что ничего тут особенного.

Последние фразы Дженна пропускает мимо ушей.

– Правда? Серфингист? Ого. Это… – Она смеется. – Это и правда круто! Похоже, ты подцепила классного парня! А что там мама говорила по поводу вечеринки?

Дженна произносит «вечери-и-инки», и от этого я хихикаю и качаю головой.

– Дуайт сказал, что завтра вечером на пляже будет тусовка. Он дал мне свой номер, чтобы…

– Он дал тебе свой номер?! – издает вопль Дженна. – Боже мой! Ты серьезно? А говоришь, он считает тебя только другом. Пф-ф-ф.

– Дал, но только чтобы мы могли встретиться заранее. Это действительно было по-дружески! – настаиваю я.

– Э-э, Мэдисон, нет, не было, поверь мне! Раз он дает тебе свой номер вот так, – я слышу, как она резко щелкает пальцами на заднем плане, – значит, ты ему понравилась.

– Мне так не кажется, – отвечаю я, снимая с одеяла волокна выбившегося наполнителя. – Я правда считаю, что он просто проявил вежливость. Знаешь, чтобы мне не пришлось стоять там одной, как… как лимон.

– М-м, – задумчиво произносит сестра. – А ты бы хотела, чтобы это было свиданием?

– Наверное, – бормочу я. Я бы не призналась в этом маме, но Дженна – другое дело. – Но какая разница, ведь это не свидание.

– Ну ладно, тогда следующий вопрос: как одеваешься?

– Сейчас на мне шорты, майка и свитер, который бабушка связала на прошлое Рождество.

– Я имею в виду, как завтра одеваешься, на вечеринку, дубина.

Мы обе смеемся.

– Честно говоря, не знаю, – отвечаю я.

– Что ж, для чего-то же нужны старшие сестры? Выбирай шорты, определенно. У тебя есть какие-нибудь потертые? И когда я говорю «шорты», то имею в виду действительно короткие шорты. Из тех, которые мама не одобрит.

Я хихикаю и скатываюсь с кровати, чтобы открыть шкаф. Мы с Дженной болтаем больше получаса, и она объясняет мне, какие элементы гардероба, по ее мнению, подходят для пляжной тусовки. С учетом того, что, живя в Мэне, она никогда не ходила на вечеринки на побережье, ее осведомленность кажется мне просто ужасающей.

Когда я обращаю на это ее внимание, Дженна смеется и говорит:

– Мэдисон, просто доверься мне.

Что я и делаю.

Вы когда-нибудь испытывали чувство тошноты во время того, как в первый раз отправляете сообщение парню, который вам нравится?

Итак, представьте себе: у меня настолько сильные спазмы в животе, что едва не пи́саюсь, взмокшие ладони, лихорадочная череда мыслей. Я удаляю и переписываю одно сообщение не менее десятка раз.

Моя ситуация еще хуже: ведь я никогда раньше не писала парням, вообще. Я совершенно не разбираюсь в том, как это принято делать.

Я трачу около двадцати минут, пытаясь составить сообщение для Дуайта. Прямо сейчас на экране моего телефона написано: «Привет! Как дела? Хотела узнать, как мы встретимся с тобой перед вечеринкой? J». И теперь я лишь пристально вглядываюсь в текст и пытаюсь определить, насколько он приемлем. Может, убрать «Как дела»? И следует ли добавить в конце «Целую»?

Не знаю, не знаю, не знаю!

Я бросаю телефон на кровать и запускаю пальцы в волосы, прикусывая губу, чтобы сдержать вопль отчаяния.

Дзинь!

Я замираю. Затем опускаю руки и широко распахнутыми глазами смотрю на телефон. Кажется, в это мгновение мое сердце реально перестало биться.

Я кидаюсь к телефону, хватаю его и беспомощно смотрю на экран.

Сообщение отправлено.

Когда я уронила телефон, то случайно нажала кнопку отправки. Я тихонько испускаю тревожное поскуливание, и мое сердце снова начинает свой бег, причем довольно быстрый.

После двойной перепроверки становится ясно: да, телефон совершенно точно отправил сообщение Дуайту.

Проходит несколько минут, прежде чем паника и тревога утихают. Скорее всего, я бы в любом случае отправила ему нечто подобное. Не из-за чего переживать. Я веду себя глупо.

Теперь остается лишь дождаться ответа.

Я помню, Дуайт работает в дневную смену, так что, возможно, он все еще на работе и не ответит некоторое время.

А пока я иду к своему шкафу и достаю наряд, который помогла выбрать Дженна. Это молодежные микрошорты из светло-голубого денима с немного обтрепанными краями, которые прикрывают лишь треть бедра. К ним – белая кофточка с низким вырезом, украшенным черными кружевами. Пара черных сандалий, несколько золотых браслетов и легкая белая толстовка – по словам Дженны, никто не придет туда слишком нарядным и может быть холодно, но мне все равно хочется выглядеть хорошо.

Насчет кофточки я не уверена. Я хочу сказать, у меня не такой уж пышный бюст. Дженна всегда дразнила меня (и вообще-то до сих пор продолжает), что я плоская как гладильная доска. Это преувеличение, но не такое уж большое.

Но погодите, Дженна, возможно, не была ни на одной пляжной вечеринке, но она наверняка знает намного больше о вечеринках вообще и о том, что надеть, чем я.

Я погружаюсь в размышления, как буду смотреться в подобранном наряде, и, когда мой мобильный телефон снова издает «Дзинь!», аж подпрыгиваю.

О боже, он ответил!

Поспешно убираю одежду обратно в шкаф как можно аккуратнее, чтобы не помять. Затем хватаю мобильник.

Одно новое сообщение: от Дуайта.

Я ухмыляюсь, в то же время чувствуя жуткую тревогу. Но решаюсь – открываю сообщение.

«Привет, J. Где ты живешь? Я могу зайти за тобой в восемь, если удобно?»

Отправляю ему адрес и отвечаю, мол, это очень даже удобно, спасибо! Добавляю смайлик и нажимаю «Отправить», затем откидываюсь на подушки и улыбаюсь.

Смесь возбуждения и страха наполняет меня. По правде говоря, даже не знаю, о чем сейчас думаю. Без конца улыбаюсь, поскольку наконец становлюсь тем, кем хочу быть, и выхожу в реальный мир; меня не игнорируют, надо мной не смеются. Но в то же время сердце уходит в пятки, ведь я никогда еще не была на вечеринке и понятия не имею, что буду там делать. Я не знаю никого, кроме Дуайта, и не могу требовать от него весь вечер провести со мной рядом.

Я понимаю: мне придется разговаривать с людьми – и встретиться с большинством из них в школе в понедельник. А если я им не понравлюсь? Если не найду, что им сказать, или выставлю себя идиоткой? Кажется, будто меня швырнули в бездну без всякой страховки.