Супруги по (не)счастью - Соня Марей

Он покрывал шею, ключицы, подбородок быстрыми поцелуями, прикусывал кожу, рука скользнула под одежду и легла на грудь, дразня лаской.

Мы оба ненормальные. Сумасшедшие. Пора это признать.

– Фарди, я буду нежен… сделаю все, чтобы тебе было хорошо… Как ты захочешь… Подыхаю, как хочу тебя… – обжигающий, чувственный шепот.

Голос этот – проклятый, ласкающий, окутавший меня, проникший в меня, погасивший разум и разбудивший нечто пугающее и древнее, как само небо, как Север, как ночь. Я стиснула его плечи, запрокинула голову и выгнула поясницу, прижимаясь еще теснее, сжимая его коленями. С губ сорвался громкий стон. На несколько мгновений я ушла из этого мира, забилась, сметенная лавиной, потерялась в пустоте и темноте.

В голове шумел ветер, а телу вдруг стало легко. Я бессильно обмякла и могла только хлопать глазами и блуждать затуманенным взором по потолку.

– Фарди, ты что… – Фрид поймал пальцами мой подбородок и с изумлением заглянул в глаза. – Уже все? Так быстро? Мы ведь даже не…

Что это было? Что со мной сделал этот южанин? Я как будто пережила маленькую смерть.

Пошатываясь, я встала и поправила волосы. Он меня больше не держал, только глядел ошеломленно. А у меня не было слов. Они вылетели из головы, как птицы из распахнутой клетки.

– Я еще не видел настолько горячей женщины, чтобы прямо так… Фарди, ты точно в порядке?..

Я не отреагировала и двинулась к выходу, но Фрид вдруг оказался сзади и обнял меня за плечи, шумно втянул воздух у макушки.

– Я напугал тебя? Прости.

– Нашел, чем пугать, – я фыркнула, чувствуя, как мучительно горит внутри. Ноги все еще стояли нетвердо, а голову вело.

– В этом нет ничего плохого. Это прекрасно, – Фрид прижался губами к зацелованной шее, притиснул к себе. – Можешь думать, что я дурак, но я счастлив.

– Я ничего не понимаю… Оставь меня пока, – с трудом отцепив пальцы чужие пальцы, я все-таки сбежала на воздух, оставив его за спиной.

Хлопнув дверью, прислонилась к бревенчатой стене и сползла вниз, пряча в ладонях лицо. Только сейчас я начала догадываться, что это все-таки было. Стыд-то какой. Прямо на грязном полу. Как звери.

Но в те моменты я не думала. Мысли сгорели, остались только чувства и желания. Они томили меня на медленном огне, подбивая вернуться в дом воинов, где остался Фрид. С меня содрали кожу, обнажив каждый нерв. Было больно даже от прикосновения ветра.

Я прикусила кулак и тихо зарычала. Сорвалась с места и побежала в ночь. Снег падал мягкими хлопьями, небо сияло, как цветное покрывало, но я этого не замечала. Все мысли занимало то, что произошло между нами. Запястье с брачным узором пекло, будто на кожу брызнули ядом.

Ноги сами привели меня к дому, и я зашла, желая, чтобы он не приходил как можно дольше. Перед глазами мелькали мушки, а сердце колотилось, как ошалелое.

В голове звенели слова:

«…я буду нежен… сделаю все, чтобы тебе было хорошо… Как ты захочешь… Подыхаю, как хочу тебя…»

Сейчас я тоже подыхаю. От этого нет спасенья.

Я металась взад-вперед, кусая губы и не находя себе места. На языке застыл его вкус, я вся пропиталась его запахом! Внутренний голос смеялся, уверяя, что эта битва была проиграна мной с самого начала, а мое сопротивление напоминает трепыхание мухи в паутине. Так же глупо и жалко. Ведь то, что случилось сегодня, мне… Понравилось.

Понравилось именно своей дикостью. Осталось только принять решение и озвучить его. Ну же, я ведь княжна! Принимать решения – моя работа и мой долг, а я веду себя, как мелкая трусиха.

В дверь тихонько поскреблись. Кого там еще принесло?! Это явно не Фрид, он всегда заходит резко, отворяя дверь пинком.

– Или заходи, или убирайся! – рявкнула я, и в щель просунулась голова…

Айли? А этой что от меня нужно?

Она скользнула внутрь ловко, словно кошка, и, закрыв дверь, прижалась к ней спиной. Девчонка смотрела решительно, но я чувствовала ее страх.

– Зачем пришла? – спросила спокойно и холодно.

– Данна, я хотела с тобой поговорить.

Некоторое время мы молчали, Айли нервно кусала губу.

– Говори, пока я слушаю.

– Я… – она набрала в грудь побольше воздуха и выпалила на одном дыхании: – Я хотела попросить тебя поделиться своим мужем.

– Ч-что? – от безумия этой просьбы я даже заикаться начала. И застыла, ошарашенно глядя на Айли. В венах закипала кровь, внутри медленно поднималась волна ярости.

– Дай мне… – глаза девчонки испуганно забегали. – Хотя бы попользоваться… один раз. Ну что тебе стоит, а? Все равно вы вместе не спите.

Я проследила за взглядом Айли. Она смотрела на постель Фрида на полу у очага, я же спала на кровати за ширмой. Догадалась, поганка.

Я до боли закусила губу и сжала пальцы на рукояти ножа, который так кстати оказался на поясе.

– Разве он вещь, чтобы им пользоваться? – спросила с угрозой.

Айли жалостливо изогнула брови.

– Ну что тебе стоит, Данна? Если получится, я рожу от него дитя, которое унаследует дар Огня, это благословение богов.

– Он мой муж, не забыла?!

Я не узнавала собственный голос, искаженный от злости. Звенящий и хриплый.

– Ты все равно слишком холодна с ним! – пошла в наступление Айли. – А я хочу…

Воздух комом встал в горле – не вздохнуть, не выдохнуть. Что за вздор! Если она не замолчит, я… наверное, я ее просто убью.

– Мне он нравится. Он такой красивый, сильный, мужественный. Мы ведь пустили вас переждать Темную ночь!

– Пошла вон, – рукоять кинжала впилась в ладонь. – Выметайся!

– Если ты ревнуешь, то мы можем возлечь втроем! Такое нередко бывает…

– Замолчи! – рявкнула я, но голос сорвался на визг и взлетел к потолку.

– Разделим его на двоих, тебе понравится, вот увидишь, – продолжала настаивать эта ненормальная, и от мерзости этих слов меня передернуло, накатил приступ тошноты.

Все будто помешались. Только об одном и думают, как будто других дел нет. Животные, просто похотливые животные. Неприятно сознавать, но я от них мало чем отличаюсь. Особенно после сегодняшнего.

– Данна… пожалуйста… Таким мужчинам мало одной женщины, очень скоро ты это поймешь…

Я плохо запомнила, что было дальше. Наверное, схватила ее за холку и выкинула с порога на мороз.

– Не смей даже думать о нем, и подружкам своим передай то же самое! А если увижу шляющимися рядом с этим домом, утоплю в проруби!

Какое-то время Айли еще скреблась в дверь и тихо поскуливала, а потом все стихло.

Внутри было пусто и гадко,