Полночная любовница - Никола Корник

Гаррик стоял совершенно неподвижно и молчал. С потемневшим, осунувшимся лицом он смотрел в сторону. Меррин показалось, что в душе у нее что-то умерло.

– Я пойду, – произнесла она, и голос у нее сорвался.

Сама не понимая как, Меррин очутилась у двери. Дрожащими пальцами попыталась повернуть ручку, но пальцы соскальзывали.

Но в этот момент ее руку накрыла рука Гаррика.

– Меррин, – тихо произнес он.

Ее обвили его руки, и, ощутив их силу, она уткнулась лицом ему в грудь и зарыдала. Она плакала и плакала, выплескивая терзающую ее боль. Гаррик нежно прижимал ее к себе, как маленькую девочку.

– Ш-ш-ш, – прошептал он, гладя ее по волосам. – Меррин, милая…

Она подняла голову, и он стал покрывать ее лицо поцелуями, смахивая бегущие по щекам слезы, целуя дрожащие губы.

– Прости меня, – прерывисто выговорила девушка. – Мне так жаль.

– Подумать только, ты жила с этим целых двенадцать лет, – хриплым от волнения голосом произнес Гаррик, – не зная, что произошло, отчаянно пытаясь понять…

Меррин прижалась к нему.

– Я не могла смириться, – прошептала она. – И когда ты вернулся в Лондон, я должна была узнать правду. Я хотела понять, что случилось, что пошло не так.

– А я мешал тебе на каждом шагу. – В голосе Гаррика сквозили горечь и сожаление. Он еще крепче обнял ее.

– Я обвиняла тебя, потому что не могла признать, что это я виновата, – скороговоркой сказала Меррин и вытерла слезы тыльной стороной ладоней. – Я знала, что поступила неверно, но не могла никому рассказать… – У нее задрожал голос. – О, Гаррик…

Так они стояли долго-долго, держа друг друга в объятиях. Забыв обо всем, черпая друг в друге любовь и поддержку. Потом Гаррик чуть-чуть отпустил Меррин – ровно настолько, чтобы посмотреть ей в глаза.

– Меррин, – произнес он. – Ты выйдешь за меня замуж?

Он улыбнулся и осторожно убрал ей с лица волосы. Ее щеки пылали румянцем.

– Я уже задавал тебе этот вопрос, и тогда ты не захотела стать моей женой. Но, может, теперь ты передумаешь…

– Я согласна всем своим сердцем, – прошептала Меррин и потянулась, чтобы поцеловать его.

Гаррик похлопал по карману пальто.

– Я взял с собой разрешение на брак для особых случаев. Это очень самонадеянно с моей стороны?

– Ужасно, – согласилась Меррин и глянула на него из-под ресниц. – И когда же?

– Может, завтра? – предложил Гаррик. – Если ты согласишься и викарий Килва не будет против.

– Хорошо, а что мы будем делать до этого? – еще тише спросила Меррин.

– Ну, – сказал Гаррик, – тебе надо принять ванну – ты ведь чуть не утонула в зыбучих песках, перенесла столько потрясений, тебе угрожали оружием. С моей стороны ужасное упущение, что ты до сих пор не в постели…

Меррин улыбнулась.

– Я заказала себе спальный номер, но он был у них последним, – сказала она. – Боюсь, тебе придется ночевать в пивном баре.

– Тогда миссис Мортон заключит, что у нас трудности в постели, – возразил Гаррик. – Нет уж, благодарю покорно. У меня нет ни малейшего желания отбиваться от ее чудодейственных снадобий от импотенции. И я не хочу, чтобы она обсуждала со всеми своими знакомыми мои предполагаемые неудачи на брачном ложе.

Меррин не сдержалась и фыркнула:

– Она точно тебе поможет. Пока мы ехали сюда, она рассказывала, что у нее есть лекарства от всех болезней.

– Спасибо, конечно, – ответил Гаррик, – но я не помню, чтобы ты жаловалась. – Он подхватил ее на руки и зашагал к двери.

В холле была миссис Мортон со своей дочерью, они зажигали свечи у подножия лестницы. Миссис Мортон вскрикнула, увидев, что Меррин снова находится в объятиях сильных мужских рук. Гаррик понесся вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки, а Меррин крикнула:

– Доброй ночи, миссис Мортон.

– Сомневаюсь, что эти двое вообще женаты, – услышала она позади шипение миссис Мортон, обращенное к дочери. – И они еще называют себя знатью!

Поднявшись в небольшую уединенную комнату под крышей, Гаррик осторожно стянул с Меррин платье и нижнее белье и стряхнул песок, проникший в каждую складочку одежды. Он целиком сосредоточился на своей задаче, стараясь не обращать внимания на изящно округлую грудь Мерин, ее пышные бедра и длинные, соблазнительные ноги. Он и так поступил по-свински, заставив ее сидеть в гостиной, пока они разговаривали, и очень в этом раскаивался. Самое лучшее, что он мог сейчас сделать, – это уложить Меррин в постель, как следует закутать и уйти в пивной бар, чтобы провести там долгую одинокую бессонную ночь. Не время сейчас думать, как овладеть Меррин. Надо подождать, пусть она сначала придет в себя и они поженятся. Сначала Гаррик произнесет брачные клятвы и они станут респектабельными супругами, герцогской четой Фарн. Он посмотрел на Меррин – она скатывала чулки к щиколоткам – и почувствовал, что все его тело начинает пылать. Жар опалил лицо, обжигал глаза. Гаррик отвернулся, чтобы она не заметила его возбуждения.

В углу уже стояла сидячая ванна, над ней струился горячий пар с божественным ароматом лаванды и прочих трав. Гаррик услышал, что Меррин даже застонала от предвкушения. Она прошла через комнату – ее кожа в свете камина отливала розовым, – и с удовлетворенным вздохом опустилась в горячую воду. Гаррик скрежетнул зубами и отвернулся. К несчастью, теперь его взгляду открылась широкая кровать с белоснежными, маняще откинутыми простынями. Гарик подошел к окну и уставился на снежную круговерть, разыгравшуюся на улице. Так лучше, пусть хоть зимний холод остудит его страсть, подумал он.

Послышался плеск, блаженные вздохи, и прозвучал обманчиво невинный голос Меррин:

– Гаррик, ты не мог бы помочь мне вымыть волосы? Мне не достать…

С мучительным вздохом Гаррик обернулся, подошел к ванне и опустился на колени. Кожа Меррин порозовела от горячей воды. Плечи влажно поблескивали в свете камина, в ложбинке между грудей лежали тени, спускавшиеся еще ниже. У Гаррика пересохло во рту. Он резко отвел взгляд.

Меррин положила руку ему на предплечье, вынуждая посмотреть на нее. Потом медленно, очень медленно подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Ее глаза горели как два драгоценных сапфира. Гаррик подумал, что никогда еще так не ощущал ее близость. Казалось, каждый дюйм ее прекрасного тела молит о прикосновении. Меррин сияюще улыбнулась, и его сердце раскрылось ей навстречу. Она протянула к нему руки. Гарик вынул ее из ванны, уложил у горячего камина и сам расположился рядом. Какое-то время они просто лежали, прерывисто дыша. Гаррик обнимал девушку, касаясь ладонями ее шелковистой кожи. Меррин тихо вздохнула и потянулась губами к его рту. И он поцеловал ее страстным, голодным поцелуем. Она стала ласкать его грудь, нетерпеливо и оттого неловко расстегивая рубашку. Прижалась губами к его плечу и прикусила кожу, заставив Гаррика застонать. Затем стала покрывать короткими поцелуями его грудь и чувствительную кожу живота. Одновременно, вся пылая от страсти, она возилась с его бриджами, стараясь снять их с него. Гаррик снова поцеловал ее, и его страсть и жажда переросли в нежность. Покусывая ей шейку, он запустил руки в ее волосы, прошелся ладонями по плечам и спустился к груди, превратив сосок в напряженный ноющий холмик. Меррин лежала с закрытыми глазами и часто дышала. Она обнимала его за плечи, то впиваясь ногтями в твердые мускулы, то поглаживая обнаженную спину. Он поцеловал ее между плечом и шейкой и спустился к ложбинке между грудей. На вкус она казалась сладкой как мед, с резко-солоноватым привкусом. Гаррик прошелся языком до самого соска и услышал, как Меррин застонала. Любуясь отблесками камина у нее на коже, он стал ласкать ее изящное тело, пока она не выгнулась под его руками.