Последнее письмо от твоего любимого - Джоджо Мойес

Немного помедлив, она добавляет:

Я люблю тебя, Джон. Сильнее, чем любила кого-либо за всю свою жизнь, и это сводит меня с ума.

На глаза наворачиваются слезы. Элли передвигает курсор на «Отправить». Стены офиса вдруг начинают давить на нее. Боковым зрением она видит, как Каролина, редактор раздела «Здоровье», болтает с кем-то по телефону за соседним столом, как мойщик окон покачивается за окном в своей люльке, как редактор раздела новостей спорит с одним из репортеров в другом конце офиса, замечает, что под ее столом не хватает одной плитки. Но на самом деле Элли видит только мигающий курсор и написанные слова — на экране мерцает ее будущее.

Я люблю тебя сильнее, чем любила кого-либо за всю свою жизнь.

Если я сделаю это, думает она, то пути назад не будет. Я смогу взять ситуацию под контроль. А если он ответит не то, что я хочу услышать, то, по крайней мере, все будет ясно.

Курсор продолжает мигать на кнопке «Отправить».

«И я никогда больше не дотронусь до его лица, не поцелую его губы, не почувствую прикосновения его рук. Никогда не услышу, как он произносит мое имя, как будто в этих словах есть огромная ценность».

Внезапно раздается звонок, Элли подпрыгивает, смотрит на телефон, словно забыла, где он стоит, вытирает глаза, расправляет плечи и снимает трубку:

— Алло?

— Привет, именинница! — раздается голос Рори. — Давай-ка спускайся в наши катакомбы, как будет минутка. У меня для тебя кое-что есть. И раз такое дело, то захвати мне кофе. Такова плата за мои бесценные услуги.

Она вешает трубку, оборачивается к монитору и нажимает «Удалить».

Рори весь в пыли, и Элли едва сдерживается, чтобы не взъерошить ему волосы, как ребенку. Нет, она и так уже один раз повела себя как училка, так что не стоит. Вдруг он снова обидится?

— Ну и что ты нашел? — спрашивает она, ставя перед ним стаканчик с кофе.

— Сахар положила?

— Нет, ты же вроде без сахара пьешь…

— Правильно, молодец. Слушай, — шепчет он, наклонившись к ней через стойку, — босс следит за мной. Надо быть осторожными. Во сколько ты заканчиваешь?

— Да когда угодно. Я в принципе закончила.

Рори отряхивает пыль с волос, и над его головой повисает пыльный нимб.

— Черт, я чувствую себя как тот персонаж из «Пинатс», как его там?! А, вспомнил: Пиг Пен,[20]ну тот, помнишь? Вокруг которого облако пыли все время летает? Таскаем коробки, к которым сто лет никто не прикасался. Подумать только, неужели нам когда-нибудь понадобятся отчеты о заседаниях парламента тысяча девятьсот тридцать второго года? Ну да ладно: в «Черной лошади» через полчаса?

— В пабе?

— Ну да.

— У меня, вообще-то, могут появиться планы… — неуверенно отвечает Элли, жалея, что нельзя просто попросить его отдать то, что он нашел, но, увы, это будет черная неблагодарность.

— Да мы на десять минут, я потом все равно с друзьями встречаюсь. Но смотри, как знаешь, можно и до завтра подождать.

Она вспоминает, что мобильный поставлен на беззвучный режим и спокойно лежит в заднем кармане. А какой у нее, собственно, выбор? Бежать домой и ждать, пока Джон позвонит ей? Провести еще один вечер перед телевизором, зная, что настоящая жизнь где-то там, за окном? Какого черта, почему бы и не зайти с ним в бар ненадолго.

— Ну, давай, Элли, полпинты шенди.[21]Кто не рискует — тот не пьет шампанское.

— Шенди? Хорошо, увидимся.

— У меня в руках будет папка с пометкой «Совершенно секретно», — ухмыляется он.

— Да ты что? Меня ты сразу узнаешь — я буду стоять и орать: «Купите мне выпить! У меня день рождения!»

— А как же красная гвоздика в петлице? Вдруг я тебя не узнаю?

— Никаких тайных знаков. Вдруг ты мне не понравишься, а я выдам себя и не смогу вовремя сбежать.

— Разумно, — одобрительно кивает он.

— То есть даже не намекнешь, что нашел?

— Сюрприз. У тебя ведь день рождения, — подмигивает он ей, исчезая за двойными дверьми среди бесконечных рядов стеллажей.

В женском туалете никого. Элли моет руки, отмечая про себя, что дни этого здания сочтены: компания решила даже не покупать мыло, да и тампоны в автомате давно закончились. На следующей неделе, не дай бог, придется приносить с собой туалетную бумагу.

Она разглядывает свое отражение, подкрашивает ресницы и замазывает мешки под глазами. Красит губы, но тут же стирает помаду. Вид у Элли уставший, но она говорит себе, что все дело в слишком резком освещении, а вовсе не в том, что она стала на год старше. Она садится рядом с раковиной, достает из сумочки телефон и набирает сообщение.

Просто хотела спросить, что значит «попозже»? Сегодня или нет? Пытаюсь спланировать вечер. Э.

В сообщении нет ничего навязчивого, надоедливого или даже отчаянного. Так может написать женщина, которой есть из чего выбрать, есть чем заняться, но которая при необходимости все-таки готова поставить мужчину на первое место. Она смотрит на светящийся экран телефона еще минут пять, пытаясь понять, правильно ли написала, а потом отправляет.

Ответ приходит почти сразу. С замирающим сердцем Элли думает: это он!

Пока сложно сказать. Позвоню попозже, если пойму, что получается. Д.

Ее вдруг охватывает возмущение: «И это все?! У меня день рождения, а все, на что ты способен, — это сказать: „Позвоню попозже, если пойму, что получается“?!»

Да не беспокойся, — набирает она, яростно стуча пальцами по кнопкам, — я найду чем заняться.

Впервые за последние несколько месяцев Элли Хоу-орт отключает телефон, прежде чем убрать его в сумочку.

Статья о рубрике «Советы психолога» отняла больше времени, чем Элли предполагала. Она сочиняет интервью с вымышленной женщиной, у которой ребенок болеет редкой формой полиартрита, а потом бежит в «Черную лошадь». Рори уже сидит на другом конце зала. Пыль отряхнута с волос. Она пробирается к нему через толпу, то и дело толкая кого-нибудь и тут же извиняясь, и уже готовится произнести дежурное «прости, что опоздала», но вдруг обнаруживает, что он не один, а с целой компанией незнакомых ей людей, которые не имеют никакого отношения к газете. Он в центре всеобщего внимания, весело смеется. Ей странно видеть его за пределами работы, и она на секунду останавливается, чтобы собраться с мыслями.

— Элли, привет! — машет ей он. — А я уже решил, что ты не придешь.

— Задержалась на работе, прости, — натянуто улыбаясь, отвечает она, подходит к столику и здоровается с его друзьями.