Те самые Сейморы - Саванна Роуз

не думала о ней, не знаю, смогла бы я выделить голос Джулианны из общего шума и гама.

Я замерла, затем подошла ближе.

Томас — тот, что заставил меня поцеловать его в прошлом году и заработал за это пощечину, тот самый Томас, который теперь встречался с Джулианной, — рассмеялся в ответ.

Они сидели в фуд-корте, прямо с краю. Я небрежно подобралась поближе, стараясь оставаться вне их прямой видимости.

Их стол был обращен к кадке с пальмой, гордо возвышавшейся над невысокой стенкой, огораживающей фуд-корт. Вдоль стены стояли скамейки, и я выбрала ту, что ближе всего к их столу, укрывшись за пальмой.

Томас смотрел бы в мою сторону, если бы не беспокойно озирал зал, убеждаясь, что привлекает достаточно внимания.

Мне не нужно было видеть его, чтобы знать это. Этот парень был настоящим павлином, до мозга костей. Они с Джулианной, пожалуй, заслуживали друг друга. Две капли воды, нуждающиеся во внимании так же сильно, как в воздухе.

— Ты все еще не сказала мне, что ты сделала, — произнес он, звуча скучающе и более чем нетерпеливо.

— Я как раз подхожу к этому, — воздушно ответила Джулианна. Я не видела этого, но была уверена, что ее слова сопровождались закатыванием глаз. — Ладно, — продолжила она, — ты же знаешь, что Джоан и Кеннеди всегда нуждаются в причине, чтобы наброситься на тех, кто этого заслуживает, верно?

— Полагаю, — сказал он без тени возросшего интереса.

— Раньше, когда была жива Китти Мэй, это было легко. Та блондиночка была такой мягкой и чистой, что не составляло труда расшевелить защитные инстинкты Кеннеди. С Джоан было сложнее. Честно, не думаю, что та ей сильно нравилась. Соперничающие рыжие, ты понимаешь.

— М-м.

— Ух, внимай, Томас. Серьезно! Дальше самое интересное.

— Тогда скажи что-нибудь интересное, — парировал он.

Я почти физически ощутила ее взгляд, но понимала, откуда он исходил.

Джулианна обладала привычкой растягивать историю, наполняя ее деталями много-много-много летней давности, пока наконец не доходила до сути.

— Ну, — сказала она и стрельнула в него ресницами, снова делая паузу для драматического эффекта. Я почувствовала это костями — предвкушение того, что она скажет, подняло меня на гребне любопытства. — Я заставила их думать, что Сейморы убили Китти Мэй и ее семью.

Томас подавился.

Я тоже, но по крайней мере у меня во рту ничего не было.

Прозвучало так, будто он выплюнул газировку на весь стол. Я надеялась, что она вышла через нос и залила Джулианну сладкой, липкой, сопливой жидкостью.

— Ты что?

Она рассмеялась, явно довольная, что теперь завладела его полным вниманием. И, конечно, на все сто процентов довольная его реакцией.

— Я купила эту древнюю на вид доску Уиджа на блошином рынке и убедила их, что это супер-магическая, супер-жуткая доска Бабушки Бёрд. Ух, ты должен был видеть их лица. Они боялись даже прикоснуться к этой штуке. Но ты же меня знаешь. Я заставила их поиграть с ней, пока они не убедились — это было супер-легко. Боже, они иногда такие тупые. А Стью, — она рассмеялась, — тебе следовало видеть его. Он был напуган еще до того, как мы начали.

«Только потому, что Джоан практически сидела у него на яйцах», — непочтительно подумала я.

— А потом я такая: «Духи!» — Она снова разразилась смехом, передразнивая тот зловещий голос, что использовала во время фальшивого сеанса. — «Причастны ли Сейморы к исчезновению Китти Мэй?» Потом я передвинула указатель на «да», вскрикнула и захлопнула коробку. О, боже, я заслуживаю награды за это представление.

— И они это проглотили? — фыркнул Томас, пытаясь, я надеялась, вытащить последние капли газировки из носа.

— Повелись, как мальки, детка, — ликовала она. — Это было так чертовски смешно. Тебе следовало быть там.

— Летний лагерь — для детей, — пренебрежительно сказал он.

— Это лучше, чем лагерь «Притворись Рейнджером,» — парировала она с тем же пренебрежением.

Их разговор вот-вот должен был перерасти в перепалку. Так всегда и случалось.

У меня не было терпения сидеть и слушать это, да в любом случае я услышала достаточно. Если я собиралась сохранить наши планы по шопингу — а мне следовало это сделать, если я хотела, чтобы этот учебный год не превратился в ад, — мне нужно было успокоиться, прежде чем встретиться с ней лицом к лицу.

Она все выдумала.

Все до единого слова.

Когда она рассказала нам всем в начале лета, что Китти Мэй исчезла при загадочных обстоятельствах, мы в основном поверили ей.

Я всегда воспринимала ее слова с долей скепсиса, но когда мы пошли к дому Китти Мэй и обнаружили его пустым, с разбитыми окнами спереди и странным пятном на подъездной дорожке, я была готова ей поверить.

Она все лето подпитывала эту историю — множество «я слышала» и «они не знают», ни разу не уточнив, от кого она что слышала или кто такие «они». Классическое отвлечение внимания, и я даже не усомнилась в этом.

Я никогда не любила чувствовать себя дурой — это была одна из главных причин, по которой я никогда особо не старалась завести друзей, — а сейчас я чувствовала себя полнейшей, блять, идиоткой.

Потребовалось добрых два часа ходьбы по моллу, чтобы запрятать свой гнев туда, где она его не увидит. Не помогло и то, что девушки уже вовсю обсуждали доску Уиджа, когда я наконец присоединилась к ним за обедом.

— Она хватилась? — спрашивала Джоан, когда я подходила к столу.

Джулианна перебралась из угла, заняв стол прямо в центре фуд-корта. Стол получше — чтобы видеть и быть видимой, а заодно и услышанной.

— Бабушка Бёрд даже не знала, что ее доска Уиджа пропала, — ответила Джулианна чуть громче, чем было необходимо.

Это возымело желаемый эффект. Взгляды, сопровождаемые шепотом, расходились по фуд-корту, словно ядовитые круги по социальному пруду. Джулианна спрятала свою торжествующую улыбку за стаканом с газировкой.

— Я до сих пор не могу поверить, как резко она дернулась на «да» после твоего вопроса, — сказала Мэйси.

— Ты имеешь в виду, когда я спросила, несут ли Сейморы ответственность за исчезновение Китти Мэй? — переспросила Джулианна.

Конечно, она именно это и имела в виду, но вопрос Джулианны превратил рябь в пенящуюся волну спекуляций. Боже, люди здесь так жаждали сочной истории.

Она посмотрела на меня с широкой улыбкой, когда я подошла.

— Кеннеди! Я уж подумала, ты собираешься нас кинуть, — сказала она. — Мы как раз говорили о том, как доска Уиджа Бабушки Бёрд обвинила братьев Сеймор в исчезновении Китти Мэй и ее семьи.

Эффективно и тонко, как дубиной по лицу.

Я улыбнулась ей