Вне конкуренции - Лиз Томфорд

class="p1">— Скажи это ещё раз.

Она недоумённо щурится.

— Что именно?

— Последнюю часть.

— Я хочу тебя.

— Вот. Этого достаточно.

Я сокращаю расстояние между нами и останавливаюсь прямо перед ней.

Её голубые глаза — полные надежды, уязвимости и страха — поднимаются ко мне.

— А что, если мы рискнём всем… и у нас ничего не получится?

— А что, если получится?

Эти слова повисают в маленьком пространстве между нами.

— Эмметт, — шепчет она, явно измотанная бесконечными мыслями за эту ночь. — Я устала бороться с этим.

— Да, малышка. Я тоже. — Я прижимаюсь лбом к её лбу. — Так давай перестанем бороться.

Риз

Мои икры упираются в шезлонг у изножья кровати.

Я не смотрю, куда иду, хотя понимаю, что стою на самом краю чего-то большого, в нескольких секундах от того, чтобы сорваться. Метафорически, конечно.

Я хочу упасть.

Без сдержанности. Без страха.

Я хочу упасть, зная, что он падает вместе со мной.

Мой взгляд прикован к потрясающему мужчине в костюме, стоящему в дверях моей спальни. Я наблюдаю, как он расстёгивает часы на запястье. Как аккуратно кладёт их на комод у двери, чтобы завтра не забыть забрать.

Эмметт медленно идёт ко мне, расстёгивая манжеты рубашки.

Я тоже начинаю возиться со своей одеждой, наклоняясь, чтобы расстегнуть ремешок на туфлях.

— Оставь их, — спокойно говорит он. — Я сам этим займусь.

Он снимает пиджак и закатывает рукава белой рубашки, обнажая татуированные предплечья.

— Ты прекрасно знаешь, что делаешь, показывая мне их.

На его губах появляется понимающая улыбка, но он всё ещё сосредоточен на рубашке, аккуратно подворачивая манжеты. Не понимаю, почему он так настаивает на том, чтобы привести рукава в порядок, когда проще было бы просто снять рубашку.

Но выглядит он слишком горячо, чтобы я что-то сказала.

Он бросает пиджак на шезлонг, и когда его длинные ноги наконец приводят его ко мне, он берёт моё лицо в ладони и накрывает мои губы своими.

Уверенно. Собственнически.

И когда его язык скользит за мои губы, я ясно понимаю, кому принадлежу.

И меня это полностью устраивает.

На людях он стоит за моей спиной. Позволяет мне вести так, как мне нужно.

А за закрытыми дверями я с радостью подчинюсь ему.

Поцелуй становится почти отчаянным. Жадные руки. Нетерпеливые губы.

После стольких признаний сегодня приятно занять губы поцелуями, а не разговорами.

Он подхватывает меня на руки, обходит кровать и укладывает на матрас. Мы всё ещё полностью одеты, но он сразу же оказывается надо мной.

Мы начинаем двигаться почти сразу — нуждающиеся, ищущие друг друга тела.

Не отрываясь от поцелуя, он тянется между мной и матрасом и одним движением расстёгивает молнию на моей спине, раскрывая платье. Ткань скользит вниз и собирается у меня на талии.

— Пожалуйста, малышка, — выдыхает он у моих губ, двигаясь над моим телом. — Чёрт, пожалуйста.

— Эм… ты что, умоляешь?

Он тихо смеётся.

— Да. Боже, как же ты мне нужна, Риз.

Признание звучит мягко — резкий контраст с его твёрдым телом и крепкой рукой на моём бедре.

Это одна из вещей, которые мне в нём больше всего нравятся. Жёсткость и нежность одновременно.

— Покажи.

Моя просьба расширяет его зрачки. На лице появляется решимость.

— Я буду показывать тебе всю ночь.

Он смотрит на меня — полураздетую, с платьем, обвившим бёдра.

И качает головой.

— Но первый раз может быть быстрым, потому что, чёрт возьми, Риз… посмотри на себя.

Наверное, это не должно так заводить. Но мысль о том, что этот потрясающий мужчина — всё ещё полностью одетый — уже уверен, что долго не выдержит, просто глядя на моё почти обнажённое тело…

Да, моя уверенность сейчас зашкаливает.

Его руки медленно скользят по моей коже — осторожные, почти благоговейные прикосновения. Тёплые губы следуют за ними. Эмметт прокладывает дорожку по моей челюсти, по шее, к ключицам. Его губы касаются края моего бюстгальтера, а затем он тянется за спину и расстёгивает застёжку.

Он снимает его и куда-то бросает.

— Чёртово совершенство.

Это почти молитва, прошептанная прямо у моей груди. Тёплое дыхание дразнит, и когда его губы мягко скользят по чувствительной коже, моё тело вздрагивает от желания.

— Эмметт… рот… — только и могу выдохнуть.

Он понимает без слов. И вместо того чтобы возразить, мягко накрывает меня губами.

Я выгибаюсь ему навстречу.

— Да, малыш.

Он тихо рычит, но по тому, как его язык ласкает меня, ясно — случайное ласковое прозвище ему совсем не мешает.

— Я давно мечтал об этом, Риз.

— Мм… — тихо отвечаю я, уже совершенно распалённая. — Значит, ты любишь грудь?

— Если речь о твоей — то да. — Он снова касается меня губами. — И, кстати, я ещё и любитель задниц.

Его рот занят одной грудью, а вторую он грубо сжимает ладонью.

Затем слегка шлёпает, наблюдая, как она вздрагивает. Резкое ощущение заставляет меня извиваться, и между моих ног растекается тепло.

Этого немного… но от него этого, кажется, достаточно, чтобы я уже могла кончить. Настолько сильно я его хочу.

Слишком много раз за последние месяцы я касалась себя, думая о нём. И теперь, когда он настоящий — когда его руки на мне, его губы на моей коже…

Похоже, мы оба не рассчитываем на долгую выдержку.

Его туфли падают на пол, а моё платье окончательно исчезает, присоединяясь к куче одежды.

Он опускается между моих ног, покрывая мой живот влажными, беспорядочными поцелуями. Его руки касаются каждой части моего тела.

На секунду я вспоминаю время, когда могла бы чувствовать себя неуверенно в такой позе — раскинувшись на спине, полностью открытая, под чужими руками и губами.

Но когда я вижу, как пальцы Эмметта сжимают мою кожу с отчаянной жаждой, когда слышу голодные звуки у него в горле, будто он пытается поцеловать каждый дюйм моего тела…

Я уже не понимаю, как вообще могла когда-то стесняться.

Я запускаю пальцы в его волосы.

— Тебе идёт это, Эм. Быть между моих ног. Именно там, где тебе и место.

Он улыбается у моей кожи.

— Думаешь, я выгляжу хорошо? Тебе стоит увидеть себя моими глазами.

Его взгляд встречается с моим в тот момент, когда он мягко целует меня через ткань белья.

— Чёрт… — я резко втягиваю воздух.

— Ты уже такая влажная, Риз. Когда это началось?

Я пытаюсь собрать слова.

— Когда ты вошёл на вечеринку в этом костюме.

Он стонет.

— Значит, ты была на взводе уже несколько часов.

Он целует меня сильнее через ткань.

— Эм… — вырывается у меня, пальцы вцепляются