Дважды два - Николас Спаркс

– А не слишком ли ты пессимистично настроена? Твои родители прожили в браке целую вечность. И мои тоже.

– Но счастливы ли они друг с другом? Или привычка всему причина? Или они боятся одиночества? До встречи с тобой в кофейне я наблюдала за пожилой парой, сидящей неподалеку. Возможно, они прожили вместе добрых полвека. Но за все время, пока сидели в кофейне, даже словом не обмолвились.

Я задумался о своих родителях и вспомнил, как мы с Мардж обсуждали то же самое.

– Как думаешь, ты когда-нибудь снова выйдешь замуж?

– Не знаю, – ответила она. – Иногда мне кажется, что мне это нужно, а иногда – что я счастлива одна. У меня есть Бодхи, а значит, я смогу посвящать мужчине не так уж много сил и времени. Но я знаю одно: теперь я гораздо отчетливее представляю, каким должен быть мой партнер. И буду более внимательна в выборе.

Я притих, и мои мысли вновь вернулись к Вивиан.

– Не знаю, что будет дальше с Вивиан. И не могу понять, почему со мной она была несчастна.

– Может, она просто была несчастна? И теперь считает, что с другим человеком почувствует себя лучше? Но длительного ощущения счастья не может дать никто. Оно исходит изнутри. Существуют антидепрессанты, о них люди с надеждой узнают на сеансах психотерапии.

– Прямо дзен какой-то.

– Мне понадобилось время, чтобы наконец понять: измены Дэвида не имеют никакого отношения ни ко мне, ни к недостаткам моей внешности. Это всего лишь потребность Дэвида доказать самому себе, что он желанный и полный сил мужчина, и он самоутверждался, спя с другими женщинами. В конце концов я поняла: ради спасения нашего брака я сделала все, что могла, и не в состоянии требовать от себя большего. – Она протянула руку через стол и коснулась пальцами моей кисти. – Это и к тебе относится, Расс.

Она убрала руку, но я продолжал чувствовать уютное тепло ее прикосновения.

– Спасибо тебе, – сумел выговорить я.

– Пожалуйста. Я правда так считаю. Ты хороший человек.

– Меня нынешнего ты почти не знаешь.

– А по-моему, знаю. Ты такой же, каким был всегда.

– Я разрушил наши отношения.

– Это была ошибка. Я понимаю, ты не хотел меня ранить. В любом случае я тебя уже простила. Но тебе все еще необходимо простить самого себя.

– Пытаюсь. Но ты осложнила мне задачу – мне не в чем тебя упрекнуть.

– А ты хотел бы, чтобы я проявила жестокость и мстительность?

– В таком случае я бы, наверное, не выдержал и сломался.

– Ничего подобного. Ты сильнее, чем тебе кажется.

Мы допили вино и поднялись из-за стола одновременно, словно по сигналу. Бросив взгляд на часы, я не поверил своим глазам: мы провели вместе почти три часа.

Мы направились к выходу из ресторана.

– Не забывай о поисках хороших друзей, на которых можно положиться. Они тебе еще понадобятся.

– Предлагаешь себя?

– Я и так твой друг – неужели забыл? Неприятно говорить тебе об этом, но знаю по своему опыту – перед тем, как все изменится к лучшему, должно стать еще хуже.

– Еще хуже, чем сейчас? Представить себе не могу.

– Но я надеюсь, что этого не произойдет.

Я открыл перед ней дверь.

– Я тоже.

– Перемотай и начни с самого начала, – велела Мардж. – Ты гулял, а потом обедал с Эмили? И вы пили вино?

Они с Лиз вернулись домой несколькими минутами раньше. И по пути позвонили мне узнать, что бы я хотел на ужин. Сами они собирались купить еду навынос в мексиканском ресторане, а в ответ на заверения, что я не голоден, Мардж пообещала прихватить что-нибудь для меня. В коробке из ресторана я обнаружил буррито размером с мяч для софтбола, вместе с рисом и жареной фасолью. Мардж и Лиз разложили тако с салатом, которые заказали для себя, и мы устроились за столом.

– Да, – ответил я. – А что такого?

Она помедлила, достала свой ингалятор, вдохнула и усмехнулась.

– Скажем так: такого поворота я не предвидела.

– Да ну? – усомнилась Лиз, не переставая жевать. – У них ведь уже было одно свидание – в «Курфиле», забыла?

– Может, хватит разговоров о свиданиях? Мы просто гуляли. Разговаривали. Пообедали вместе.

– Это и называется «свидание». Ну ладно. Вопрос в другом: собираешься ли ты встречаться с ней снова.

– Ее сын Бодхи – лучший друг Лондон. Если они захотят общаться, встреч не избежать.

– Я не об этом.

– Знаю я, о чем ты, – отозвался я. – Ни на какие свидания бегать я не собираюсь. И пока что даже представить себе этого не могу.

Я умолчал о том, что, несмотря на неприязнь к свиданиям, жизнь в одиночестве меня тоже не прельщала. Чего мне хотелось, так это вернуться к прежней жизни с Вивиан. Хотелось все начать заново.

Мардж словно прочитала мои мысли.

– Вивиан звонила? Когда завтра возвращаешься домой?

– Пока нет. Позже я сам позвоню Лондон. Наверное, тогда и узнаю.

Мардж указала на мой буррито.

– Так ничего и не съел.

– С такой горой еды я не справлюсь даже после месяца на необитаемом острове.

– Может, хотя бы попробуешь?

Я подчинился. Буррито был вкусный, но в желудке все еще ощущалась тяжесть от съеденного бургера. Я повернулся к Лиз:

– На ваших кулинарных курсах что-нибудь готовят по мексиканским рецептам?

Лиз кивнула, указывая на свой салат.

– Нечасто. Я могла бы приготовить тебе что-нибудь, но сейчас мне лень. Да и в магазин придется бежать.

– А рецепты каких-нибудь простых и полезных блюд ты знаешь? Блюд, которые могут понравиться Лондон?

– Сколько угодно. Назвать тебе несколько самых любимых?

– А можно? Я хочу, чтобы все было как полагается, но опыта готовки у меня нет. Но у Лондон должен быть нормальный распорядок дня и правильное питание.

– Завтра соберу тебе рецепты.

– Буду благодарен. Как прошло новоселье?

– Очень весело, – ответила Лиз. – Дом на удивление стильно обставлен. Наши друзья едва въехали, а уже успели развесить все свои картины. Впечатляет.

Я невольно задумался, нет ли у них картин Эмили. А потом – как Эмили проводит вечер со своей сестрой Джесс. Уловив пристальный взгляд Мардж, я подцепил на вилку еще кусок буррито.

– Сегодня впервые за все время я не думал о Вивиан каждую минуту.

Лицо Мардж стало задумчивым.

– Ну, и как тебе?

– Странно, – признался я. – Но, наверное, это к лучшему. Мне гораздо спокойнее.